Клоп (СИ) - Шананин Илья - Страница 31

— Пиус, скажи, а зачем мы поднимаемся на эту башню? Ведь там наверху одни птицы. Откуда там взяться подносу?

— Я не собирался искать его под крышей. Я хочу проверить комнаты на ярусах.

— Они же почти все заперты. А открытые наверняка забиты корзинами с перьями. Мы лишь потеряем время, зря ты меня сюда привел.

— Корзинами с перьями?.. Эй, я не приводил.

— Раз я шла за тобой, значит, привел.

Пиус стал проверять двери, начав сверху. Запертые он запоминал для Элберта, их было большинство, как и говорила Лил. Как она и говорила, за остальными находились корзины с перьями. Ребята считали это ужасно забавным. Каких только перьев здесь не было: белых, серых, рыжих; одни были мягкие, другие жесткие, одни подходили для написания писем, другие для набивания подушек. Корзины тоже были разного вида, чаще большие плетеные и, похоже, все очень старые.

Лил и Пиус снимали с них крышки и любовались содержимым, если расцветка чем-то выделялась, а если попадались мягкие перья, в них запускались руки, после чего можно было с удовольствием насыпать перьев друг другу за шиворот. Ребят веселило наличие корзин в таком количестве. С перьями в волосах и на одежде они торжественно распахивали новую дверь.

— Перья! — снова кричали они.

И устроив очередной разгром, еле держась на ногах от смеха, вываливались обратно на площадку.

— О чем они думают? Зачем им столько перьев?

Это не было связано с волшебством, но ничего более удивительного они представить себе не могли, покидая башню.

— Когда меня стали поднимать на "Башни", — сказала Лил, — я проверила те комнаты и была в шоке от всех этих перьев, но я заглянула только за пару дверей, кто мог знать, что они просто чокнутые.

— Интересно, кто-нибудь отвечает за эти перья? Может, для этого есть специальная должность?

— Может, какой-то перьевой магнат хранит в вашем отеле свое состояние?

Они снова засмеялись.

Ребята решили обследовать этаж без Восточной башни, чтобы не крутиться под носом у Хорифелда. После того, как Пиус спрашивал о пепле, об интересе к подносу следовало умолчать, если они не хотели посвящать библиотекаря в свои дела, в которые сам он, кажется, не хотел посвящаться больше всего на свете.

Осмотр остальных башен ничего не принес, разве только сократилась область поиска.

Долго пришлось провозиться в оранжерее, заглядывая под каждый горшок. На взгляд Пиуса, это было неглупо, учитывая, что под цветочными горшками они нашли огромное количество самых разных подносов.

Ребята постарались обойти все уголки "Башен". Хотя прекрасно понимали, что проверить весь этаж — невыполнимая задача. Некоторые двери были заперты, другие — просто спрятаны. Например, ребята четыре раза проходили по одному коридору и лишь однажды обнаружили дверь в какую-то мастерскую. Они тщательно ее обследовали. Мастерская выглядела заброшенной, на столах в беспорядке лежали покрытые пылью инструменты и тетради с чертежами, вокруг было много деревянной стружки. Кроме того везде были разбросаны деревянные бруски и какие-то деревянные заготовки. Прочесть чертежи не удавалось, но в них разбирались явно сложные механизмы, которые здесь, возможно, только облекались в дерево. И никаких подносов. А когда Лилил и Пиус вновь очутились в том коридоре, вместо мастерской их встретила глухая стена. Конечно, из-за таких сюрпризов неизвестно сколько пространства осталось нетронутым, однако и проверенного хватило, чтобы потратить массу времени и сильно утомиться.

— Я начал сомневаться, — произнес Пиус, — реально ли найти его таким образом.

— Рано отчаиваешься, — сказала Лил, — возможно, у Джозиз с Крочиком или у Элберта дела лучше. Может, они уже нашли поднос и теперь ждут нас внизу.

— Эл разыскал бы нас. Они не нашли поднос. Что, если его вообще нет в отеле? Почему я решил, что он где-то спокойно нас дожидается? За столько лет он покинул пределы "Клопа", или его даже расплавили.

— Или он все-таки хранится в специальной комнате. И в эту комнату нелегко попасть.

— И что остается, надеяться на удачу? Сколько времени понадобиться? Отель уже перестанет существовать, а Коэл Клоп умрет.

— Ты не прав! Не забывай, отель хочет, чтобы ему помогли. Если есть потайная комната, он ее покажет.

Лил оглядела стены вокруг.

— Ну же, отель, меленький, — пропела она, — покажи нам, где спрятан поднос.

