Клоп (СИ) - Шананин Илья - Страница 85

— Раграпом я одержима больше, — ответила Лил. — К тому же, поиски собственных сокровищ — совсем другое дело. Это же… Посуди сама, это… — Подобно кошке, выпускающей когти, она расправила перед собой тоненькие пальцы и уставилась на какой-то очень интересующий ее воображаемый предмет (похоже, это был симпатичный лакированный сундук, до отказа набитый драгоценными камнями). — О, ничего ты не понимаешь.

— Отчего не понять, очень известный симптом. Мне, например, вспоминается Рабалан.

— Не надо сравнивать меня с каким-то кровожадным пиратом!

— Мы не пираты, мы их главная угроза, — объявил Пиус и получил одобрительную улыбку от Лил.

— Слушайте, — произнесла Джозиз, — я вдруг подумала, что если Риксила убил вовсе не орден, а бывшие дружки пираты?

— Верно, — согласился Пиус. — Тогда "пират" в стихотворении может означать убийцу.

— А разве пираты убивают с помощью заклинаний? — вставил Крочик.

— Верно, — опять согласился Пиус.

— С ним мог быть кто-нибудь, умеющий колдовать, — сказала Джозиз. — Например, мы знаем, что Бугихазум прибегал к помощи шамана Маухана, чтобы сделать Риксилу татуировку.

— Ну, то, что Риксила убил не Орден Пяти, звучит разумно, — сказал Крочик. — Зачем им убивать, у него было задание, вот тетрадь, вот пещера, он шел к цели.

— Все равно есть вариант, что он им как-то насолил, — сказал Пиус, — изменил планы, предал, отказался от задания, не знаю. Но то, что его могли убить другие пираты, мне кажется хорошей мыслью.

— Кто угодно мог убить его, — сказала Джозиз. — С такой личностью невозможно разобраться. Может, его на пару кокнули господин Ривилиан с Шемлой.

Собрав необходимое и дождавшись сумерек, ребята заняли места в вагоне. Элберт стоял у рельсов, провожая их, как каждый раз делал, когда дети отправлялись в Западный Пашехон. Лил вдавила кнопку со знаком похожим на поварешку, и они тронулся.

— Я знаю, может, поздно говорить, — сказал Пиус, когда свет игиса на вагоне осветил стены тоннеля, — но вам не кажется, что три нижних знака в рамке могут оказаться вовсе не обратным путем? Например, это еще один путь к сокровищнице Лил, который нашел Риксил, только из другой пещеры.

— В одном ты прав, — заметила Джозиз.

— Поздно говорить, — закончил за нее Крочик.

— Ладно вам, не забывайте, нами движет чувство долга перед неизведанным, — спускаясь с лестницы, сказала Лил.

— Ну-ка, какое там чувство долга тобой движет? — произнесла Джозиз.

— Крочик, ты случайно не забыл свой замечательный нож? — игнорируя сестру, плюхнувшись на сидение рядом с Пиусом, спросила Лил.

— Нет, нет, — отозвался мальчик.

— И никто ничего не забыл?

— Вроде, нет, — сказал Пиус, заглядывая в рюкзак и обследуя содержимое. — Лил, это ты взяла пончики? То есть зачем я спрашиваю, конечно, это ты.

— А что, они помялись? — с беспокойством стала заглядывать в рюкзак девочка. — Положи их повыше, пожалуйста.

Вагон промчался по нескольким заброшенным подземельям. Ребята озирались с любопытством, но без особенного трепета, они уже привыкли к этим пейзажам и к стуку колес по рельсам, пока ездили на тренировки. Они так привыкли к тоннелям, что не боялись опасностей, например, обрушенного потолка, а ведь такое легко могло ожидать на новой неизвестной дороге. Но почему-то они стали доверять той силе, которая двигала вагон. Сложно было поверить, что такой силы совсем не существует. Иначе как они двигались вперед? Если это был лишь сложный для понимания механизм, тогда они доверяли ему.

