Бездна, полная звёзд (СИ) - Иванова Инесса - Страница 55

***

Наутро я встал с головной болью и темными кругами под глазами. Моя немногословность озадачила Еву, но я сослался на головную боль и неважное самочувствие, вызванное прием сэлина и пережитым стрессом.

Я всё ещё его принимал, опасаясь возврата к прошлой жизни. Временами сильно тосковал по брату, но понимал, что не могу с ним увидеться даже на пару минут. В душе поселялась светлая грусть. Он бы понял мой выбор или принял бы.

Я отчаянно нуждался в одиночестве. Причин не верить Тренцу не было, а Ева регулярно недоговаривала и откровенно лгала. Но то были мелкие недомолвки-полуправды, а это тянуло на заговор.

В коридоре горел неяркий свет, приторно пахло её духами. Я мрачно зевал, не желая с ней разговаривать.

 — Полежу, и всё будет хорошо,  — выдавил я сквозь зубы. Что они собирались делать? Да и кто они? Существует ли Дэниель или она - один из манекенов?

 — Хорошо, как скажешь. Тебе точно не надо в больницу? Я могу позвонить Иоанне или нашему доктору,  — Ева нерешительно топталась у выхода.

 — Какому это нашему?  — резко спросил я, повернув голову.

 — Ну, из Министерства .

“Опять лжёт”  — сверкнула злобная мысль. Стало противно и тошно.

С некоторых пор ложь пропитала наши отношения и въелась в мою реальность. Настанет ли время абсолютной правды? Моя мать говорила: “Правда разрушительна, а ложь спасительна”Всё чаще мне казалось, что она была права..

Моё молчание Ева восприняла как признак плохого самочувствия, голос стал ещё нежнее. Я отвернулся и прошёл в кровать, Шелестела одежда, меня окутал запах лилии Регале, я, почувствовал прикосновение её губ к щеке.

 — Хочешь, я останусь с тобой?

 — Нет. Иди куда планировала.

 — Сегодня мы должны ехать в Министерство, помнишь? – спросила она встревоженным тоном.  — Но я могу сказать, что ты болен, и перенести встречу.

В её тоне всё яснее слышалась растерянность, как будто она не знала, как лучше поступить.

 — Нет. Никаких отсрочек.

 — Хорошо, - вздохнула она с облегчением или разочарованием?

Стоило Еве уйти, как я завернулся в одеяло и мгновенно заснул.

***

Мне снилось, что я стою напротив родительской дачи. Пылало яркое июньское солнце, трава вокруг дощатого забора выгорела. Чахлые деревца почти не отбрасывали тени. Двухэтажный домик из белого кирпича приютился сбоку участка. Я точно знал, что приехал забрать вещи. Двустворчатые ворота из сетки-рабицы распахнуты настежь. Среди деревьев и бурьян-травы в рост человека ничего нельзя было разглядеть. В воздухе клубилась мошка.

Я закрыл ворота, а когда обернулся, навстречу мне уже шла мать, какой она была лет пятнадцать назад. В шортах и футболке салатового цвета, со светлыми волосами, забранными в небрежный пучок. На лице отпечаталась усталость, струйка пота стекала со лба. В глазах сияла улыбка.

 — Ты же приехал за телескопом? – спросила она на ходу, вытирая тыльной стороной руки пот со лба.

Я кивнул.

 — Так и знала,  — она приветливо улыбнулась и подмигнула. Такой я её не помню, и от этого ощущения стали ярче и приятнее. Да и телескопа отродясь у меня не было. В реальности, глядя на меня, мама испытывала разочарование напополам с раздражением. Я понял это, уже став взрослым, когда смог оценить пропасть, разделявшую её с отцом. И наше взаимопонимание с ним служило для неё источником дополнительных обид. Я пытался ей понравиться, честно. Даже пошёл в технический вуз вместо гуманитарного.

Мы поднялись по железной лестнице на второй этаж. На участке в восемь соток выкопан бассейн, усердно замаскированный бурьяном. Ещё одно несоответствие.

Мать подала сумку-чехол, я растеряно смотрел на неё, не понимая, как подобная вещь могла пылиться на неутеплённом и нежилом этаже дачного дома. Я посмотрел на телескоп, а когда перевёл взгляд на маму, вместо неё напротив меня стояла высокая азиатка: скуластое худощавое лицо, тёмные, почти чёрные глаза. Она смотрела, не выказывая эмоций и одетая не по погоде тепло.

