Бездна, полная звёзд (СИ) - Иванова Инесса - Страница 66

 — Вы изначально подозревали Рэнга?

 — Нет. Вилли Стентона - да. Потом, вы нашли дневник Алика. Я догадалась о его содержимом. Загорски конфликтовал с шефом более всех остальных. И ещё этот любовный треугольник! Я надеялась, что Ева успеет изъять файл до того, как вы его  расшифруете. Потом произошла серия покушений. До сих пор не знаю, как вы смогли выжить. В чём ваш секрет?

 —Я умолчу о нём. Мне кажетя, он мне ещё пригодится,  — горько усмехнулся я. Птичий гомон меня раздражал.

 — С самого начала всё пошло не так. Я знала, что задержка Евы в пути не поможет! Но попытку оставить вас на Пустоши умирать признаю!

 — А как же хваленые ценности Эллиона?

 — Так Макс и поставил их под сомнение! Скандал на Оке-3 возродил суеверные страхи. Средневековье!

 — А позже? Почему вы запретили Еве встречу со мной?

 — Любовь способна на безумства. Я пыталась оставить ей шанс на Эллион! Но она сделала свой выбор!

Какое-то время мы сидели и каждый смотрел вперёд, видя в будущем что-то своё.

Напоследок решился задать мучавший вопрос:

 — Что будет дальше?

— Вы спрашиваете про себя? Еву? Или Эллион?

 — Про 55Рака.

 — Ничего.

 — Мир не перевернётся? Это же эпохальное открытие.

 — Ничего не изменится. До поры.

 — Не понимаю. Вы считаете сигнал из космоса недостоверным? Или не хотите говорить?

 — Доверие – странная драгоценность. Иногда слишком роскошная для значимого события и рядовых людей.

Я хотел возмутиться: после пережитого и переосмысленного, я больше не был мелким винтиком огромной машины под названием Эллион. Более не россиянин, но и не вписался в рамки Эллиона. Изменил не только себя, но и Еву. Она научилась искусству бесконечного поиска ответов на вопрос: зачем? Ещё один не винтик. Я понимал, почему нас изгоняют.

 — Вопросы затягивают встречу, а у меня нет времени. Впрочем, как и у вас отныне. Сигнал – ответ на послание от шестого июля 2003 года, реальное доказательство внеземной жизни. Но мы не знаем ничего об инопланетянах и каковы их намерения? Люди хотят получить подобное послание всю жизнь, и всю жизнь надеются, что бескрайний космос мёртв. И вот ответ получен. Основа той жизни не только углерод, но и кремний. И существа с планеты f живут в воде. Называют свою Родину – Клеммкхант. Удивительные создания.

Дэниель снова замолчала, погружённая в свои планы или мечты. Разговор наш шёл урывками. Под ногами возникла проекция миллиардов звёзд неизведанных галактик. Кажется, мы двое были в тот момент вне нескончаемого круга жизни. Звёзды рождались в муках и мирно затухали, отдавая энергию новым планетам и кометам. Те, в свою очередь, несли останки по громадному космосу, чтобы подарить часть далёким собратьям бесконечного, разумного мира.

 — Но вскоре мы выясним о них много больше. Будем общаться через послания, со временем отправим звездолёт.

 — Если они нас не опередят, – вставил я, не в силах отказаться от культурного наследия Герберта Уэллса.

 — Значит, приложим усилия, чтобы не опередили. Всем нужна пауза. Должно вырасти новое поколение людей, готовых к встрече с иным разумом другой звёздной системы. Живущих с мыслью о необходимости данных контактов. И об их своевременности.

 — То есть, вы утаите, что сигнал уже получен?

 — Информация будет выдаваться не чаще раза в год. Оповестим, что сигнал, подтверждает контакт с разумной жизнью, но частично не читабелен. После, сумеем расшифровать, с какой именно планеты получен. Затем, получим данные о строении этих существ. И так далее. Александр Рэнг официально будет признан первооткрывателем сигнала. Окажем ему  посмертную честь, ради неё он и стал преступником. Но Эллион чтит заслуги, мы прощаем слабости великого ума.

 — Невероятно! Он убил четверых. Пытался убить ещё двоих. А потомство будет почитать его, как учёного мужа. Не честолюбивого маньяка! Наверно, даже придумают ему ореол святости!

 — Он и был выдающимся учёным, но маленьким человеком. Такое бывает. Обществу не нравятся диссонансы. А герои нужны во все времена!

