Любовь на грани (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна - Страница 16

Я подняла на нее глаза, мелочь, а все туда же, покомандовать.

— Зачем ты столько тряпья набираешь? — она закатила глаза и наконец-то вышла из комнаты.

«Зачем я вообще согласилась на все это?» — билась в голове только одна мысль.

Я же не хотела, но тут еще и Борис настоял, что нужно развеяться, и вот как раз такой удобный случай, а то ему срочно по делам нужно уехать, а он нас, своих девочек, видите ли, не хочет оставлять одних, чтобы мы скучали и сидели дома.

Я бы точно не скучала. С другой стороны, поход был рассчитан недели на две плюс-минус несколько дней в запасе. А Борис улетал дня на три-четыре максимум, поэтому мне стоило благодарить Аню, а не корчить из себя обиженную и обделенную.

Дверь снова открылась, но на пороге в этот раз стоял уже муж.

— Здравствуй, Полина! — мягкий голос прокатился по комнате.

— Здравствуй! — ответила я.

Вот как не вовремя, как не вовремя. Не мог еще посидеть в своем офисе, зачем приперся?

— Милая, если тебе так не хочется ехать, давай отменим всю эту затею, — он внимательно посмотрел на меня, и именно в этот момент я поняла, что очень хочу ехать. — Мне Анна сказала, что не против, вот я и согласился. Я сейчас с ней поговорю.

— Нет! — почти выкрикнула я, когда он развернулся чтобы уйти. — Все нормально, — добавила чуть тише. — Просто волнуюсь немного, все-таки лететь на самолете, а я не очень люблю летать.

Борис прошел в комнату и сел рядом со мной на кровать. На нашу кровать, в которой все полгода, что я здесь нахожусь, я сплю одна. Он провел кончиками пальцев по моему предплечью, я замерла. Его дыхание опалило мне шею. Ненавижу эти моменты, ненавижу его. Я хотела было отодвинуться, но он меня удержал. Схватил за руку и заставил сидеть на месте. Его губы прижались к шее, а меня накрыла волна отвращения. Конечно же, я занималась с ним сексом, но это всегда было ночью при выключенном свете, и он скорее всего не видел в темноте, как я закрываю глаза и отрешаюсь от того, что происходит. Я даже за все то время, что мы женаты, ни разу не издала ни звука. Правда по началу я плакала, но потом просто молча сносила весь этот акт. Прошло время, и Борис меня отпустил, я тут же уехала и вот, вернувшись, опять наткнулась на его приставания. Первые месяцы он активно старался разжечь во мне страсть, надеялся на то, что я смирилась с его поступком, но после двух месяцев все же решил отстать от меня. И я облегченно вздохнула.

И вот снова.

— Ну, почему, — его вопрос заставил меня вздрогнуть, — ты так холодна ко мне?

Я не смогла удержаться и посмотрела на него с ненавистью, самой открытой и дерзкой, что плескалась сейчас у меня внутри.

Борис отнял руку.

— Игорь вас уже ждет, — сказал муж и, взглянув на меня, откинулся спиной на мягкий матрас.

Я молча встала и вышла из комнаты.

— Полина, ну наконец-то, Марта уже несколько раз звонила, напоминала, что в четырнадцать-тридцать мы вылетаем.

— Да, я готова, пойдем, — я направилась к двери.

— Папа, пока, как приедем, позвоним! — крикнула в комнату Аня, и мы вышли за дверь.

В аэропорту нас встретила миловидная девушка, и ее окружало восемь человек.

— Марта, — протянула она мне руку. — Так, вы, как я понимаю, представитель Ани?

Я утвердительно кивнула.

— Отлично, тогда никаких проблем, — она повернулась к моей падчерице. — Ну что? Ты точно готова?

Аня радостно закивала головой.

— Легко не будет.

— Да знаю я, Марта, — вижу, как девушка уже начинает раздражаться, характером явно не в отца. — Я же не в первый раз.

Марта наконец от нас отвязалась и начала сообщать последовательность наших действий. Инструктаж проходил вплоть до того момента, когда объявили посадку.

— Зануда, — проговорила мне на ухо Аня.

Я улыбнулась и кивнула в ответ, соглашаясь с ее мнением.

Два часа на самолете, и мы уже на Кавказе. Еще три часа, и мы у подножья Эльбруса. Дорога вымотала настолько, что у меня не осталось эмоций на восхищение этим видом. Мои ноги гудели, а спина затекла, и мне сейчас хотелось только одного — лечь на землю и вытянутся во весь рост.

