Классическая попаданка или думать надо над своими желаниями! (СИ) - Волкова Риска - Страница 11

Я же уже знала, чего попрошу.

— Я хочу взглянуть на него. Ведь по внешности очень часто можно понять, несет ли человек опасность… И хочу узнать, за что тебя и его заточили здесь.

Женщина печально улыбнулась.

— Ох… Как же я сразу не рассказала тебе? Знаешь, Фейрис скоро вернется, у меня не хватит времени все рассказать. Но я дам тебе книгу… О нас, с этим магом. Там все подробно описано…

Словно по волшебству в руках дамы появилась небольшая книжонка в кожаном переплете и с золотым тиснением. Она протянула ее мне.

— Держи! Как решишь — вернись сюда. Я буду тебя ждать.

Дама с картины оказалась права, Фейрис довольно скоро вышел в коридор. Увидев, что я все еще стою здесь, у картин, он удивленно заломил бровь.

— Алиса? Я думал, что ты уже давно в моем кабинете… — сказал дракон, беря меня под локоток и провожая до нужной двери. Поравнявшись с ней, он толкнул ее и она, легко поддавшись, распахнулась.

— Вот это да! — выдохнула я.

Когда я представляла себе кабинет Фейриса, я думала, что увижу небольшую комнату со строгим столом и парой-тройкой шкафов с книгами. Но то, что я увидела, было совершенно иным. Это был просторный зал, с диванчиками и стульчиками. Стол здесь и правда был, но не строгий, а довольно большой. На нем стояла ваза с фруктами и лежала стопка бумаг. Шкафов было, как будто мы находились в библиотеке! Очень много книг, свитков, каких-то дощечек. Была здесь и огромная карта мира, что висела на дальней стене. К ней мы и подошли вначале.

— Наш мир называется Нерания, а единственный материк — Пасфия.

Я уставилась на карту. Материк и вправду был один. По форме он напоминал забавного слоника, качающего головой. Были и уши, и хобот и хвост…

— Материк омывает огромный океан — Вивиен. Его воды холодны, но в некоторых местах проходят теплые течения, например с восточного его побережья есть место — Громные горы. Там, у их подножия расположены прекрасные пляжи, куда ездит отдыхать вся знать.

— А где мы находимся? — полюбопытствовала я.

— С западного побережья Пасфии. Вот здесь, в скалах Плача. — Фейрис указал пальцем на край гористой местности, граничащий с океаном.

Я кивнула.

— А сколько в мире рас и сколько государств? — продолжала спрашивать я, разглядывая карту материка, испещренную реками и озерами.

— Двенадцать. И рас, и государств. Каждой расе соответствуют свои территории и свои законы. Империя Драконов — Крылатая Братия, возглавляемая императором Ульрихом, серебряным драконом, имеет территории Скал Плача, и прилегающих к ним равнин Забвения. Мы граничим с людьми и с троллями…

Я немного ужаснулась, представив себе этих троллей, но ничего не сказала.

— Какие бы книги ты хотела прочитать? — вдруг спросил дракон.

Я задумалась.

— Нууу, я бы хотела что-нибудь о законах вашей Братии, о политике и о проклятиях.

Фейрис мягко засмеялся.

— Нет, ну законы и политику я еще могу понять, хотя это нетипично для леди… Но проклятия-то тебе зачем?

— Для общего кругозора! — фыркнула я, скрестив руки на груди. — Ну так что?

Дракон улыбнулся.

— Ладно, ладно… Сейчас подберу тебе что-нибудь…

Фейрис с задумчивым видом подошел к одному из шкафов и выудил оттуда два пухлых томика.

— Это о политике, и о законах. О проклятиях сейчас найду… Это, скорее всего, в учебниках по общей магии…

Когда Фейрис нашел мне последнюю книгу, то я выразила желание отбыть к себе в покои. Дракон вызвался меня проводить.

— Обрати особое внимание на книгу по магии. Возможно, что у тебя окажется какой-нибудь необычный дар. — сказал Фейрис, останавливаясь у моей двери.

— Дар? — удивилась я. Вот уж сказки!

Но мужчина был совершенно серьезен.

— Этот мир пропитан эфиром, который спаян с воздушными оболочками. У вас же, как я понимаю, эфир находится на расстоянии от атмосферы, а потому недоступен вам. Мало того, я выяснил из учебной литературы, что ученые в вас даже не признают его существование официально.

Я пожала плечами. Мне было все равно. Магия меня будет интересовать только в том случае, если она поможет мне добраться домой.