 — Кто ты? – спросил я.

 — А ты? – голос к неё был низкий и грудной.  — Знаешь, кто ты?

Она отдала мне сумку так, будто я всю жизнь шёл к этому моменту.

 — Всё ещё мечтаешь остаться под звёздами?

 — Да, они звали, там, на Пустоши.

 — Может, это случилось гораздо раньше? Время работает против тебя, запомни. Ответ там, в звёздной пустоте,  — я слушал её голос, бережно поглаживая чехол.

 — Я не понимаю, о чём ты говоришь,.

Стоило мне это произнести, как я оказался один на Пустоши ночью, но страха и холода не было. Я задрал голову, мне приветливо подмигнули миллиарды звёзд, приглашая в путешествие, которое никогда не кончается.

Пророчество растаяло вместе с ночью. Я долго лежал с открытыми глазами, пытаясь разгадать знаки судьбы.

***

Минуло шесть часов, и Ева снова возникла на пороге. Что-то такое было в ней такое, что я не мог быть  ней равнодушен. Может, её запах или упрямые завитки темных волос до плеч?

 — Посмотри, ты ещё даже не готов! – начала она с порога с недовольной ноткой в голосе.

 — Напротив, я собрался и жду тебя.

Ева стояла в прихожей и теребила браслет-телефон. На высокой худощавой фигуре любая одежда сидела превосходно. Я намеренно затягивал время, но в какой-то момент мне это надоело. Пусть будет то, что должно случиться!.

Через пару минут мы уже мчались по главному шоссе, обгоняя ветер. Или мне только казалось, что скорость большая. По встречным полосам мелькали обтекаемые потоками воздуха машины. Наша же полоса была свободна.

- Я хочу знать всю правду о тебе, – прервал я напряжённое молчание.

 — Узнаешь. Я же обещала больше не лгать! – руки её, барабанящие по клавиатуре, напряглись.

 — Я знаю, что ты не работаешь в Министерстве. Как и Дэниель. Только не надо отпираться!

 — Работаю. Но не в том.

Я расхохотался. Похоже, нервное.

 — В каком же. Культуре? Науки? Искусства?

Она молчала, и это коробило. Думала, как не солгать, но скрыть правду?

 — Что я для тебя значу? – выдохнула Ева.

 — Что ты там спросила? Кажется, я не расслышал.

- Ты всё прекрасно слышал!  — горько ухмыльнулась моя женщина. Или не моя? – Что я для тебя значу? Интрижку, удобный секс или нечто третье? Например, друга?

 — Честно?

 — Хотелось бы, хоть я не заслужила.

 — Изволь. До вчерашнего вечера ты была моей любимой женщиной. Потом оказалось, что почти всё, что мне известно - просто ложь. Выдумки. Иллюзия.

 —  Спасибо за честность.

 —  Можешь ответить мне тем же прямо сейчас?

 — Пока нет. Мы едем в нулевой сектор, там ты всё и узнаешь.

 — Нулевой сектор?

 — Министерство по секретным проектам, где работаем я и Дэниель.

 — Какое отношение к секретным проектам имею я?

 — Может, ты тоже не до конца откровенен?

 — Мне нечего скрывать! - с нажимом выпалил я. Пусть не равняет наши поступки!

 — Тяжело было привыкнуть к нашему миру?  — вопрос был задан обычным тоном, словно про сливки к кофе.

 — Очень. Мне кажется я так и не смог стать эллионцем.

 — И я не ко всему привыкла. Хоть и родилась здесь.

Мы замолчали, как по команде. Конечная остановка - десятый сектор, промышленная зона. То самое трёхэтажное строение, где исчезла азиатка в белом пальто!

***

Первый этаж изнутри был отделан мраморной крошкой и каким-то полимером, напоминающим с виду текущую смолу. Яркий свет исходил из стен и потолка. Пахло хвоей. Если снаружи здание выглядело безжизненным, внутри было так же. Никаких анфилад комнат и однотипных кабинетов. Тем паче, снующих с озабоченным видом людей в одеждах лилового цвета.

Маленький холл больше напоминал дорогую приёмную, чем коридор. Небольшой кожаный диван цвета вишни, изумрудные стены и три малахитовые двери без вывесок и табличек. Видимо, тем, кто здесь работает, они не требуются. А посетители не часто захаживали. Мы с Евой всё еще держались отстранённо, с прохладой, как два вежливых генерала неприятельских армий.