Любовь на грани (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна - Страница 25

Резкий наклон, и парень опускается сверху, придавливает мои бедра своими, не давая возможности пошевелиться.

— Полина, — прошептал он мне в губы, склоняясь, останавливаясь в опасной близости, — я все-таки тебе советую уехать с Аней домой, — его дыхание опалило мне шею. — Ты же понимаешь, что я не смогу держать себя в руках, видя, как ты тут разгуливаешь в этих шортиках, — он провел рукой по тому участку тела, до которого мог дотянуться.

А я уже вся горела. Плавилась под его ладонями и его взглядом, хотела утонуть, забыться и, отпустив прошлое, окунуться в то, что происходит сейчас. Я чувствовала, как между нами начинает искриться воздух от желания и страсти, стоит лишь только соприкоснуться нашим телам.

Желание. Это оно меня толкнуло, я протянула руку и коснулась его губ подушечкой пальца.

— А если я не хочу, Максим, что тогда? — на выдохе спросила я.

И мои губы тут же оказались в плену его губ. Я притянула его к себе и, приоткрыв рот, позволила ласкать так, как ему хочется, отвечая с тем же рвением. Не могла оторваться от его губ, задыхалась от того, что вдыхала запах его тела слишком сильно, слишком глубоко. Голова кружилась, но это было настолько приятно, что я готова была задохнуться им. Я соскучилась. За столько лет я просто соскучилась по его рукам, по его запаху… по моему Максиму. Анализировать ничего не хотелось, и я отдалась во власть его рук, которые уже будоражили мою кровь, касались самых чувствительных мест на теле. Сначала медленно и томно, так, как я любила раньше, но это было раньше. Здесь и сейчас я хочу Максима таким, какой он был вчера — дерзкий, бескомпромиссный, не терпящий возражений.

Парень как будто почувствовал, прочел мои мысли и вдруг поменял тактику. Задрал мою майку и вобрал в себя сосок. Короткий стон вырвался из моей груди. Я закусила губу, а Максим, как ненасытное животное, уже ласкал меня, покручивая между пальцев твердые узелки сосков.

Желание, словно раскаленная лава, собралось с каждого уголка моего тела и, слившись в один пышущий жаром сплав, закрутилось в тугой шар внизу живота, давя и требуя разрядки.

— Полина, — прошептал Максим, — как же можно удержаться от твоего соблазнительного тела? — он посмотрел на меня горящим от страсти взглядом. — И от тебя, когда ты находишься так близко, когда чувствую твой запах повсюду.

Он замолчал, снова захватив в плен мою грудь, лаская и покусывая соски. Его пальцы уже расстегивали ширинку на моих шортах. Я попыталась остановить его, уперев ладони в плечи.

— Максим, здесь могут увидеть.

Парень поднял на меня взгляд, который говорил о том, что он явно не понимает, о чем я ему говорю.

— Нас здесь могут увидеть, — еще раз повторила я.

С ловкостью хищника он соскользнул с меня и одним рывком притянул к себе, повел за собой.

— Не могу с собой ничего поделать, — он прижал меня к своей груди. — Хочу тебя каждую минуту, и каждую секунду думаю только о тебе, — выдохнул мне в губы. — Полина, я болен тобой.

Мягкие губы жадно впились в меня поцелуем. А его слова взорвались внутри меня тысячами осколков радости и блаженства от осознания того, что его чувства ко мне не прошли, не исчезли. Если бы не желание, которое сейчас затуманивало мне голову, я призналась бы ему в любви, в том, что жизнь без него для меня была лишь пресным подобием существования. Я обняла его, прижалась всем телом и, делая мелкие шажки, шла за ним.

Макс оторвался от меня лишь на минуту, когда нужно было протиснуться между двух выступающих камней, ограничивавших вход в маленькую прохладную пещеру. Парень, глубоко дыша, прижался к моему лбу, снова потянул мои шорты за ширинку, и я, уже не сопротивляясь, позволила ему их снять.

