Пылающие Дюзы – 2 - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 11

– Дом отдыха Крошка Сью поможет вам забыть об усталости!

– Любое топливо по самым низким ценам!

– Ресторанчик Пабло удивит вас волшебным вкусом наших фирменных спагетти!

– Устал от полета? Давай к нам! Грациозные девы Лалутты!

Напряженно молчащий Лео медленно подвел корабль к освещенной выдвижной платформе. Тяжело лязгнули наши уродливые опоры. Спустя минуту послышался новый лязг – нас поймали универсальные захваты. Платформа вздрогнула и плавно пошла к открывающимся в обшивке створкам одного из частых проемов. Механический голос строго предупредил:

– Входим в зону искусственной гравитации. Отключить собственные гравигенераторы. Приготовиться. Три… два…

– Один. – со стоном выдохнул я. – Ох ты ж…

Сила тяжести…

Нормальная, чтоб ее, сила тяжести, что только что вроде как сломала мне шею и плечи…

За нами медленно сомкнулись створки, и мы оказались в огромном шлюзе.

– Гравигенератор, – выдохнул я. – Нам нужен собственный гравигенератор. И реактор… да нам вообще куча всего нужна. Ох… кости мои…

Вторые створки приветственно открылись, экраны затопил яркий искусственный свет. Когда Лео подрегулировал фильтры, я увидел здоровенное помещение дока с парой десятков различных кораблей, стоящих на параллельных платформах.

– Добро пожаловать на станцию Миртум! Мы всегда рады гостям! – на этот раз голос был доброжелательным и женским. Прямо щебетание небесное. – Подключение к станционной сети абсолютно бесплатно. Рекомендуем ознакомиться с кратким станционным сводом законов и непреложных правил, касающихся поведения, ношения оружия, наркотических веществ, подпольных торговых сделок, ввоза контрабанды и прочих… Напоминаем, что нарушение законов станции Миртум строго карается. И еще раз – добро пожаловать! Будьте как дома!

Войдя в свой паз, платформа замерла. Мы оказались на общественной космической стоянке станции Миртум. Прямо перед нами приветственно мигала вывеска какого-то заведения общепита.

– По гамбургеру и пиву? – предложил я.

– По гамбургеру и пиву. – согласился механик. – Но сначала чуть левее – душ и прачечная.

– Вот тут ты прав. – поморщился я, принюхиваясь. – Мы воняем… Поздравляю тебя, пилот Лео! Ты не только не угробил нас, но и доставил в целости и сохранности до пункта назначения. Спасибо, дружище.

– Я рад… – задумчиво изрек Лео. – Спасибо… я очень… рад… не забудьте подключить меня к энергосети!

– Хорошо. – ответил я, отлепляя ленту и с оханьем вставая на ноги. – Вот черт… вот черт… я идти не могу… но ради гамбургера и пива – я дойду!

10

– Это что за ржавое дерьмо с ножками? – не скрывая насмешки, спросил нас парень в желтом замасленном комбезе на голое тело и бейсболке, придавливающей черные вихры.

Вместо ответа я без замаха ударил его в челюсть, постаравшись вложить в удар весь свой вес. После невесомости, несмотря на принимаемую нами поддерживающую медицину, тело не хотело слушаться, реагировало вяло и удар вышел совсем никаким. Парень просто отшатнулся, схватился за челюсть, замычал, брызгая кровью. – прикусил язык и серьезно.

– Заткни гребаную пасть и ни слова про мой корабль. – веско посоветовал я, с трудом восстановив равновесие и уронив руку на игольник. – Ты меня понял, придурок? Эй! Ты понял меня?!

– Он тебя понял, дружище! – к нам торопливо подскочил мужик под пятьдесят, в комбинезоне такого же цвета и даже в такой же бейсболке, похожий на парня как отец на сына. – Простите придурка. До сих пор не могу вдолбить в его голову, что корабль – дом родной – и плохое говорить нельзя. Вы уж простите. Я Крис. Отец этого недоумка. Его имя Маллор. Тут уж мать постаралась его с придумкой имени. Что за Маллор? Все зовут его Мэлом.

– Да я че, – проблеял парень и сплюнул на ребристый стальной пол кровавую слюну. – Вырвалось… ч-черт… язык…

– Все нормально. – кивнул я, убирая руку от оружия. – Инцидент исчерпан.

– Рад. – улыбнулся Крис.