На первом переправочном пункте Лил поднялась по лестнице, и они вновь продолжили путь. Кажется, все шло правильно. Потом мимо проплыло несколько рудников, как и все здесь, заброшенных, и появился новый переправочный пункт. Ребята отметили, какими непродолжительными были два отрезка пути, тогда с учетом поворотов и изгибов, скорее всего, окажется, что эта сокровищница спрятана не так далеко. Оставалось дождаться, каким будет последний отрезок, но и он далеко не завел. Они оставили позади только парочку бездн, простучав над ними по рельсам, и теперь выехали к просторной пещере, аккуратному куполу. Прямая железнодорожная линия пронизывала ее на расстоянии от центра. Вагон остановился на середине перед лестницей, выходившей на большую сторону.

Лил сразу бросилась к табличке и крикнула, оставшимся внизу, что нужный знак здесь есть. Они решили, если найдут в конце пути знак из нижней строчки, значит, в тетради указан именно обратный путь, а не продолжение пути еще куда-то. Друзья остались благодарны Лил, что та не пугала их розыгрышами, и вместе они вышли из вагона. Лестница была неширокой с низенькими перилами и отсюда уводила, не изгибаясь, наверх, прорезая купол и поднимаясь выше. Идти по ней пришлось довольно долго. Когда ребята, миновав участок внутри купола, погрузились в ведущий дальше узкий коридор, тому еще какое-то время хватало света пещеры, но потом пришлось достать фонарики. Лил, шедшая впереди, обернулась и подсветила лицо, на нем отражался животрепещущий интерес. Так они вышли на небольшую площадку, где дальнейшее продвижение прерывалось каменной стеной. Но они знали, что эта стена должна таить какой-нибудь секрет. Она состояла из булыжников, ребята принялись искать какие-нибудь рычаги и колесики, приводящие в движение механизм скрытой двери. Кое-что обнаружили: сливающиеся с цветом стены кольца на коротеньких цепочках, вбитых в булыжники. Эти булыжники располагались по три в двух вертикальных рядах, всего шесть колец. Больше ничего на стенах вокруг не было. Подергав за кольца и не добившись никакой реакции, ребята просто уставились на них.

— Похоже на то, — сказал Крочик, — что кого-то держали в заточении.

— Кого-то с шестью руками? — уточнила Лил.

Они тянули за кольца, чтобы раздвинуть возможный проход между вертикальными рядами, они толкали стену и даже били ногами, но все безрезультатно.

— Ну вот! — вздохнул Крочик, сев на корточки спиной к стене.

Все предались унынию, Джозиз опустила плечи, Пиус в стороне светил на стену, только Лил продолжала дергать по очереди за все кольца.

— Они довольно крепко приделаны, если планируешь их оторвать, — предупредил ее Крочик.

Внезапно он вздрогнул, так как над его головой что-то щелкнуло. Округленными глазами Лил смотрела на медленно выдвигающийся из стены булыжник, соединенный с кольцом, который она сжимала в руке.

— Что ты сделала, Лил? — спросила Джозиз, все подскочили к девочке, не менее удивленной, чем друзья.

— Он как-то сам, я просто дергала.

Булыжник выдвинулся на два пальца и остановился. Ребята стали дергать за другие кольца, они тянули изо всех сил, Лил даже упиралась ногой в стену. Наконец еще один булыжник — на этот раз повезло Пиусу — после щелчка стал медленно выдвигаться.

— Я понял, — сказал мальчик, — нужно просто подольше без рывков тянуть на себя.

Он взялся за другое кольцо и потянул. Все ждали, через некоторое время раздался щелчок, и вот уже третий булыжник пришел в движение. Оставалось три кольца, два верхних находились достаточно высоко, и Пиусу с Джозиз тянуть их было проще, за последнее кольцо, расположенное внизу, взялась Лил, Крочик светил им. После того, как выдвинулся последний булыжник, раздался треск, словно сломалась пополам толстая сухая ветка, от стены поднялась пыль, две огромные плиты стали отрываться друг от друга и разошлись в стороны. Вертикальные ряды булыжников с кольцами достигли боковых стен, при этом сами булыжники вернулись на свои места.

В помещении, куда открылся проход, было темно. Фонарики осветили решетку с какими-то кружками, ребята приблизились, это оказались донышки бутылок.

— Полка с вином, — негромко произнесла Джозиз. — Мы открыли проход в винный погреб.

— Может, это очень дорогое вино? — заинтересовалась Лил.

— А может, оно чужое?

— Редкое вино — только часть клада, — решила Лил, — если здесь несколько залов, в них должно быть много всего.