Честная сделка (СИ) - Леола Кристина - Страница 43

— Ох, ну и забавная ты девица, Юта Мареик, — наконец выдавил некромант, вытирая влажные щеки. — Давно меня никто так не веселил. Так что ты там сделала? Заперла призраков? Ох, не могу, надо ж такое выдумать…

Обидно было до слез. Мел раскрошился в стиснутом кулаке, губы задрожали, и я их поджала, чтобы позорно не разрыдаться перед самодовольным стариком.

— Заперла, — упрямо повторила я. — Вы же смогли, когда натравили на меня монстра и украли гримуар, так почему бы…

— Я некромант! — прогрохотал Гантрам, разом утратив всю веселость. Даже поднялся для эффектности и теперь стоял, упершись ладонями в стол и гневно сверкая глазами. — Я их пленитель, я их хозяин! И то пришлось развеять несколько заблудших душ, чтобы хватило сил удержать местных хоть на пару минут. А ты мнишь, будто без капли дара сумела избавиться от них на целый день? Как это, интересно? Уж не с помощью ли того камешка с барахолки, которому по ночам скармливала кровь?

Именно.

Камень отыскала Тильда на прилавке заезжего торговца. Помню, как она радовалась, вернувшись с ярмарки, как расписывала мне чудесные свойства редкого артефакта, благодаря которому мы наконец сможем покинуть этот демонов дом. Не сразу, конечно. Для начала нужно было напитать круглый безлико-серый камень силой и дождаться покупателя. Но потом… потом артефакт стал бы временной клеткой в клетке, и ни один призрак Арве-мал-Тиге нам бы не помешал. Ну, почти ни один. Но с Бруно всегда можно было договориться, а его зашуганного папашу, долгие годы прятавшегося по углам, мы в расчет уже не брали.

Я действительно кормила камень кровью — единственной доступной мне силой — несколько месяцев. И ведь сработало же! Стоило надавить на небольшое углубление в его основании и прошептать нужные слова, как артефакт вспыхнул, а дом умолк. Мы все рассчитали и знали, на сколько часов хватит отданной крови. Мы успели, мы справились, мы ушли, и если бы не проблемы в порту…

Нет, старик просто пытался меня запутать, вывести из себя. Я не знала, зачем ему это, но поддаваться не собиралась.

— Это ловец душ, — уверенно произнесла я, отряхивая ладони от мела. — Он…

— Это простой накопитель, — фыркнул Гантрам. — Ты лишь собрала кровушки для питания этих троглодитов, другой вопрос — почему они притворились пойманными. Неужели тебе не любопытно? — Он снова сел и вальяжно раскинулся в кресле. — Знаешь, твоей подружкой кобылицей я займусь в последнюю очередь. Дам тебе шанс задать ей парочку вопросов. Самому интересно, что она ответит.

К глазам вновь подступили предательские слезы, и я часто-часто заморгала, пытаясь их сдержать. Ну уж нет, в это я точно не поверю. Не поверю, что единственная в мире подруга, пусть донельзя вредная и не совсем живая, как-то использовала меня в своих целях. Она же знает, сколько предательств было в моей жизни, и не стала бы мною играть. В Тильде я больше всего и ценила как раз болезненно-грубую откровенность…

— Что значит «займетесь в последнюю очередь»? — прохрипела я, зацепившись за одну из фраз некроманта.

Он лишь загадочно улыбнулся и повторил:

— Дорисуй — узнаешь.

Дорисовывать хотелось все меньше и меньше, но я подняла дрожащими пальцами обломок мелка и, сдув с пентаграммы крошево, продолжила работу.

Оставалось всего несколько символов.

— Что вы подсунули мэтру Штанге? — чуть-чуть успокоившись, спросила я после нескольких мгновений молчания, скрежета мела и шороха страниц. — Вишху писал, что для успешного внедрения необходимы неодушевленные посредники. Одним стала защита Арве-мал-Тиге, это я поняла. А еще? Артефакты? Штанге ведь не просто так возвращался в дом, вы что-то с ним сделали.

Да, я уже сложила два и два и осознала, что в чудачествах местного крючкотворца тоже виноват Раджинманд Гантрам. Он ведь сам сказал, я не безнадежна. И о столкновении в библиотеке я вспомнила. Явно же старик пытался управлять жертвой, а остальные ему мешали. Вот только почему они скрыли происходящее?