Ребята замерли на месте, к чему-то прислушиваясь.

— Ты сама говорила, Лил, отель не человек, твои просьбы ничего не значат…

Пиуса прервал внезапный грохот, раскатившийся по отелю. Этот звук заставлял представлять рычание сотен китов глубоко под водой. Казалось, даже стены задрожали от него.

— Что это было? — Пиус первым вышел из оцепенения.

— Я не знаю, но если это голос отеля, он явно не в духе.

В это время открылись двери лифта, и находившиеся в шаге от него ребята еще раз вздрогнули. В нем стоял Тоил. Испуганными глазами, что не без удовольствия заметили дети, он бегал по стене кабины. Потом успел бросить взгляд на ребят и исчез во тьме. То есть тьма в буквальном смысле поглотила его и все вокруг.

— Лил, — несмело позвал Пиус, чтобы убедиться, что находится там же и не перенесся в другое место.

— Я здесь, — отозвалась Лил, обрадовавшись, что если и перенеслась в другое место, то вместе с Пиусом.

— А куда девался свет?

— Оставайтесь на месте, — раздался голос Тоила, — скоро все починят.

Присутствие Тоила не обрадовало ни Пиуса ни Лилил. Да и словам его не хватало уверенности, чтобы успокоить ребят.

— Пойдем по лестнице, — шепотом предложила Пиусу Лил.

— Мы можем не найти дорогу, — сомневался Пиус, — к тому же ничего не видно.

— Смотри, там есть свет от окна.

Глаза привыкали к темноте, и действительно можно было разглядеть струйку света, падающую из-за угла в конце коридора.

— Не вздумайте двигаться с места, — услышал их Тоил. — Вам запрещено спускаться по лестницам. Стойте и ждите, когда включат свет.

Голос служащего звучал раздраженно, но скорее тот был просто напуган, раз выпускал из себя столько слов.

Пиусу же захотелось сбежать от него, пока не включили свет. Бросив, что им нужно на башню, они с Лил помчались по коридору к струйке света. Пущенные им вслед проклятия стихли лишь, когда ребята повернули за угол.

— Лил, ты уверена, что знаешь, куда идти? — спросил Пиус, когда они неслись в потоке теней (Лилил и Пиус провели на "Башнях" столько времени, что в окна "Клопа" проливался довольно тусклый свет). — Уверенна, что мы не заблудимся? Я имею в виду, смешно же мы будем выглядеть перед Джозиз и Крочиком.

Девочка некоторое время ничего не говорила, смело шагая вперед, и вдруг остановилась в одном совершенно темном месте. Пиус даже подумал, не в той ли они стороне, где всегда поглощается свет. Он плохо следил за передвижением, всю дорогу почти ничего не видел, а теперь вовсе наткнулся на Лил.

— Спасибо, что не отдавил вторую пятку, — сказала она, помогая ему не упасть. — Мы пришли. Здесь лестница.

— Что?! — воскликнул Пиус. — Где здесь? Я ничего не вижу.

— Конечно, не видишь. Не видишь, света нет?

— Хорошо, — не сдержал улыбку мальчик, — только я надеялся, что на лестничных площадках будут какие-нибудь окошки.

— Они появятся впереди, как только начнем спускаться, — заверила Лил.

Очень осторожно, держась за стены, они принялись нащупывать ногами ступеньки.

— Ох, зря мы это, — проговорил Пиус, после десятой ступеньки (он невольно считал их). — Лил, ты здесь?

— Здесь. Но что-то долго мы спускаемся, уже должны повернуть.

— Я, если честно… тринадцать, четырнадцать… не хочу никуда поворачивать.

— Идти прямо хорошо, когда знаешь куда выйдешь.

Темнота обволакивала, а они все продолжали спуск. Где-то на двадцатой ступеньке они еще раз высказались о нем, что он их пугает и не повернуть ли им назад. Потом уже шли молча. Перед тридцатой ступенькой им стало совсем не по себе, а после нее они поняли, что теперь боятся даже повернуть назад. Ведь если они начнут подниматься и, отсчитав тридцать ступенек, обнаружат, что лестница не заканчивается… Даже мысль вызывала дрожь. Уж лучше двигаться вперед, надеясь, что лестница, в которой насчитывалось уже пятьдесят ступенек (привыкнув к одинаковому шагу, ребята двигались быстрей), все-таки кончится и не приведет их в подземный мир с чудовищами. Они боялись заговорить, как будто если заговорят, кошмар станет реальностью. На девяностой ступеньке в воздухе появился слабый землистый запах.