Ярый (СИ) - Кобрина Евгения - Страница 8

- Герман, он же француз, искусный мастер комплиментов и флирта.

- Это должно меня успокоить?

Ксения запоздало вспомнила, что вообще не должна оправдываться перед этим мужчиной и тут же об этом ему и сообщила:

- Это не должно тебя волновать, - сказала она, и сделал шаг назад. – У меня есть муж, это должно волновать его, а не тебя.

После её фразы холод стал между ними, и Ксения явно это почувствовала. Она неосознанно провела руками по плечам, в защитном жесте и оглянулась:

- Мне нужно ненадолго отлучиться.

Герман не ответил, и женщина быстро ушла в дамскую комнату.

Глава 6.

Сполоснув руки и поправив макияж, Ксения пристально посмотрела на себя в зеркало. Что она здесь делает, зачем согласилась приехать сюда с ним? Как могла принять от него в подарок платье? И главное, почему терпит его объятия, которые всем и каждому указывают на определенные отношения между ними? Ведь ничего такого между ними нет. Герман просто партнер её мужа, который помогает ей с дочерью в трудную минуту. Женщина прикрыла глаза – зачем она обманывает сама себя? Между ними определенно что-то большее, иначе бы она так не волновалась рядом с ним. Любая женщина чувствует и знает, когда небезразлична мужчине. И она была небезразлична Герману. Определенно небезразлична.

«Надо заканчивать с этой «гуманитарной помощью», - решила женщина, - иначе добром это не кончится. Видно, все-таки придется на некоторое время вернуться к родителям, пока не найду хорошую работу».

Дверь в уборную открылась и две смеющихся молодых девушки зашли в дамскую комнату. Ксения вежливо улыбнулась, узнав одну из них – младшая сестра Тимура, имени которой женщина, конечно, не запомнила. Девушки перестали смеяться и встали возле умывальников. Сестра Тимура сложила на груди руки:

- Значит ты сейчас с Германом?

Ксения подавила удивление от нахального тона вопроса и посмотрела на девушку. Красивая, молодая, ухоженная – яркая представительница золотой молодежи. Все ясно, банальная ревность. Женщина улыбнулась:

- Мы просто знакомые.

- Ну, да, - протянула подруга сестры Тимура: - Хотела бы и я быть «просто знакомой», которую он ТАК обнимает.

Ксении вдруг вспомнилось, что она, будучи подростком, ни разу не участвовала в девичьих разборках и драках из-за парней. Хорошо бы, чтобы это так и оставалось, не начинать же в 27 лет. Женщина вложила в свою улыбку максимальное количество добра:

- У меня есть муж, и другие мужчины меня не интересуют.

Сестра Тимура придвинулась к ней:

- Будешь стоять у меня на пути – раздавлю. Герман мой. Запомни это.

Ксения лишь кивнула, понимая, что если откроет рот, может и не сдержаться, и тогда потасовки не миновать. Слишком агрессивно были настроены эти «школьницы». Она обошла девушек и вышла из уборной. Вечер перестал был «томным и удивительным» - хотя и сразу таким не был. Женщина быстро спустилась на первый этаж и, забирая свой плащ, попросила на ресепшене вызвать ей такси. Она также взяла лист бумаги и ручку, будучи уверенной, что её ухода по-английски Герман не оценит. Написав пару строк, женщина попросила одного из официантов передать записку и тот согласно кивнул. Она попрощалась с вежливым персоналом и вышла ждать такси на улицу.

Герман медленно пил виски, сдерживая себя, чтобы не напиться. Он был очень зол. Вечер сразу не задался. Ксения, которая от природы была очаровательной,  в элегантном черном платье стала просто неотразимой, и это заметил не только он – один взгляд Тимура чего стоил. За такой взгляд на его женщину десять лет назад Герман бы сразу разбил другу нос. Но они с Тимуром были уже не в том возрасте, статусе и отношениях, чтобы на людях клеить разборки. А потом этот француз со своими говорящими улыбками и выразительным взглядом. Герману казалось, что иностранец прямо на глазах у всего зала предлагает Ксении заняться с ним французской любовью, осмелевший из-за того, что его никто кроме женщины не понимает. Но последней каплей стало её упоминание о муже, Герман всегда просто белел от ярости, когда Ксения вспоминала об этом ничтожестве. От неприятных мыслей его отвлек официант:

- Извините. Вам просили передать, - вежливо сообщил он и протянул мужчине записку.