На секунду показалось, что он заупрямиться и не ответит, но то ли мой убитый вид вдохновлял на откровенность, то ли успехом хотелось поделиться, и в итоге он открыл рот:

— У вашего мэтра Штанге есть крохотный изъян. — Затем оглядел свое тучное тело и хмыкнул: — To есть изъянов в нем полно, но конкретно этот оказался губителен для него и полезен для меня. Сама догадаешься?

— Я устала гадать, — вздохнула я.

— Штанге — вор. Наглый, жалкий воришка. Вряд ли он действует осознанно, скорее, руки сами тянутся ко всякой незначительной мелочевке. А потом мэтр находит украденное и, обливаясь потом, спешит вернуть. Такой вот занятный недуг.

Я бы, наверное, поразилась открытию, кабы не другая странность, захватившая все мое существо. Гантрам говорил о Штанге в настоящем времени. А значит… мэтр жив?

Я поспешно опустила взгляд, дабы не показать вспыхнувшей внутри радости. И чему, спрашивается, обрадовалась? Как будто пусть даже живой, но подавленный чужим духом заклинатель смог бы чем-то помочь…

— Он украл всего лишь подставку для перьев. Дешевку, — продолжал меж тем некромант. — А когда вернулся, я уже был готов. И против кольца с частичкой моей плоти воришка не устоял, после чего просто не мог держаться вдали от Арве-мал- Тиге.

На «кольце с частичкой плоти» меня отчетливо передернуло, и Гантрам расплылся в гаденькой улыбке. Удивительно, но теперь я все яснее видела за по-детски пухлыми щеками и залысинами мэтра Штанге потрескавшееся от старости, скуластое лицо с неизменным моноклем и белоснежные, зализанные назад волосы. Хотелось верить, что чуждый дух проглядывается потому, что тело его отторгает, а не наоборот…

Задумавшись, я сама не заметила, как перерисовала последний символ — кривую хвостатую звезду, — зато некромант сей момент не упустил и вскочил, довольно потирая ладони:

— Превосходно! А теперь, как и обещал, у тебя будет шанс проявить себя.

Ехидный комментарий о том, что этот шанс он может предоставить кому-нибудь другому, а я, пожалуй, обойдусь, пришлось проглотить. Я опомниться не успела, как уже стояла перед письменным столом, уставившись на три книги. Две были открыты на нужных некроманту страницах, а последнюю — треклятый гримуар Вишху, — очевидно, предстояло открыть мне. Конечно, Гантрам же знал, что я всегда под рукой, вот и не побоялся захлопнуть его между делом.

— Прочти, — велели мне. — Я выделил нужные абзацы. У Вишху найдешь пятую главу в третьем разделе, о расширении резерва, и тоже прочтешь. А потом создашь формулу для ритуала.

Я задумчиво провела пальцем по одной из змей на обложке гримуара:

— Вы так уверены, что у меня получится?

— Обратная сторона дара — непреложная истина, — как дурочке объяснил старик. — Итан не зря столько лет пичкал тебя всевозможными языками и заклинаниями, раскачивал способности. Ты теперь должна за секунду обращать любое описание в действующую формулу и наоборот.

Да, я не забыла разговор с Рэйнером и, когда Гантрам поведал о моей роли в его сегодняшнем представлении, почти не удивилась. Но сомнения все равно были, куда без них. Сотворить то, чего еще никогда не делала… Причем сотворить за считанные мгновения и с первой попытки, когда некромант уже запустит ритуал, иначе нам с мэйном конец.

— А ведь Итан не желал, чтобы гримуар попал в ваши руки, — поняла я. — Сами говорили, он чувствовал внушение и наверняка на момент смерти догадывался о ваших планах, вот и отсрочил отправку. Наверное, давал мне время уехать, чтобы вам некому было помогать.

— Ох, опять ты за свое, — всплеснул руками старик. — Святой Итан, практически великомученик. Да не тебе он время давал, а себе. Чуял неладное, готовился к возрождению, придержал книжку. Но все равно указал, чтоб сюда отправили, к верной женушке, которой из дома деваться некуда. Вот только рассчитывал умереть по-особенному и на тот момент уже привязать себя к гримуару. Зря.

— Это вы его. — Я не спрашивала, утверждала.

— Скажем так, я подсобил. Надо было еще раньше озаботиться. Позор семьи, с этими своими… мальчиками. Как жил ничтожно, так и помер.