Переведя равнодушный взгляд на Мэла, я добавил:

– Корабль для меня не только дом родной. Это моя родина. Передай так всем, кто еще захочет позубоскалить над моим кораблем. Понял?

– П-понял…

– А вы кто будете? – Крис не сводил взгляда с оружия на моем поясе.

А там был не только игольник. Еще нож и дистанционный электрошокер. Мирная здесь станция или нет, но я должен быть готов к любому развитию ситуации. Я гросс. А гроссов нигде особо не любят. Учитывая мое физическое состояние, я предпочел вооружиться по полной программе. Разве что снарядился полегче – комбинезон, наколенники, куртка, наспинная и нагрудная камеры наблюдения, на постоянной основе подключенные к Лео. У Вафамыча из оружия только небольшой контактный электрошокер в кармане штанов и нагрудная камера. Теоретически старик вполне мог бы прихватить с собой небольшой игольник маломощной гражданской модели, но каждая орбитальная станция сама себе государство, и кто знает, какие тут правила насчет ношения оружия. На всякий случая я прихватил с собой еще один небольшой игольник, но держал его в кармане куртки. Передать Вафамычу – дело секунды.

Не дождавшись от меня ответа, Крис, толкнув ушибленного сынка в плечо, заставляя парня отшагнуть от нашего корабля еще на метр, потом чуть смущенно улыбнувшись, спросил иначе:

– Сумели ведь добраться, да?

– Сумели. – сдержанно кивнул механик. – Сумели. В той забегаловке кормят сносно? Помыться и потом успеем…

– В гамбургерной? Сэл котлеты суррогатные неплохо жарит. Кофе тоже нормальный. Чего еще надо?

– И верно.

– Так вы кто будете-то, ребят? Я вам так скажу – корабль в подобном состоянии не выпустит в космос ни одна станция. Вы сюда надолго.

– Выпустит. – улыбнулся я. – Слушай, Крис, я тебе скажу начистоту – я гросс. Заскочил сюда чуть отдохнуть, продать ненужные излишки, заправить топливные и кислородные баки. Так всем и передай.

– Ох ты…

– Ох ты. – повторил и Мэл, глядя на меня выпученными глазами. – Настоящий гросс… взаправдашний…

– Настоящий. – кивнул я. – Зовут Тимофеем Градским.

– Стоп! Ой! Простите, сэр! Вы случаем не с Невезухи… имя совпадает. По последним новостям там столько всего… всякого случилось…

– Случилось. – вздохнул я и шагнул прямо на Криса.

Тот вовремя посторонился и больше не задал ни одного вопроса, безмолвно провожая нас взглядом, пока мы шагали к ярко освещенной гамбургерной, похожей на аквариум с видом на всю стоянку запаркованных космических кораблей.

Внутри немало столиков, длинная красная стойка для приема заказов, пластиковые стулья с алюминиевыми ножками и огромные фальшивые потрескавшиеся окна с видом на безмятежную зеленую долину. Пол грубо раскрашен в красно-белую клетку, а на каждом белом квадрате изображен высунувший язык улыбающийся смайл. За стойкой имелась сонная деваха того неопределенного возраста, когда вроде еще молода, но как-то уже не очень. Судя по окрашенным в ярко-розовый кислотный цвет волосам и обильному пирсингу, она себя относила к подростковому возрасту. Посетителей нет. Судя по местному времени – одиннадцать утра по станционному – завтрак уже миновал, а обед еще не наступил. На нескольких столиках неубранные подносы с остатками еды и пустыми стаканами. Многое говорит о работающем здесь пирсингованном персонале. Поймав взглядом табличку с жирной надписью «Самообслуживание!», я прошел в двери, прошагал по десятку смайлов, на ходу проверяя в браскоме свой плачевный денежный баланс и доброжелательно улыбнулся местной богине гамбургеров, после чего скользнул взглядом по меню и сходу определился с выбором:

– Два экстрабольших и супер-мега-натуральных макси-чизбургера, корзинку лазурной картошки фри, две пачки мега-натурального кетчупа из земных помидоров и два литровых бокала пива Лумбасса Легкое.

– Двадцать два креда.

То, что появилось на губах девушки с трудом можно было назвать фирменной улыбкой заведения, но я особо и не ожидал солнечного приветствия в портовой забегаловке, поэтому просто поднес браском к сенсору терминала и подтвердил покупку.