Герман удивленно вскинул брови. Рукописная записка? В век космических скоростей, айфонов, и интернета? Мужчина развернул листок:

«Разболелась голова, поеду домой.

Я вызвала такси. Хорошего тебе вечера.

     Ксения».

Он в ярости посмотрел на официанта:

- Она давно ушла?

- Только что. Я сразу вас нашел.

Мужчина кивнул и быстро пошел к выходу. Он сразу заметил на улице знакомую фигуру, которая садилась в такси. Герман ускорил шаг и открыл дверь машины, пока та еще не тронулась. Мужчина подхватил Ксению за локоть и просто вытащил из машины. Водитель такси начал протестовать и Герман кивнул Стасу, который маячил рядом, чтобы тот разобрался. Стас протянул таксисту деньги, за отмененный заказ и все вопросы сразу отпали.

- Подгони машину, - велел Герман Стасу.

- Зачем? Я могу спокойно доехать на такси, - начала протестовать Ксения.

Герман её перебил и жестко произнес:

- Если мы приехали вместе, то и уезжаем вместе. Запомни это.

- Сегодня прям как в школе, все «запомни» да «запомни» - буркнула Ксения и высвободила из захвата мужских пальцев свой локоть.

- О чем ты?

- Не обращай внимания, мысли вслух.

Стас подогнал машину, и Герман открыл для Ксении дверь. Она запротестовала:

- Я не хотела срывать тебя с праздника. Ты не должен уезжать из-за меня. Это не хорошо.

- Садись в машину, - выходил он из себя.

- Герман, чего ты на меня рычишь? Я хотела как лучше. Давай вернемся на вечеринку.

- Что, голова уже прошла? – с сарказмом спросил он.

Ксения хмуро уставилась на мужчину:

- Проходит, таблетка помогает.

- А потом будешь обвинять меня, что я смотрю тебе прямо в глаза и вру? - женщина смутилась и опустила взгляд. Герман вздохнул: - Ксюша, мы долго будем тут стоять, или ты уже наконец-то сядешь в машину.

Он первый раз назвал её «Ксюша», и это произвело эффект взорвавшийся бомбы. Чтобы справиться с чувствами, нахлынувшими на неё, женщина пришла в движение. Она быстро села в машину и обхватила себя руками. Герман сел с другой стороны, и они отъехали от клуба.

- Мы не попрощались с Тимуром, это не вежливо, - тихо заметила Ксения.

- Переживет.

Она хотела еще что-то сказать, но передумала и отвернулась к окну. Он злился, и не скрывал этого. Ксюше тоже было за что злиться, но она старалась себя не накручивать и успокоиться.

 Через пятнадцать минут молчаливой поездки Герман обратился к водителю:

- Стас, останови здесь, - машина замедлилась и стала на обочине у какого-то круглосуточного ресторана быстрого питания. – Иди, попей кофе.

Стас кивнул и вышел из машины, Ксения занервничала, оставшись с Германом наедине. Она быстро глянула на него, замечая пристальный взгляд мужчины:

- Нам нужно поговорить.

- Мы можем дома поговорить, - заметила она.

- Можем, - кивнул он. – Но поговорим здесь.

- Хорошо.

Герман отвернулся к окну, как будто не решаясь начать разговор. Ксения не могла поверить, что этот мужчина может на что-то не решаться. Герман посмотрел на неё:

- Ты должна знать: против Артема есть серьезные улики, а, значит, его посадят, лет на пять-семь. И это еще хороший вариант для него.

- Хороший? – прошептала Ксения.

- Да, Ксюша, хороший.

- Нет! Надо что-то сделать. Кому-то заплатить. Я найду деньги, скажи только сколько надо.

Герман усмехнулся:

- Почку продашь?

- Не смешно.

- Ты ничем не сможешь ему помочь. Там без вариантов.

- Всегда есть варианты. Всегда, - она задумалась, а потом посмотрела Герману прямо в глаза и тихо попросила: - Тогда помоги ему ты.

Они оба понимали, о чем она говорит, и что готова отдать взамен за помощь. Глаза Германа зловеще блеснули: