Без времени - Ёлшин Олег Игоревич - Страница 34

Потом, как бы очнувшись от этого обморока, он вышел наружу и посмотрел перед собой вдаль. Теперь с какой-то неотвратимостью его тянуло туда — напротив. Он перешел через эту мостовую, где начинался тоже очень старый забор, но в нем не было ни единой дыры. Вдалеке стоял не очень большой, но тоже старинный дом. Он и приковывал к себе все его внимание. Он трогал руками стены этого забора, ходил вдоль него и не мог оторвать взгляда от того маленького старого дома. Там, похоже, жили люди. Вдалеке одиноко ходила лошадь и ела траву. Он не мог туда перебраться и снова ходил по этой мостовой, разглядывая камни и все вокруг…

9

Он снова находился в своем испанском отеле. Сегодня прошел пять километров от тех развалин пешком до ближайшего городка. Пока шел, не понимал, что с ним произошло, и это бесило его. Всему должно быть какое-то объяснение! Раздражал французский таксист, который, не говоря по-английски ни слова, не понимал, почему нужно 200 километров ехать на такси. Но когда увидел в его руке пятисотенные купюры, пожалел, что не учил русский язык. Сразу стал все понимать и довез его до отеля.

Следующим утром он проснулся в дурном настроении. Что-то не давало покоя.

Чего он бесится? Чего боится? Да и не боится он ничего. Взрослый, сильный, умный мужик. Чего бояться? Ну, не понимает он того, что произошло с ним. Наплевать и забыть. Он не псих. И вообще… что-то он расслабился. Если не может объяснить, значит нужно просто забыть. Действительно, нужно было ехать в Куршевель или куда-нибудь на сафари в Африку. Убить льва, полетать на вертолете над саванной, искупаться в океане. Его девчонка была бы счастлива. Давно он не был так взбешен. Ее телефон не отвечал.

«И еще смеет не брать «трубку» на пляж, когда он звонит», — продолжал изводить он себя.

Позвонил своему помощнику в офис.

— Как дела?

— Нормально, шеф.

— Я звоню не для того, чтобы слышать твое «нормально». Как дела?

— Понимаете…

Наступила дурацкая пауза. Его зам всегда с трудом «поднимал» и выговаривал слова, когда возникали проблемы, словно эти его слова что-то весили.

— Ну, давай не тяни, — поторопил он его.

— Поступила информация, что у Вашего, ну, как сказать… друга неплохой проект. И мэрия им заинтересовалась.

— Мэрия — это не красные стены, а живые люди.

— Вот и я, шеф, об этом же говорю. Нужно решать этот вопрос.

— Так решайте!

Зам снова замялся.

— Ну, я хотел прежде посоветоваться. Этот парень, который у нас… простите, у Вас раньше работал, вроде бы Ваш друг.

— Так, понятно. Без меня никак. Вечером буду.

— Ну, почему никак…

— Я сказал, вечером буду. Закажи самолет. Через три часа приеду в аэропорт. Все.

Он бросил машину в отеле. Отзвонил в рент-э-кар, чтобы ее забрали. Больше не хотел болтаться по этим дорогам. Заказал такси и уехал в аэропорт.

Москва не принимала. Там висела та дурацкая туча и не давала самолетам садиться. Он долго ругался с дирекцией аэропорта, чтобы его отправили. Наконец настоял на своем.

Снова его удобный салон и этот стюард — француз.

— Привет, Франсуа.

— Здравствуйте, месье. У нас нет гарантии, что Москва принимает.

«Вот и этот его сегодня решил «доставать» своими проблемами. Ну что за день?» — подумал он.

— Франсуа, Москва меня примет всегда. Я ей нужен… А почему тебя так назвали? — почему-то спросил он его.

— Месье, меня назвали так в честь моего деда. А моего деда — в честь его деда.

— Вы, французы, очень последовательны.

— Нет, месье, просто мы уважаем своих предков.

Он больше не смотрел в окно. И вообще, когда он возвращался, никогда не смотрел в окно самолета. Задернул шторку и спал.

Москва не принимала.

«Как легко было улететь от нее, а теперь она не принимает», — подумал он. Топливо еще оставалось, и они, почти долетев до Санкт-Петербурга и узнав, что наконец самолеты начали садиться в Шереметьево, развернулись и пошли обратно в столицу. Со второго, с третьего захода наконец приземлились.

