Порочного царства бог (СИ) - Райот Людмила - Страница 50

— Ах, мужчины так легкомысленны! — "брюнетка" огорченно покачала головой и облокотилась на плечо одного из пэров, не достающей ей и до подбородка.

— А что сделал этот малец? — усатый джентльмен взирал на нее снизу вверх с выражением ошалелого восторга.

— О, много чего! Разбил мое сердце, лишил покоя, скрылся в неизвестном направлении… А теперь заявляет, что знать меня не знает!

И Клифф промокнул краем рукава подведенный черной краской глаз, судорожно обмахиваясь веером.

— Не берите в голову, он не стоит и мизинца с вашей прелестной… руки… — усач приподнял ладонь Кавендиша, больше своей раза в полтора. — Я бы вас ни за что не забыл! Кстати, а как вас зовут, леди?..

— Спасибо, милый друг. Я — Оливия дэ Хэвилленд.

— А откуда вы родом? — уточнил еще один джентльмен. — Никогда не слышал о Хэвиллендах!

— Из… Ньюхаус-Стемпинга. Это маленький городок, о нем вы скорее всего тоже не слышали. И, кстати, — поспешил сменить тему Кавендиш, — я абсолютна согласна с вашими словами насчет "вернуть" и "возродить"…

Воспользовавшись тем, что фокус внимания мужчин полностью сместился на переодетого маркиза, я юркнула за спину одного из них и предприняла еще одну попытку сбежать. Вот и пусть себе воркуют, а мне не до этих глупых игр… Не все, знаете ли, возможно возродить — некоторые вещи мертвы настолько, что реинкарнации не подлежат!

Я приткнулась в нишу за небольшим оркестром и собралась залпом выпить свое шампанское, как на горизонте снова показалась невыносимая "леди Хэвилленд", заставив меня-таки выронить злополучный бокал на пол.

— От меня не спрячешься, Малек. Я твою чахлую фигурку и из тысячи узнаю… — заявил он, зажимая меня в угол.

— Что за спектакль вы тут устроили, лорд?! — сердито прошипела я. — Какая еще Оливия? Вы совсем ополоумели, заявляться на светский прием в дамском платье?..

— Ты тогда сказал, что я не представляю, каково это — притворяться человеком другого пола. И я решил попробовать. Кстати, вынужден сообщить, что притворяться мужчиной все-таки легче, чем женщиной — ваши наряды совершенно невозможно носить!

— Ох, еще раз простите за неудобства! — я оттолкнула его, переступила через осколки фужера и устремилась прочь. — Что вы себе возомнили вообще? Думаете, придя сюда в таком виде, сразу загладите все ваши ужасные слова и поступки?!

— Да ничего я не думаю, — как-то обреченно вздохнул Клифф, следуя по пятам за мной. — У меня с этим вообще проблемы… Просто знаю, еще несколько дней в такой манере — без тебя — я не протяну…

Ха, какие все-таки мужчины слабые! "Не протянет" он без меня, как же! Я вот протянула, целых четыре года тянула, и теперь, когда мне наконец-то стало все равно, он делает такие заявления? Наглец!

— Я соскучился, Малек. — Продолжил Кавендиш и схватил меня за рукав. — По твоим глазам, волосам, запаху… Мне без тебя невыносимо.

— А мне без вас — прекрасно! — заявила я, хотя в груди болезненно защемило. Это просто от неожиданности… Да и музыканты, сволочи, как раз в этот момент заиграли тоскливый медленный вальс. — Отстаньте от меня, мы шокируем гостей!

На нас уже начали оглядываться. Несмотря на заявленные в программе вечера развлечения, собравшиеся аристократы вежливо скучали, обмениваясь дежурными приветствиями и пожеланиями здоровья. Зато парочка из устрашающего вида мужеподобной дамы и отчаянно улепетывающего от нее хрупкого паренька здорово скрашивала томительное ожидание.

— Ах так… — Кавендиш сузил глаза и всучил свой веер проходящему мимо лакею. Тот захлопал глазами, ничего не понимая. — Быстро сделай вид, что сам пригласил меня на танец, иначе мы шокируем гостей еще больше!

— Не буду я вас приглашать! — выплюнула я. — Из вас получилась ужасная дама, вы в курсе? Что еще за Оливия дэ… Кавендиш!

