Нет смысла без тебя (СИ) - Любимая Татьяна - Страница 26

И все же, что это? Совпадение — встреча Егора и Дениски? Или зов крови, притяжение родных душ? Или хорошо продуманная комбинация, чтобы втереться в доверие к сыну и забрать его у меня?

Бегать от прошлого столько лет, чтобы оказаться практически нос к носу сейчас! В непозволительной близости друг к другу! А ведь я хотела уехать куда-нибудь в глухую деревушку, вглубь страны, за Урал или в Сибирь, но Кравченко убедил, что в большом городе спрятаться надежнее. И что получилось? Все наоборот!

Я снова набираю номер Дмитрия Николаевича. Абонент недоступен или временно отключен…

34. Вера

Забрала Ксюшу из яселек, и радость моей девочки при виде меня заглушила все страхи и неприятные мысли. Какое же она у меня чудо! Что-то лопочет на своем языке, непонятном мне, но таком эмоциональном, живом, воздушном! И я отвечаю ей, улыбаюсь, заряжаясь ее энергией, пока всю эйфорию не пронзает окрик с моим именем:

— Инга!

Я вздрагиваю, поворачиваюсь в сторону кричавшего, и земля чуть не ушла из-под ног! Егор! Он увидел меня, узнал, нашел! Но как?

Мгновение мы смотрим друг на друга. Я замечаю, что он сомневается — я это или нет. Значит, есть все же шанс быть не Ингой. Я Вера! Вера Чернова! А Вера защищает себя и своего ребенка! Я ускорила движение, крепче прижав к груди дочку. У меня сейчас только одно желание — спрятать ее, укрыть своим телом. Ведь если он нашел Дениску, то наверняка узнал и про Ксюшу! А если он захочет ее забрать у меня? Не отдам!

Егор догнал меня, схватил за локоть, развернул к себе лицом. Господи, как он близко! Родной, любимый и … опасный!

— Инга! Это же ты! Инга!

Он почти кричит, глаза сверкают, пугают меня своей одержимостью, а я хочу прокричать в ответ: «Да! Егор! Да! Это я, твоя Инга!», упасть в его объятия и не отпускать больше никогда!

Но нет! Нельзя!

— Нет! Вы ошиблись! — отрезаю как можно увереннее.

Он не верит мне, не отпускает, что-то хочет сказать, сделать…

— Извините, мне нужно идти, — я пытаюсь выдернуть руку из его цепкого захвата. Тело предательски дрожит.

Ксюшка, любопытная девочка, не желает прятаться, выглядывает из-за моего плеча, беззаботно улыбается дяде.

— Инга! Это же я, Егор, ты меня не помнишь? — почти хрипит тот.

— Отпустите! Я вас не знаю! Я не Инга! — перехожу на крик.

Проходящие мимо люди останавливаются, и их внимание заставляет Егора разжать пальцы. Я тут же отдергиваю руку и отхожу от Егора в сторону на пару шагов.

— Девушка! Он пристает к вам? Помощь нужна? — несколько парней оттеснили нас друг от друга, и я почти бегом покидаю то несчастное место встречи.

— Извините! — слышу я в след.

Запыхавшись, примчалась домой и, только закрывшись на все замки и усадив Ксюшку в манежик с игрушками, убежала в ванную, включила воду и завыла…

Дети почувствовали, что что-то случилось, и остаток вечера вели себя тихо и настороженно, хоть я и старалась вести себя как прежде. Дениска не пошел на тренировку, чему я была рада, хоть и не показывала вида. В сыне сработал защитник, и он решил быть рядом со мной, охранять.

— Мой маленький герой! — улыбнулась я, укрывая его одеялом перед сном и целуя в щечку. — Все будет хорошо, не волнуйся!

Ночью я никак не могла уснуть и ушла на кухню, налила чай и открыла журнал на страничке с фотографией Егора. В тысячный раз разглядывала его лицо, впитывая в себя его образ, мимику, пытаясь прочитать по взгляду родных серо-голубых глаз, счастлив он или нет. Обводила пальчиком контур его лица, вспоминая его кожу и волосы на ощупь. Локтем еще чувствовала сегодняшнюю боль от сжавших его пальцев.

— Это он, да?

Паша неожиданно появился за спиной.

— Да, он.

— Дурак! — Павел развернулся и ушел к себе.