 — А Алик Загорски? О нём не будут помнить? Без педантичности великий ум так и остался бы близорук!

 — Вряд ли мы его упомянем. Только как члена команды. Алику просто повезло. Как Вы там говорите: «оказался в нужное время в нужном месте». Не более.

Вдалеке послышалось журчание воды. Симуляция менялась.

 — Это наша с вами последняя встреча, так ведь?

Дэниель встала.

 — Разумеется. Признаюсь: возможно, проект по перемещению нам был нужен не меньше, чем вам. Теперь ясно вижу, что человек, воспитанный сегодня, пронизанный нашими ценностями и авторитетами, мечтами и чаяниями, не смог бы противостоять Александру Рэнгу. Не посмел бы, ради науки и общего будущего. Вспомните коллег: Николь Лантори, Джэй Родд, доктор Вилли Стенсон, Алина Чертанова – все им восхищались. Для них он был Богом, дарящим свет, новым Прометеем! Нужен был человек, подобный вам, думающий о благе конкретного индивидуума больше, чем о пользе для социума в целом. Мы здесь много достигли, но, наверное, кое-что потеряли, утратили в погоне за общим благом.

 — Однако, вы закрываете проект?

 — Одного сбоя достаточно!

Неоновые цветы распускались и поникали, каждый в своем ритме, не замечая друг друга. Как и люди.

 — И ссылка не на время, верно? Навсегда?

 — Я так люблю, когда не надо произносить лишнее.

Дэниель отвернулась. Аудиенция окончена. Я должен был уйти.

Обернувшись у входа, я выкрикнул ещё вопрос:

 — Вы совсем не боитесь, что я проговорюсь о ваших планах?

 — У Вас не будет возможности и желания. Главное, необходимости,  — она так и не повернулась. Всё было сказано.

***

Дневной свет за деревянной дверью заставил меня прищуриться. Всё сделано, больше меня в Эллионе ничего не держало.

Лифт открылся в холле первого этажа. Последняя дверь отделяла меня от обычной улицы. Я предвкушал запах озона. Кто знает, что витает в воздухе марсианской колонии!

Джина, похожая на призрак в духе Мэрилин Монро вошла в здание Министерства. Её никто, кроме отдельных людей, не замечал, теперь это было мне очевидно. Бросив мимолётный взгляд в мою сторону, «девушка» проплыла мимо.

Внезапно мне открылась истина, а может, я давно это подозревал. Разрозненные кусочки сложились в стройную схему.

 — Ты с другой планеты, Джина? – бросил я ей во след. Она резко повернулась.

 — Нет.

Придумается же. Наслушался историй Древнего мира!

 — Кто написал тебя?

 — Мне запрещено разглашать имя создателя,  —Джина говорила таким тоном, будто это совсем не важно.

 — Но когда ты была создана, можешь сказать?

Она застыла, словно не слышала вопроса.

 — Много столетий назад, угадал? Скажи: да или нет.

 — Нет.

 — Глупая версия, – усмехнулся я своей догадке, которая снова лежала в руинах. Джина будто вросла в пол. Я кивнул ей и взялся за ручку двери.

 — Миллионов, – её слова проделали зияющую дыру в моей гипотезе.

 — Что? – повернулся я резко, немного жалея о заданном вопросе.

 — Несколько миллионов лет назад. Но время не имеет для меня значения.

 — А Эллион?

 — Эллион, Эллада, Вавилон, Гиперборея - можно продолжать вечно. Но у одного из нас нет вечности в запасе.

 — Дэниель это знает?

 — Раньше люди были интереснее, мечтатели, они жили в слепой вере, а теперь воспитанные, хорошо и правильно, а, главное, много говорят. Но знаний меньше, чем у тех юных, наивных созданий. Даже те, кто поклоняется прогрессу, ограниченны – и помолчав, добавила: – Зачем ты спросил?

 — Хотел знать, что всё не случайно. Что кому-то не наплевать.

 — У меня нет любимчиков. Я исхожу из пользы группы, нации или народа. Тебе пора.

 — Это ведь ты помогла мне, правда? И тогда, в больнице, с тестом?

Человек бы в таких случаях сказал: “Да ты бредишь!” или “О чем ты говоришь?” Джина только ограничилась фразой:

 — Джинья исполняет желание. Ты пожелал и принёс в жертву свою прошлую жизнь. Ева совершила тоже самое. Оба верили - я исполнила. Алтари - только декорации.