Клоп (СИ) - Шананин Илья - Страница 37

— Какие звери питаются шоколадом? — засмеялась Лил. — Ой, а это что?

Она вытащила из горы оберток картонку.

— Это же автограф Даэркрона! — воскликнул Пиус. — Что он здесь делает?

— Очевидно, то же, что и остальной мусор, — сказал Крочик.

— Преступник — не его фанат, — согласилась Джозиз.

— Тогда откуда у него автограф? — спросила Лил.

— Оттуда, что он их раздает направо и налево.

— А это не упаковка от конфет с миндалем? — Лил показала пальцем. — Может, в эти сладости подмешивали яд?

— Ну, ты притянула!

— Но, возможно, — сказал Крочик, — стоит… ну… проверить.

— Ты прав! — обрадовалась Джозиз. — Нужно все проверить заклинанием "преступные намерения".

— Я не имел в виду ничего масштабного.

— Я знаю, чей это автограф! — вдруг обратил на себя внимание Пиус.

— Даэркрона? — неуверенно произнесла Лил.

— Да нет, я знаю, кто был обладателем автографа.

— Откуда?

— Вот, смотрите, неразборчиво, но с ошибкой написано "Дарэкрон". Я лично видел, как он оставил этот автограф Снуку.

— Выходит, Снук? — повторила Джозиз.

— Это еще не все. У Снука уже был автограф, он собирает их для сестры. А этот он продал Корбу, который, сидя в прачечной, не мог сам получить автограф.

— А он ему нужен? — спросил Крочик, показывая на мусор.

— Не знаю, но он его.

— Вряд ли Корб занимался перевозкой контейнера, но рассмотрим его как соучастника, — сказала Лил.

— Точно, хотелось бы знать его роль, — сказал Пиус.

— Давайте просто поговорим с ним, — предложила Лил.

— Ты шутишь? — посмотрела на нее сестра. — У нас ничего нет, что это будет за разговор такой?

— Но интересно, почему Корб вообще ввязался в это. Что если его обманули? Мы не станем прижимать к стене, а только намекнем и проверим реакцию.

— Если считаете, что это правильно. Но сначала закончим здесь.

Крочик первым вышел из контейнера, за ним последовали Пиус и Лилил. Джозиз присела на корточки рядом с горой оберток, поправила волосы и достала из висевшего на шее маленького кошелька аккуратно сложенный листок.

Слова заклинания прозвучали настойчиво, будто готовились разоблачить целый преступный заговор, но на полу с оправдательным приговором появилось голубое пламя. За первым последовало второе, снова голубое, затем третье, пылающие обертки торопливо отлетали в сторону, и трое ребят, наблюдавшие на расстоянии, почувствовали что-то тревожное. Крочик с каждым новым заклинанием увеличивал расстояние. Лил, наоборот, осторожно подступала к сестре, стараясь о чем-то ту предупредить. Наконец, Джозиз, чтобы не слушать, подошла и прикрыла за собой дверь, показав странно блестевшие глаза. Пиус с Крочиком заметили, как расцвела ее красота. Они застыли придавленные необъяснимой силой, Лил тоже потеряла дар речи.

Прошло некоторое время, в тишине дверь стала медленно открываться. Из контейнера наружу бросился свет самых различных цветов от изумрудного до пурпурно-серого. В его лучах на пороге показалась Джозиз, с опущенными плечами и растерянным взглядом.

— Кажется, с заклинанием что-то не так, — притихшим голосом произнесла она. — Думаю, оно испортилось.

— Испортилось? — удивилась Лил.

— Это я что-то испортила. Все работало, а потом голубой стал синим, синий превратился в фиолетовый…

— Почему не остановилась?

— Фиолетовый… Не знаю, мне казалось, так и должно быть и я понимаю, что происходит, а дальше… мне стало страшно.

— Вот глупенькая, — сказала Лил, подошла и обняла сестру.

В эту минуту Пиусу впервые пришло в голову, что Лил все-таки старшая из сестер.

На обратном пути все проявили немало смекалки, чтобы выставить происшествие в смешном виде и развеселить Джозиз.

В отеле они сразу направились к Корбу, миновав братьев-близнецов, увлеченных поправлением каких-то ленточек на груди. На этот раз Элберта в комнате с устаревшими механизмами ребята не встретили. Они спустились по винтовой лестнице и тесно забились в небольшой лифт.