— Так, это уже слишком… — пробормотал маркиз и, ухватив меня под локоть, потащил к танцующим. — Не смей оскорблять внешность леди Хэвилленд. Знаешь, как женщины болезненно к этому относятся?

— Уберите руки! — шепотом вскричала я. На весь зал орать было неудобно, но и держать эмоции в себе — тоже невозможно. — Я буду кричать… По-настоящему!

— Кричи, Амелия, кричи. Чем больше народа на нас обратит внимание, тем лучше, так ведь?

Я попыталась вырвать локоть, но хватка у аристократической дамы оказалась железной. Мы прошли мимо человека в костюме священника, не сводящего с Клиффа задумчивого взгляда.

— Добрый вечер, отец Тадеуш, — Кавендиш хотел было приподнять шляпу по привычке, но за отсутствием оной чуть не сорвал с себя накладной шиньон. — Я не грешу… Пока.

— Каждой твари по паре… — мужчина поднял глаза к потолку и перекрестился.

Несмотря на мое сопротивление, упертый маркиз явно вознамерился сделать нас посмешищем всего бала. Вслед неслись возгласы и шепотки: "Кого-то она мне напоминает…", "А это случайно не…?"

— Но вас узнают! — с отчаянием простонала я, когда он вытащил меня на середину зала. — И тогда вашу репутацию уже точно ничто и никогда не спасет!

— Плевать. Как и на всех них, — он взял меня за руку, другую положил к себе на талию.

— Тогда подумайте о МОЕЙ репутации! — я топнула ногой: хотела попасть ненавистному наследнику по ступне, но из-за его пышных юбок промазала. — Или на нее вам тоже плевать?..

— Тебя здесь никто не знает, Амелия. Мы с тобой — два изгоя, отвергнутых обществом. Оно пережевало нас и выплюнуло на обочину жизни… и теперь мы можем делать все, что захотим! Ты умеешь вести? А, без разницы…

— Это будет самый нелепый и ужасный танец на свете… — я уткнулась носом в высокий бархатный лиф, под которым отмечались две округлости неестественного происхождения, и зажмурилась. — Вы уверены, что хотите этого?

— Я мечтаю об этом с того самого момента, как мы впервые станцевали на свадьбу у Лидии… Ничего, милый, ничего, — бросил Кавендиш для глазеющей на нас парочке вальсирующих. — Все будет хорошо!

И нежно погладил меня по голове.

Боже мой! Какой кошмар. Ополоумел. Кавендиш точно не в своем уме…

Ладно, всего один танец, а потом я точно сбегу от него!

Каждой твари по паре

Все случилось именно так, как я и предполагала. Под чарующую музыку первого вальса и под бравурную — второго, мы с Оливией де Кавендиш прошли на бреющем полете через зал. Остальные участники бала были так поражены нашим эпатажным дефиле, что больше сталкивались друг с другом, чем исполняли плавный и прекрасный танец. Я старалась поменьше открывать глаза и не думать о том, что вытворяют мои ноги. Во всем происходящем был только один плюс — то, что я была участником процесса и не видела, как мы смотримся со стороны.

— Ты как, Малек? — во время короткой передышки спросил Клифф.

— Плохо, — простонала я. — Все очень, очень плохо!

— Не переживай, малыш. Ради тебя я готов пожертвовать титулом самого изящного танцора Лондона, — Кавендиш зацепил пальцем мою бутоньерку, вытащил обрезанный бутон розы и вставил ее себе в… зубы.

— Прекратите паясничать! — зашипела я, вырывая несчастный цветок из его рта и кидая на пол. — Вы забываетесь: дамы так себя не ведут!

Окружающие за небольшим исключением были со мной согласны (остальные чудом умудрялись держаться подальше). Особенно недоумевал приземистый шатен с золотистыми кудрями, которому Кавендиш раз за разом заступал дорогу. Когда мы в очередной раз "подрезали" его пару, низкорослый кавалер зло зыркнул на Оливию и процедил:

— С таким пропорциями место в хлеву, мадам. Или в стойле!

Клифф не стал отвечать на оскорбление. Просто на следующем шаге вытянул ногу далеко вбок, и обидчик, споткнувшись о длинную конечность, полетел на пол вместе с партнершей. По пути он задел еще одну близкостоящую пару, та — следующую: на первый взгляд цельная композиция из кружащихся людей начала сыпаться, словно карточный домик. Зал огласили вскрики, охи дам и проклятия, недостойные благородных джентльменов.