Иной мир. Часть третья - Шарипов Никита - Страница 24

При отправке меня в другой мир комитет госбезопасности дал много информации. Часть её говорит о том, что примерная численность населения этого мира варьируется цифрами два или три миллиона. Думаю, что дома ошибаются. Народу здесь поменьше. Либо просто в ненаселённой части материка нахожусь. Открытого материка. Про закрытые ничего не известно даже комитету, а он знает много всего интересного. Есть другие материки в этом мире, но до них не добраться. Что-то не пускает. Или кто-то.

Устав стоять у входной двери барака, постучал ещё раз. Неужели все спят? Нет, не поверю. Люди, к которым пришёл, должны услышать меня даже без стука. Проверить? Вдруг неладное случилось.

– Кого там принесло на ночь глядя? – спросил хриплый голос. Шаркающей походкой человек приблизился к двери и принялся возиться с замком. Почти открыв, поинтересовался: – Росс, это ты?

– Ермаков Андрей, – назвался я. – Скиталец.

Скитальцами зовутся все новоприбывшие. Есть ещё пароли, но их так просто не называют. И тем более черт знает кому. У меня имеется в запасе большой список доверенных лиц, если по какой-то причине встреча с Михаилом Россом будет невозможна. Полковник тоже может погибнуть. От смерти мало кто застрахован. Здесь её непорядочно много.

– Скиталец, говоришь? – дверь открылась, и на меня посмотрел высокий и до ужаса худой старик с огромнейшей бородой, лежащей на волосатой груди. Из одежды на нём только белые широкие штаны и повязка на левой руке чуть выше локтя, которую одеждой считать не годится.

– Скиталец. – Я слегка кивнул и постарался рассмотреть барак, но старик встал умело. Не доверяет.

– Михаил Росс мне нужен. – Устал и поэтому не хочу медлить. Пароль не назову, но скажу то, что известно ограниченному количеству людей. Говорю: – Что мы о времени всё да о времени. Не пора ли о простом поговорить? Пора, сам знаешь.

Дед, показав абсолютно целые зубы посредством улыбки, шире открыл дверь и сказал:

– Входи, Андрюшка. Вижу, что ты с дороги, малыш. Попотчую тебя, а затем на боковую. Миша Росс вернётся утром, и раньше его можно не ждать.

Чай, суп и салат – что ещё нужно для того, чтобы быть счастливым уставшему путнику? Нужны баня и сон. Первой была баня. Остывшая, но с тёплой водой. Затем, под пристальным вниманием деда Ивана, я был накормлен. А затем уложен спать на одну из имеющихся в бараке двадцати коек. Только две из них были заняты до моего прихода: на одной спал дед, а на второй спит мальчишка лет пятнадцати. Не спит, как я понял по сопению. Бдит. Интересный малый. Уж не Вовка ли это? Вовка – младший сын Михаила Росса. Ещё должна быть старшая дочь Людмила. Наверное, с отцом и матерью сейчас. Ладно, утро вечера мудренее. Ночи, если точнее. Сон мне позарез нужен, и поэтому буду спать. Умению быть начеку даже во сне научен, поэтому проблем никаких. Ошибся насчёт проблем.

Вовка, да, это спал именно он, разбудил меня, когда до рассвета оставалось час с небольшим. Стоило открыть глаза, и он прошептал:

– Нам нужно уходить, Андрей. В посёлок пришли плохие люди, и сейчас они убивают всех, кто здесь живёт. Одевайся и пошли. Я знаю, как уйти.

Сложно поверить в такое. Особенно когда говорит это пятнадцатилетний мальчуган. Да, он оделся как солдат и сложен физически просто отлично, но тем не менее он мальчишка. Куда подевался дед Иван?

Вовка, словно прочитав мысли, рассказал:

– Дедушка Иван ушёл встречать убийц. Он сможет задержать их, но ненадолго. Возраст. Восемьдесят лет в этом году должно было исполниться.

Не понравилось мне это. Паренёк говорит о дедушке Иване, как о покойнике. Он ведь ещё жив. Или Вовка уверен, что дед не выживет? Пусть и так, но мне это всё равно не нравится. Дать бой – вот что я хочу.

– В посёлке есть…

Автомат, изрыгнувший длинную очередь, прервал меня. После этого посёлок проснулся. Послышались множественные крики, а за ними выстрелы. Из ружей и пистолетов стреляют редко. Основной звук идёт от автоматического оружия. Как стреляет автомат Калашникова, мне известно. Он в мире этом, как и в том, сильно распространён.