Увидев такую компанию, Корб растерялся. Он нечасто с кем-то виделся. А в прачечную к нему кроме Снука, наверное, вообще никто не наведывался. Но хотя бы Пиуса он знал, поэтому на нем сосредоточился, отвлекшись от машин.

Все робко поздоровались и перешли сразу к делу.

— Где мой что? — переспросил Корб.

Сейчас машины работали в каком-то особенно шумном режиме.

Когда Корб подошел к ребятам, Пиус заметил и на его груди золотую ленточку.

— Мы нашли в парке аттракционов автограф Даэркрона, который вам продал Снук, — почти прокричала Лил.

— Я ничего у него не покупал, — отозвался Корб; добавив: "простите", он подбежал к какому-то аппарату и переключил рычаги. Звук машин изменился, все загудело, словно заработало быстрее, даже со свистом, но при этом стало значительно тише.

— Так значит, вы не теряли этот автограф? — спросил у вернувшегося Корба Пиус, протягивая найденную картонку.

— Да, тот самый, — произнес Корб, присмотревшись к автографу, — я отказался.

Очевидно, Лилил имела много заготовок для этого разговора, потому что выглядела она очень разочарованной.

— А вы, может, любите сладкое? — сорвалось с ее губ.

Ребята попрощались и увели за собой Лил.

— Парк аттракционов? — поинтересовалась Джозиз, когда они поднялись наверх.

— Ну, я решила озадачить его. А вам оставалось следить за реакцией.

— В этот момент я сама была озадачена, но что толку, если он не покупал автограф.

— В Грамсе нет парка аттракционов, — задумчиво проговорил Крочик. — Есть один старый парк, но он давно зарос высокой травой.

— Я этого не знала, — бросила Лил. — По-моему, это ужасно.

— Нужно разыскать Снука, — отвлек их Пиус.

— А если это его автограф? — заметила Джозиз. — Опять играете с огнем!

Она сразу притихла, поймав себя на этих словах.

В холле не успел Пиус обратиться к близнецам, с лестницы послышался знакомый голос.

— Нужно поручить Хорифелда Кулоне, — говорил Снук господину Ривилиану, спускаясь вниз. — Почему не заполучить старика?

— Оно, конечно, хорошо, — внимательно слушая, отвечал господин Ривилиан, — заполучить, но кто поверит, никто не проверит.

— Кто поверит, не проверит, кто проверит, не поверит, — Снук попытался прочесть что-то у себя на лбу, потом уставился на нос и заметил ребят. — А, Пиус, здоров!

В это время в отель вошла Лирудж. Она, очевидно, возвращалась с рынка, и это был редкий момент, когда ее можно было увидеть не в белой форме. Снук сразу подлетел к Пиусу.

— Итак, Пиус, спрошу прямо, не хочешь вступить в отряд Золотых Ленточек?

— О нет, Снук, даже не думай! — накинулась на него девушка. — Пиуса ты в это не втянешь.

— Втяну? Да ведь это доброволец.

— Ну уж нет!

— А в чем дело? — спросил Пиус. — Что значат эти ленточки?

— Где тебя носит? — воскликнул Снук. — У нас такое творится! Валунна вызвала всех на ковер и как давай городить чепуху. Мол, "ваши обязанности", "ваша ответственность", "прослеживается халатность", "не хочу называть конкретно", "есть тенденция", "отель переживает трудности". Я сначала совсем не врубался, о чем она говорит. А она все говорила, говорила, чувствую только, какая-то пакость над нами сгустилась. В общем, вышло, что мы во всем виноваты. Обслуживание плохое, работаем спустя рукава, не ровен час — будут всех выгонять. Бедняга Шемла стал первой ласточкой.

— Не может быть! — удивился Пиус.

— Господин Шемла сам уволился, — сказала Лирудж.

— Да, после того, как его уволили, — бросил Снук.

— Он старый и болеет, он решил выйти на пенсию.

— Вас там, госпожа Ратер, кажется, вообще не было. А я своими ушами слышал. Лифт, видите ли, предназначен ездить самостоятельно, а работа лифтера ограничена определенными часами в утреннее и вечернее время. Но Шемла пренебрегал правилами и чуть ли не сутки напролет торчал в лифте, отчего нарушил все самые страшные законы вселенной. То есть старик любил свою работу, хорошо ее выполнял, за это мы наградим его пинком!