Железное сердце. Книга 1. Дочь часовщика (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 16

— Смотрите на здоровье, — пожала плечами Луция. — Я с вами ходить не смогу, у меня работа. Вот, надо матрас и белье просушить. Не заблудитесь, небось?

Она сгребла белье и ушла, а я села на голую кровать, обхватила колени и задумалась, пытаясь осмыслить крутой поворот, который совершила моя жизнь за сутки.

Был свой дом — и нету дома. Я словно перенеслась из привычной уютной гостиной в кошмарный сон. И обвинить-то некого в произошедшем, решение я сама приняла.

Все в этом замке очень странно, и как пойдет дальше — неизвестно. Как будут проходить мои дни? Мне же не придется быть при бароне неотлучно, постоянно держать руку на его пульсе и ежечасно настраивать ход шестеренок? Чем буду заниматься в свободное время?

Можно запереться в комнате и читать. Тогда не придется лишний раз встречаться с госпожой Шварц. А можно бродить по саду или исследовать замок. Почему бы не начать прямо сейчас?

Спущусь в холл и прогуляюсь по коридорам и комнатам. На это уйдет весь день до вечера, а там и полковник приедет, и наступит хоть какая-то определенность.

Я поднялась с кровати, подошла к двери и выглянула наружу, приготовившись нырнуть обратно в комнату в любой момент.

Пусто, тихо. Лишь издалека, приглушенные толстыми стенами замка, доносились раскаты грома.

Выскользнула в коридор и побрела, стараясь быстрее миновать темные участки от одного светильника до другого. Кое-как добралась до лестницы, спустилась на первый этаж.

Идти здесь было вдвойне неприятно. Мимо отталкивающих изваяний я пробегала, зажмурившись и задерживая дыхание, а потом и вовсе пошла на цыпочках, потому что звук собственных шагов стал пугать. Но еще сильней испугало то, что звук не прекратился: теперь казалось, что кто-то крадется за мной. Останавливается, когда я замираю, и вновь приходит в движение, когда продолжаю путь. А потом я обнаружила, что свернула не в ту сторону, когда спустилась с лестницы.

Надо выйти к холлу. Я резко повернулась и лицом к лицу наткнулась на невысокого тщедушного человечка. Он был так худ, что немногим отличался от каменных скелетов. Лицо у него было землистое и вытянутое, левая щека нервно подергивалась.

От неожиданности я вскрикнула и попятилась.

— Добрый день, — сказал человечек неестественно громким голосом и поклонился, показав обширную лысину. Блестящее темечко крест-накрест перечеркнул рубец от старой раны.

— Вы меня напугали. Вы потерялись?

Я его напугала, надо же! Какие нервные в этом замке привидения…

Он робко разглядывал меня, но при этом упорно избегал встретиться со мной взглядом.

Определить роль этого человека в доме я не взялась. Одет он был опрятно, но небогато. Его глаза смотрели настороженно, и во всем его облике чудилась тревожность.

— Я шла к холлу, — я облизала пересохшие губы. — Здравствуйте. Меня зовут Майя Вайс, я теперь буду жить в этом доме. Я…

… и кто же я теперь? Хранительница сердца его милости Железного Полковника? Служанка? Компаньонка? Личный лекарь? Личный механик?

— Холл в другой стороне.

Человечек еще раз поклонился, но в ответ представиться и не подумал. Повернулся, быстро пошел прочь и скрылся в сумраке. Был — и нету, словно растаял. Я даже глаза протерла — что за чудо? Неужто мне и правда встретилось замковое привидение? Однако человек оставил после себя аромат одеколона и мыла. Если это и было привидение, то весьма чистоплотное.

Я пожала плечами и побрела в указанном направлении. После неожиданной встречи страх удивительным образом прошел. Я осмелела настолько, что решила заглянуть за одну из дверей. Выбрала самую изукрашенную — с резьбой, изогнутыми медными ручками — и потянула на себя.

Сначала осторожно заглянула внутрь, покрутила головой влево-вправо. Увиденное так понравилось, что я поцокала языком от удовольствия. Я попала в библиотеку, и место это оказалось самым ухоженным в замке. Пыль здесь вытирали регулярно, и начищали дерево воском. В камине горел огонь. Потрескивало пламя, отчего шум дождя снаружи показался уютным.

