Рождение мечника (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич - Страница 67

— Ты бы не спешил в свою… Вальхаллу. Твоя кошка ещё не наигралась вволю. Вот наиграюсь… но и тогда не пущу.

Пришлось глубоко зарыться лицом в волосы своей рыжей красавицы, успокаивая. На мгновение в голове стало пусто, я просто балдел от её запаха и от… да, от её тонкого флёра энергетических полей, которые чувствовал, словно вторую кожу. Придя в себя, я, шальной от мгновенной потери чувства реальности, всё же нашёл в себе силы закончить:

— Я… хочу доверять вам. Полностью. Без остатка. Надеюсь на вашу взаимность, дамы. Я ваш с потрохами, прекрасно понимаю это, и хочу, чтобы между нами не осталось недопонимания. Поэтому… открываю полный доступ к импланту.

Мгновение тишины, повисшей после моей последней фразы, взорвалось каркающим грудным смехом женщины с туманностью на груди.

— Первый раз слышу нечто подобное от мужчины! Как он нас в позу поставил, а, девочки? Теперь его и не обидишь толком…

— Да его и раньше не так-то просто обидеть было… — одними губами усмехнулась Асина, многозначительно косясь на рукоять клинка за моим плечом.

— Действительно открыл! Какой горячий мальчик… — выдавила вконец ошалевшая от такой экспрессии Милена. Справившись с собой, она встала и низко поклонилась своей Высшей. — Ри, я вынуждена признать, что мальчик с таким боевым настроем и такими генетическими кондициями вполне способен послужить Экспансии. Поэтому… я признаю своё поражение в нашем с тобой многолетнем споре. Мужчина действительно способен служить Республике и защищать нас от врага. Если что, твоему мальчику всегда найдётся место в моей стае.

— Милый, ты знаешь, что такое множественные оргазмы? — мурлыкнула у меня над ухом Валери. Я почти не понимал её слов, потому что по телу уже гулял ветерок от множественного касания импланта. — Покажем ему, сёстры? По-моему, он заслужил.

Мир вокруг взорвался. Ярчайшая вспышка опалила сознание, стекла по телу мелкой дрожью, но стоило мне попытаться собраться с мыслями, как на её место пришла другая. Потом ещё одна. После третьей или четвёртой я вообще перестал соображать. Валери в моих объятиях прекрасно уловила моё состояние, поэтому широко расставила ноги, плотно обхватила обнимавшие её талию руки, и чуть наклонилась вперёд, позволяя мне мешком опасть на её спину. На губах женщины играла победная улыбка: она добилась всего, чего хотела, даже сёстры одобрили её выбор. Да что там — даже Милена согласилась взять мужчину в свою стаю, окончательно признала её правоту.

Я пришёл в себя рывком. Картинка перед глазами оказалась совсем не той, которая отложилась в памяти. Сверху мягким светом фосфоресцировал металлический потолок, а чуть ниже, на груди, в водопадах волос, сопела женщина. Моя женщина. Это я ощущал совершенно точно, и даже не цвет волос был тому причиной — где-то внутри ворочался клубок нежности и ощущения какого-то… сродства. Я запустил руку в эти потрясающие рыжие заросли, другой ладонью прошёлся по сильной спине женщины, по её упругой попке. Сопение под волосами тут же оборвалось, перейдя в глубокий стон. После третьего стона женщина подняла голову, и на меня посмотрели её затянутые паволокой наслаждения, стеклянные от счастья глаза.

— Всегда буди меня так. Слышишь?! — простонала валькирия.

— Чем хоть всё закончилось-то? Я ничего не помню.

— Так уж и ничего? — глаза Валери очистились, в них теперь плясали бесенята.

— Помню… КАЙФ.

— Это была часть того кошмара, в котором живут мужчины Республики. Как тебе?

— Ты во всём была права. Но… Это ведь сделала не только ты?

— Да. Каждая сестра подарила тебе частичку удовольствия. Всем очень понравилась твоя прочувственная речь, и они устроили тебе… овации.

— После такого можно и с ума сойти.

— Признаюсь, мы немножко переборщили. Для тебя это было слишком резко. Но я, правда, не ожидала, что каждая приложится! Представляешь, Ми после твоих слов признала себя проигравшей в нашем многолетнем споре!

— Что за спор-то был? И кто такая Ми?