— В офис, — приказал он.

— Шеф, время шесть вечера, поздновато.

Его помощник вежливо встречал раздражение своего шефа и его самого.

— Я сказал в офис. Что еще нового?

— Понимаете…

Опять!.. Опять это «понимаете»!

— Что еще? — произнес он вслух.

«Дурацкая привычка замалчивать проблемы и потом вываливать все сразу. Да и какие могли быть у него проблемы?» — подумал он.

— Когда я провожал Вашу девушку в аэропорт…

— Ну?

— Я не хотел говорить, пока Вы были в поездке. В общем, когда она прошла регистрацию и сдала багаж…

— Ну, дальше?

— Дальше ее ждал… какой-то парень…

— Так… Ну и что? Может быть, случайность, какой-то… старый знакомый, случайно встретились? Тоже летел куда-то?.. Нужно было прозвонить отель.

— Прозвонил.

— И что?

— Номер зарегистрирован на две фамилии…

Небольшая пауза повисла в салоне его автомобиля.

Шеф, я пробил его координаты — дать?

«Не надо!.. Подружка! — подумал он. — Я покажу тебе подружку и Тенерифе, и рассвет на Тейде устрою такой, что мало не покажется…»

— Заблокируй ее кредитку, — сказал он заму.

— Да, шеф, сейчас позвоню в банк.

«Действительно, что-то я расслабился. Давно такого не было, — подумал он. — Ну, что же, поиграем!»

10

— Привет, крыша неба московского.

— Давно ты меня так не называл.

Это был его старый знакомый. Знакомый, без которого в делах не обходится. Стоит позволить себе пренебречь подобными связями, и твой бизнес полетит ко всем чертям и ты следом…

— Я пью виски и звоню тебе. Почему для меня погода нелетная? Почему меня плохо встречают?

— Что случилось?

— А ты не знаешь? Надел дорогой костюмчик, мой галстук и забыл о моих делах? Когда мы тебя сажали в это кресло, ты одевался по-другому. Так кто у вас там заинтересовался ЕГО проектом?

Они оба прекрасно понимали друг друга, и не надо было говорить лишних слов. Это был человек дела. Его дела и дела многих, таких же, как он сам. Он помогал, прикрывал, сводил, решая многие вопросы. И тогда они не превращались в проблемы. Таков закон бизнеса.

— Я в курсе твоих дел. Но вроде бы, когда ты меня с НИМ знакомил, разговор был другой? Ты же просил помогать человеку?

— Значит, так. Тендер через неделю. Приостанови его дела, пришли гостей из своих служб, ну, так, немного попугай, арестуй счета, а дней через десять извинись. Короче, сам знаешь, тебя учить не надо.

— Да, давненько мы не толкались лбами! Эх, лихие девяностые! — обрадовался его собеседник.

— Соскучился? Давай приезжай ко мне в офис. Посидим.

— Ужин за тобой? — спросил тот.

— Закажу. Давай уже. Галстук можешь не надевать.

11

И почему он так вчера напился? Все было под контролем. И уже давно не могло быть иначе. Ночью прямо из офиса он поехал в свой клуб.

— Виски, — коротко бросил он официанту.

— Вы же знаете — у нас нет спиртного. Вы сами когда-то на этом настаивали.

— Я сказал виски, — повторил он голосом, не терпящим возражений.

У него были некоторые акции этого элитного клуба, и он одно время деятельно принимал участие в его жизни… От нечего делать…

— Да, конечно, сейчас выполним Ваш заказ, — развел руками официант.

Ему принесли стакан со льдом и коричневой жидкостью. Он моментально выпил и попросил еще.

Он сидел в одних плавках в баре спортивного клуба. Напротив него сидела симпатичная юная блондинка. Очень симпатичная и очень юная. Она смотрела на него откровенно, и ее глаза пронзали его своим зеленым блеском.

— Вы не хотите мне заказать сок? — спросила она, присев к нему за столик.

— Поехали.

— Куда? — спокойно уточнила она.

— К тебе.

Сегодня он не мог возвращаться в свой огромный пустой дом.