Забрав книги из рук дракона, я попрощалась с ним. Умывшись и забравшись в мягкую постель, я углубилась в чтение. Начала я, конечно же с той книги, что мне дала дама с картины. Я умело прятала ее сначала за спиной, а затем заложила между фолиантами, что мне выдал Фейрис. Поэтому сейчас, открывая первые страницы, я испытывала какое-то особое предвкушение.

На внутренней стороне обложки были портреты двоих людей. В одном из них я без труда узнала мою неожиданную знакомую, касательно другого предположила, что это и есть тот самый узник, которого мне надлежит освободить. Что о нем я могла сказать? Это был смуглый мужчина, в темно-синем фраке. Его длинные волосы цвета вороного крыла были схвачены сзади в хвост. Лицо его, волевое и властное, выражало насмешливую скуку. Более ничего различить было невозможно, кроме того, что мужчина был определенно красив.

Название, выведенное на незнакомом мне языке, который отчего-то сам собой умело переводился перед моими глазами в родной русский, гласило: “Исторический очерк о всепоглощающей любви драконов-револлюционеров Патрика Ширасы и Джеральдины Браско”.

Я невольно улыбнулась подобному названию и углубилась в чтение. В повествовании рассказывалось о двух молодых людях, парне из простой семьи и девушке из семьи богатой. Их любви мешали, разумеется, все кому не лень, ибо это были неравные по сословию отношения, а оттого они были порицаемы общественностью и являлись главной сплетней во всех кругах того поколения. Патрик изо всех сил старался быть со своей Джеральдиной, но стыдился своего положения. Поэтому в один прекрасный момент он решил, что уедет на обучение к темным эльфам, чтобы постичь их магию и доказать всем остальным, что он тоже чего-то может. С помощью сей магии он надеялся завоевать расположение родных возлюбленной. Однако, на поездку и обучение у Патрика ушло более семи лет.

За это время изменился и он, и девушка, однако их чувства остались неизменными. Когда они встретились, то тут же бросились друг другу на шею и разрыдались.

— О, милый Патрик! — говорила Джеральдина. — Между нами все кончено! Не быть нам вместе теперь никогда!

Дело было в том, что девушку родители просватали за наследника престола, нынешнего императора Ульриха. Джеральдина не хотела за него замуж, а потому, обливаясь горючими слезами, предложила Патрику учинить побег.

Но Джеральдина не знала, что мужчина вернулся другим. Хотя бы потому, что отныне он не умел признавать поражение. Если наследник империи встал у него на пути, он был готов от него избавиться.

Именно с этого момента и началась подготовка к так и не состоявшейся революции в Крылатом Братстве.

Патрик Шираса был превосходным организатором. Если прибавить к этому его острый ум, обогащенный частым чтением различного рода литературы, смешливость, иногда доходящую до язвительности и знания, полученные у темных эльфов, то он был идеальной кандидатурой на то, чтобы заменить нашумевшего своей глупостью Ульриха. Однако, помимо наследника, и его престарелого отца, Патрику пришлось столкнуться с Императорской думой, прекрасно понимавшей политический расклад и которой было выгодно правление недалекого и ведомого владыки. Особенно, что он не очень-то и заботился о том, чтобы хотя бы изредка присутствовать на заседаниях и заглядывать в отчеты о государственных тратах.

Патрик был умен, но и те, кому было выгодно правление Ульриха не были глупцами. Среди них были приличные маги, и не менее умелые организаторы. Достаточно быстро прознав о замыслах Ширасы, который к тому времени собрал уже достаточно приличную армию из бедных слоев населения, снабдив их знаниями и артефактами силы, члены думы подняли шум, обвиняя Патрика Ширасу в сговоре с самим дьяволом, открыто сообщая всем, что души тех, кто свяжется с этим магом непременно попадут в Ад на самый последний круг и будут жариться на огненной сковородке века вечные. В наше время подобная информация, возможно, и вызвала бы улыбку, но только не в Средневековье, где суеверие очень плотно сплеталаось с набожностью, а власть церковников была просто огромна. Патрик благодаря этому достаточно быстро потерял всякую поддержку, а вскоре и был пойман сам, и заточен в Темницы замка на Утесе под присмотром огненного дракона Фейриса. Его же возлюбленная, Джеральдина, стала порицаема обществом за предательство короны и в наказание была заточена на срок в сто лет в картину в том же замке. Кажется, кто-то из церковников даже сказал им напоследок, что теперь они будут неразлучны, как того и хотели.