Через мгновение лишняя деталь, мешающая достижению нашей общей цели, уже лежала у моих ног. Я видела, как Максим нервно сглотнул, а у меня не получалось, я затаила дыхание и ждала, ждала, что будет дальше. Его руки обхватили мои лодыжки и, медленно гладя и лаская пальцами, кожу поднялись вверх. Застыли на ягодицах, потянули в стороны тонкую ткань кружевных трусиков, а я закрыла глаза в предвкушении. Резкий рывок, и Макс разворачивает меня к себе задом, прижимает грудью к каменной стене и подхватывает правую ногу под колено. Я слышу, как он возится со своей одеждой, а я уже готова, давно стала мокрая, жду, когда наши тела соприкоснутся. Макс входит в меня сразу и резко, заполняя меня всю до предела, и у меня от такого напора выбивает дыхание. Откидываю голову ему на плечо и плотнее прижимаюсь к холодной стене. Выгибаю спину, а Макс начинает двигаться, тараня меня все глубже и глубже, насаживая на себя. Тихий стон вырвался прежде, чем я смогла проконтролировать его. Адреналин зашкалил лишь от того, что понимала — в эту пещеру может кто-то зайти. Тело покрылось испариной, когда Макс, наращивая темп, начал вдалбливаться в меня с неистовством, и я уже не сдерживала частые стоны, что срывались с моих губ и эхом проносились по пещере, служа фоном для нашего соития. Биение голых тел друг о друга дополняло звуковую картину. Оргазм накрыл так быстро, что я даже и не сообразила, в какой момент настал пик. Он обрушился лавиной, снося все на своем пути. Лоно сжалось, стараясь удержать желанную плоть внутри как можно дольше, и Макс, сделав еще пару движений, проникая, сминая все преграды и гортанно рыча, прижался к моей спине.

— Прости, не смог удержаться, — хрипло прошептал он мне куда-то в волосы.

— Все под контролем, — попыталась пошутить я.

Парень повернул меня к себе лицом, убрал упавшие на глаза локоны, спрятав их за ушком. Его внимательный взгляд, которым он блуждал по моему лицу, заставлял одновременно и нервничать, и радоваться.

«Скучает, как и я, скучает», — убедилась я окончательно.

— Я буду за тебя бороться, — сказал он, поглощая мой ответ поцелуем, заглушая возражения, которые готовы были сорваться с моих уст. — И ты тут ничего не изменишь, — добавил, отстраняясь от меня.

Я стояла и не знала, с чего начать, как его вразумить. Парень поправил свою одежду и, ловко подхватив с каменного пола мои вещи, протянул мне шорты. А вот трусики, точнее то, что от них осталось, сунул себе в карман. При этом его губы растянулись в озорной улыбке.

— Нужно идти, уже скоро обед.

«Он уже все решил для себя», — поняла я, и меня словно из окатили ведром холодной воды.

А Максим игриво подмигнул мне и, облокотившись о выступающий из стены камень, наблюдал, как я натягиваю шорты на голое тело.

— Киса, если ты так сексуально будешь одеваться, то боюсь, мы не выйдем отсюда в ближайшее время.

Я быстро застегнула ширинку, поправила майку.

— Я готова, — по-солдатски приложила кончики пальцев к голове. — Можно идти, капитан.

Максим сделал шаг ко мне, приобнял за талию, и его нежные губы коснулись моей щеки.

— Да, солдат, вольно, — его руки по-хозяйски опустились на мои бедра и прижали к себе.

Я подняла на него глаза.

— Сегодня ты ночуешь у меня.

Он не спрашивал, он утверждал. Я кивнула, хотя сама не могла предположить, что скажу Ане. Или, как школьница, буду сбегать из дома на свидание с любимым мальчиком? Нервный смешок все-таки вырвался наружу. Макс посмотрел на меня.

— Все нормально, — тут же сказала я. Не хватало еще этот момент с ним обсуждать.

Выбравшись на солнечную поляну, мы постояли немного, привыкая к яркому солнцу.

— Пойдем? — спросил парень.

Я кивнула в ответ и отпустила его теплую ладонь, засунув руки в карманы. Макс не стал ничего говорить. Молча двинулся в направлении деревни.

Глава 18

Мебель из красного дерева, заполнявшая кабинет, говорила о том, что здесь находится офис не среднего бизнесмена, а скорее всего, какого-нибудь административного шишки. Но на самом деле это был кабинет Царева Бориса Сергеевича. Табличка, что висела в золоченой рамке на его кабинете, не говорила о его должности, а сообщала лишь фамилию имя и отчество.