Привести себя в порядок дело нехитрое. Постиранная афганка не высохла, но и хрен с ней. На теле досохнет. АКМ в руках и готов стрелять. Он у меня ухоженный.

Вовка, что удивительно даже для меня, вооружён автоматом АС «Вал». Машинка столь редкая, что видеть прежде мне её довелось лишь раз. Новинка! И как он в этом мире оказался? Да, комитет правда держит Россов в любимчиках. Сынок Михаила щеголяет с оружием, получить которое мне не светило. Впрочем, я и не стремился стать обладателем диковины. Путь был сложен, и не будь со мной верного АКМ, то он бы закончился давно. Если у Россов окажется ещё один свободный автомат, то от подарка не откажусь. Не окажется – не расстроюсь. Задачи надо выполнять, а не об оружии думать. Оружие лишь одно из средств, облегчающих выполнение тех самых задач.

– Выходим и сразу бежим до бани. У поленницы придётся залечь. Там есть жёлоб в земле, который отец специально рыл на случай отхода. Понял, Андрей?

Я понял и кивнул. Стрельба начинает приближаться к бараку. Ответная, которую создают жители посёлка, минимальна. Нападавшие в большинстве и превосходстве вооружения. Уйти – шанс выжить. Бой дать точно не выйдет. Росс, тот, что Михаил, интересный мужик. Вот так просто оставить сына? Он ведь наверняка знал о готовящемся нападении, поэтому свалил. Ещё он должен знать, что совсем скоро объявлюсь я. Его уведомляли о моём отправлении больше полгода назад. И сроки ставили чёткие. Нет, я точно уверен в том, что он знал о моём приходе. И мне непонятно, почему Росс оставил сына-подростка. Что я, что Вовка можем погибнуть.

Открыв дверь, Вовка побежал. Быстро побежал. Так, что догнать, рванув следом, не смог. Уже у бани по нам начали стрелять, но канава и темнота уберегли. Хорошо, что ночь тёмная. Небо затянуто тяжёлыми тучами, и возможно, скоро начнётся дождь. Плохо, что на другой части посёлка разгорается пожар. Жгут дома не жалея, твари. И людей не жалеют. Кто же они такие?

– По дорогам не уйти. – Вовка лежит прямо передо мной. – Джунгли – наше спасение. Я знаю, как прорваться через оцепление. Враги не дураки и выставили его. Уверен в том, что говорю. Пока ждём. Сейчас дед Иван должен помочь нам.

Идти в джунгли – затея нехорошая. Но это лучше, чем остаться под вражескими пулями. Возможно, что Вовка знает, как выживать в этом мире. Я ведь знаю. Плохо, но знаю.

– Почему отец оставил тебя? – спросил я. – Он знал о нападении, я прав? Ты ведь можешь погибнуть.

– Отец оставил меня, чтобы выжил ты, Андрей. – Вовка говорит об этом так, словно это всем очевидные вещи. – Без моей помощи, увы, ты умрёшь. Жаль, что приходится жертвовать Тихим Бором. Мне тут нравилось. Отец не ошибся, сказав, что ты приведёшь большой хвост. Я не верил. Мы выживем, ты не бойся, Андрей. Шансы у нас достаточно высокие. Особенно с дедушкой Иваном. Готовься бежать следом за мной. И стрелять, если увидишь движение.

Бум-бум-бум! Бум-бум! Бум-бум-бум-бум!

Крупнокалиберный пулемёт Владимирова загрохотал так, что все другие звуки на его фоне потерялись. Дед Иван и его поддержка. Нападавшим стало не до нас, потому что их рвет на части. Не всех, но несколько секунд у нас появилось. Благодаря деду Ивану появилось.

Бегу за Вовкой, стараясь не отставать. Не отстаю только потому, что паренёк успевает заметить врагов и убить их. Стреляет на ходу, но без промахов. Врываемся в заросли и падаем под прикрытие массивного куста, похожего на огромный папоротник. Пулемёт пока работает, но очереди стали слишком длинными. Рвутся гранаты. Нешуточный бой. Вовка командует:

– Двести метров джунгли проходимы, а затем будет глубокий овраг, на дне которого ручей. Скорее всего, нас встретят до оврага. Будь начеку, Андрей. Доберёмся до оврага, и можно считать, что мы в безопасности. Встаём и пошли.

Мы встали и пошли. Я, считавший себя высококлассным специалистом, не знаю, что делать. Пятнадцатилетний мальчуган знает и делает. Россы, они все такие…