В библиотеке было пусто. Я не таясь прошла на середину комнаты, продолжая дивиться обстановке.

Помещение небольшое, тесно заставленное шкафами, столиками, безделушками и креслами с атласной желто-алой обивкой — в тон обоям и витражным стеклам окна. В углу матово блестит лакированное дерево напольных часов, переливается позолота на корешках.

На столике у камина я углядела удивительное пресс-папье в виде механического железного скорпиона. В панцире виднелась щель для ключа — интересно, что произойдет, если его завести?

Ключа рядом не нашлось. Я осторожно подняла любопытное изделие и с удовольствием взвесила на руке: скорпион был тяжелый, теплый от каминного огня и шершавый от ржавчины. Прелестная вещица, несмотря на членистые ножки и загнутый хвост. Ничего подобного раньше не видела. Моя душа механика горела от нетерпения разобраться в его устройстве — а заодно хорошенько почистить и перебрать. Но я положила игрушку на место. Вряд ли хозяин одобрит, если гостья начнет развинчивать его собственность.

Другие украшения в комнате понравились меньше. Под стеклянным колпаком на задних лапах застыл скелет зверька с острыми зубами и длинным хвостом, а у окна стоял почти полный рыцарский доспех. Шлема не хватало, но голова была на месте. Точнее, череп, и он очень походил на настоящий. Проверять, так ли это, я не стала.

Прошлась вдоль шкафов. Увы, ни романов, ни журналов не нашла. Сплошь книги о земледелии, военном искусстве, мемуары и биографии. Но шкафы на галерее за изящной деревянной балюстрадой обещали кое-что поинтереснее: на полках виднелись старые, потрепанные корешки.

Надо наведаться сюда позднее, сначала испросив разрешения хозяина. Вдруг полковник не любит, когда гости берут его книги? Кто его вообще знает… может, велит мне сидеть у себя и носа не высовывать.

В последний раз окинула взглядом библиотеку, полюбовалась на массивную люстру, ровные ряды книг и футляр часов, в которых виднелись окошечки с фигурками. Часы стояли, маятник не двигался, но и так было ясно, что они — подлинное произведение часового искусства, сложное и полное сюрпризов. Вот еще одна занятная вещица, которую стоит изучить поближе! Настроение улучшалось с каждой минутой. Скука не грозит; будет чем заняться в свободное время.

Взявшись за ручку двери, я опустила глаза и замерла, как зачарованная.

Нет! Самой удивительной деталью в библиотеке был не механический скорпион, не часы и даже не книги. Пол — вот что поразило больше всего! Большая часть его была закрыта пушистым ковром, но там, где он не доходил до стен, освещенная пламенем камина, переливалась инкрустированная плитка с удивительным узором. Яркий и фантастический, он совершенно не соответствовал духу замка.

В тонкие арабески вплетались цветы, в которых невозможно было угадать ни одно из известных растений. И в то же время они напоминали что-то до боли знакомое… вот-вот и пойму! Но понять никак не удавалось.

С трудом подавив желание упасть на колени, отбросить ковер и уткнуться носом в пол, чтобы изучить рисунок ближе, я помотала головой, чтобы развеять наваждение, и решительно вышла в коридор.

Теперь я смотрела не только по сторонам, но и под ноги. И обнаружила, что чудный рисунок повторяется на полу повсюду. В коридоре я не заметила его сразу, потому как плитки стерлись и потемнели от времени.

В узоре было нечто магнетическое! Так в детстве мы рассматриваем рисунок на древесине или прожилки на камне, и наше воображение видит в них лица и сказочных зверей. Я шла медленно, опустив голову, и чудилось, что вот-вот орнамент покажет мне нечто удивительное. Его хотелось читать, как книгу, искать подсказки и делать открытия. Однако ответ на загадку ускользал, а озарение никак не приходило.

От напряжения зарябило в глазах; линии и завитушки словно поплыли и ожили, стали объемными. Я с силой надавила на веки ладонями.

До чего странный узор! Пожалуй, самое странное, что я видела в замке.