А Аня радовалась, как ребенок. Конечно, она и была еще ребенком. А я смотрела со стороны на все происходящее и не понимала, как я буду здесь находиться две недели, и где мы будем принимать ванну.

— Здравствуйте, товарищи альпинисты! — прорвался в мою задумчивость веселый звонкий голос. Парень стоял в нескольких десятках шагов от меня, но его харизматичность чувствовалась даже отсюда. — Поздравляю вас с прибытием, — он посмотрел на девушку Марту, и его губы сковала застенчивая улыбка, она ответила ему безразличным кивком, и парень тут же поник, снова повернулся к нам. — Дабы не остаться сегодня ночью под темном небосводом и на съедение комарам, взяли все свои ноги в руки и пошли за мной. Основная группа уже ушла, так что нам нужно еще постараться догнать их.

И мы все, как стадо ослов, проходя шлагбаум и подходя к горной тропе, становимся друг за другом и начинаем подъем.

Конечно же, я не первый раз забираюсь в горы. Ирландия пробудила во мне любовь к высотам. Но там я исследовала близлежащие возвышенности одна, предаваясь воспоминаниям из прошлой жизни.

— Девушка, вы, пожалуйста, не отставайте, а то такими темпами, которые задаете вы, мы точно к завтрашнему утру только дойдем, а ночью в горах холодно.

Я взгляну на говорившую. Марта стояла чуть поодаль, упершись руками в колено, которое стояло на камне.

— Сразу видно, что новичок.

Я не стала вступать в диалог с этой особой, просто ускорила шаг. Аня, что шла впереди меня, ловко перепрыгивала с камня на камень, как горная козочка. Я хмыкнула. Мне двадцать шесть, а я уже чувствую себя такой неуклюжей и взрослой, что самой страшно стало. И как-то внутренне подтянувшись, я ускорила шаг.

Через полчаса подъема я начла задыхаться, все мысли уже были далеко, и в голове кроме пульсирующего в висках давления ничего не осталось.

— Витя, остановись! — раздалось где-то сбоку от меня. — Давай на пять минут встанем на привал, здесь девушке плохо.

Я оглянулась по сторонам и поняла, что все смотрят на меня.

— Что? — спросила, задыхаясь.

— Дыши, — подойдя ко мне скомандовала Марта.

Я хотела было ей возразить, но не смогла, горло перехватило. Сделала осторожно вдох через нос. Кислород маленькими острыми осколками прошелся по горлу.

— Что? Что не так? — спросила я и села на землю, хватаясь за шею и проводя по ней рукой взад-вперед.

— Я точно не знаю, — пожала девушка плечами.

— Это, скорее всего, давление, — подошел парень.

Я посмотрела на него, а к моему боку пристроилась Аня, гладя меня по руке.

— Или, — он оглянулся по сторонам, — у вас нет аллергии?

— Ты такая бледная, — проговорила девочка.

— Нет, до этого аллергии не наблюдалась, — дыхание пришло в норму, и я уже свободнее могла ответить парню.

— Тогда точно давление, — он посмотрел на Марту. — Нужно с остальной группой идти дальше, иди ты. А я останусь.

Он взял девушку под руку, и они отошли в сторону.

— Надо было мне оставаться дома, — улыбнулась я Ане.

— Да все пройдет, — успокаивающе проговорила та, — это просто адаптация к горному воздуху, скоро все пройдет.

— Все, подъем. Аня, ты с нами, а Виктор потихоньку пойдет с Полиной, — Марта посмотрела на меня, я утвердительно кивнула. — В лагере разберемся, что делать дальше.

Группа поднялась и так же цепочкой начала подъем вверх. Я же смотрела им в след с тоской, не люблю выделяться, а тут… Я покачала сама себе головой.

— Что, опять плохо? — расценил мой жест парень.

— Нет, все хорошо, мне уже лучше, — поспешила успокоить его я. — Полина, — протянула ему свою руку.

— Виктор, — пожал он ее в ответ. — Знаешь, ты не первая и не последняя. Ничего, сейчас посидим немного и тронемся в путь, мы их еще нагоним.

Но Виктор ошибся. Группу мы не нагнали и уже в сумерках вступили в поселок Азау, который и был перевалочной базой для туристов. Здесь, как объяснил парень, нам предстояло пробыть дня два, чтобы пройти ту самую акклиматизацию, которая началась у меня в низовье горы.