— Ми — это Милена, моя ближайшая подруга. А спор… Не бери в голову. Она теперь готова признать право мужчин быть защитниками Республики.

— Знаешь, я до последнего не хотел открываться. Как представлю, что со мной сделает Милена, когда дорвётся до контроля…

— Ничего не сделает. Так, поиграется немножко для приличия, и ко мне отправит. Подумай лучше вот о чём. Ты отлично сходишься с сёстрами. Меньше суток на корабле, а уже — душа команды. Они к тебе все, как к брату теперь относятся, а не как к игрушке! Ума не приложу, как это тебе удалось!

— «У меня нет оружия — доброжелательность и правота — моё оружие»… Возможно, они просто чувствуют моё отношение? А после моих слов — знают его доподлинно?

— Да нет, котик, тут другое… Не хочешь рассказать мне про это своё «дыхание дракона»?.. — внешне безразлично, но с оттенком потаённого любопытства в голосе поинтересовалась девочка. — Сёстры интересуются… а мне и сказать им нечего.

— Только сёстры? — с ухмылкой на губах поинтересовался я, продолжая плавать в океане её волос.

— Я, конечно, та ещё кошка любопытная… — девочка в моих руках потёрлась щекой о мою щёку, чем вызвала сумасшедший прилив нежности, от которого у меня аж дух перехватило. — Но в этот раз — нет. Когда ты меня на станции припечатал этой своей «белой палкой», было любопытно до жути. Теперь лишь самую малость. И знаешь почему? Потому что ты мой. Со всеми своими достоинствами и недостатками, в чём бы они ни заключались. Отсюда моё спокойствие.

— Ладно, кошка. Будут тебе ответы. Это боевая техника, позволяющая тихо и незаметно умерщвлять часовых или просто преподносить врагу неприятные сюрпризы. У нас этим в прошлом кланы наёмных убийц одной страны баловались — ниндзя их называли. Милена просто оказалась слишком живучей. Кошка! Никак её не проймёшь — ни полями, ни дыханием! Я, собственно, так и думал, что ничего ей не будет — главное, вовремя активировать нужные зоны организма. Что до самой техники… Нужно полностью контролировать некоторые группы мышц живота. И когда надо — открыть пищевод и выпустить наружу газы, скопившиеся в кишечнике от разложения продуктов питания. Как видишь, все эти пафосные восточные названия далеко не всегда соответствуют сути. Если там и есть что-то от дракона, то только от мёртвого.

На несколько минут в каюте повисло молчание. Валери думала. Переваривала. Главное, чтобы не выпустила какие-нибудь продукты разложения мыслей из своей такой милой и такой умной головки. Чувствую, надумать девочка может разного… Однако все мои опасения канули всуе. Когда Высшая заговорила, её голос обволакивал нотками задумчивости и довольства.

— Силена сказала, будет ставить перед орденом вопрос: поиск мечников-мужчин. Она считает, что такие, как ты, способны усилить степень боевой слаженности наших флотов и десанта на порядок, если не больше. Это может сдвинуть сроки возврата Внешних колоний в лоно Республики в полтора-два раза в сторону уменьшения.

— Возврата Внешних колоний?

— В Республике официально считается, что все населённые человеком миры — это наши блудные колонии, которые нужно вернуть в лоно единой цивилизации.

— Постой, постой… Сроки? У вас это… рассчитано?!

— Да. У нас плановая экономика, жёстко подчинённая Космической Экспансии. Наша Экспансия абсолютно контролируема и происходит безотносительно к сопротивлению колоний. Сопротивление — это лишь фактор, учитываемый в планах.

— А люди? Откуда вы берёте достаточное количество людей для флотов и десанта?

— Централизованная подготовка. Стержень нашей боевой мощи — валькирии. Мы воительницы, всю жизнь сражающиеся за Республику, мы проходим уникальную подготовку на реальных конфликтах. А Орден и мечницы — сердце этого стержня. Свою лепту вносят и ласточки [20], а также дальняя разведка. Плюс, постоянно идёт жесточайший отбор в системе кадров. Каждый, показавший результат выше среднего, тут же берётся на заметку, и его дальнейшее совершенствование всячески поощряется и поддерживается. Даже тебе, мужчине, дали полновесное гражданство, оценив потенциал твоих свершений и абсолютную лояльность Республике.