35. Вера

Бессонная ночь не дала ответ на вопрос — что же теперь делать? Снова бежать или спрятаться здесь, в квартире, обходя все возможные места встречи и контакты стороной? В случае чего до последнего отрицать, что я Инга, ссылаясь на похожесть? А Дениска? Запретить ему ходить на секцию, видеться с Егором? Сломать его детскую ранимую психику? Я себе никогда этого не прощу, да и он тоже.

Проснулись дети и на время отвлекли меня от тяжелых мыслей. Павел начал активно помогать мне по хозяйству, шутил, отвлекал как мог, развлекал, играл с детьми. Я таким его раньше не видела — веселый, с озорным блеском в глазах, бесился с Дениской и Ксюшей в комнате, то прыгая как обезьянка, то катая на своей спине ребятишек как на лошадке с криками «Иго-го!». А они довольные, хохочут, что деда Паша с ними играет. А я смотрю на них, таких милых, семейных, уютных, и молюсь, чтобы это счастье не кончалось и не омрачалось проблемами.

После обеда уложила Ксюшу спать и пошла в магазин за детским питанием для дочери. Мои мужчины остались дома. Нужный мне магазин находится недалеко, но я все равно надела парик и линзы. О маскировке я не забываю ни на минуту.

Возвращаюсь домой через соседний двор, а мне навстречу бежит сынок, встречает, забирает у меня пакет с покупками и несет его сам.

- Мама, а к деду Паше мужики какие-то пришли, сейчас опять, наверное, пить будут.

— Вот как? Нехорошо, опять в запой уйдет. Пойдем скорее Ксюшу заберем и погуляем в парке до вечера.

— Хорошо, — соглашается сынок. — Мама, а ты купишь мне самокат? В парке почти все мальчики катаются на самокатах, я тоже хочу.

— Посмотрим, Дениска, сколько они стоят. Раз тебе кроссовки теперь не нужно покупать, купим самокат, только недорогой, ладно? И если денег хватит.

— Ух ты, здорово, мам! А дорогой мне и не надо, так, маленький какой-нибудь, дешевенький, — Дениска подпрыгивает, радуется так, как будто ему уже купили самокат.

Возле подъезда, перекрыв проезд другим машинам, стоят два чужих автомобиля. Возле них двое парней курят, о чем-то переговариваясь между собой, оглядывают наш двор.

Мы с Дениской подходим ближе, и сердце у меня тревожно забилось, потому что в одном из парней я узнала того, с татуировками на шее, что приходил к нам с Леной домой, приносил записку с адресом колонии, где сидел Бэр. Он, возможно, меня не узнал, потому что какое-то время пристально разглядывал. Мне бы развернуться и бежать подальше от этого места, но моя дочка там, спит в своей кроватке в квартире Павла! Маленькое беззащитное создание, такое родное и любимое! Я задержала шаг, потому что ноги отказывались идти домой, и это меня выдало.

Коротко что-то сказав другому, парень быстро пошел в мою сторону. Я оттолкнула Дениску от себя и успела крикнуть ему: «Дениска, беги!», и меня тут же больно схватил за руку повыше локтя этот татуированный «старый знакомый».

— Ну, привет, беглянка! Вот ты и попалась, Инга! Или как ты сейчас называешься — Вера? Да хоть Маргарита, тебя же предупреждали, что найдем! Пошли, там тебя сюрприз ожидает.

«Неужели это все?» — промелькнуло в голове, и страх парализовал мое тело и сознание, потому что я догадалась, о каком сюрпризе говорил этот поддонок.

Злобно скалясь, он дернул меня в сторону подъезда, а я думала только о том, чтобы Дениска не бросился меня спасать, а эти уроды не тронули дочку. Я видела, как второй парень хотел схватить моего сына, но Дениска увернулся и убежал со двора, спрятался за дом.

В сопровождении двух отморозков на ватных ногах я вошла в квартиру. Там было тихо, Ксюшка, кажется, спала. От входной двери через небольшой коридор хорошо просматривалась кухня. За столом перед открытой бутылкой водки сидел Паша, рядом с ним, спиной ко мне, какой-то сутулый мужик. За спиной Павла… стоял Бэр, злорадно сверкая бледно-серыми глазами и растягивая рот в кривой улыбке с несколькими выбитыми зубами.

— А вот и твоя красавица! Принимай, Бэр! — продолжая скалиться, татуированный толкнул меня в сторону кухни.

Павел глянул на меня с болью в глазах и с сожалением в голосе произнес:

— Прости, Вера! — губы Паши дрогнули в виноватой улыбке.