Действуй, жена! (СИ) - Волкова Виктория Борисовна - Страница 22

Вслед за ней я гляжу на скачанные файлы. Тут много всего. И наш торжественный выход из дома Киры, и променад по бизнес-центру. Парочка фото с фуршета, и я, честно говоря, догадываюсь, кто их сделал. Последними выпадают фотки со злосчастными гамбургерами и краем моей собственной кухни. Те самые фотки, отправленные моим родственникам всего десять минут назад.

— Ты полагаешь, они тоже сливают информацию?

— Дерзкая Анжелика хорошо платит за сведения. Эти снимки мы, конечно, отклоним. Но, Леша, как же ужасно! Ты же им ни в чем не отказываешь, наверное… Почему они так поступают с тобой?

— Не знаю, Кирюшенька, — преисполненный благодарности, я целую в лоб свою девочку. — Если бы не ты, я бы не догадался…

— Я тоже. Можно проверить почтовый ящик и реквизиты для оплаты и вывести на чистую воду жабешку-предательницу.

— Вот не зря я решил на тебе жениться, — фыркаю я, стараясь не думать, кто из моего ближайшего окружения предал меня. Вразвалочку иду к высокому шкафу с прозрачной дверью. Открыв винотеку с коллекционными винами, весело зову Шакиру:

— Выбирай любое, Кирюшенька. За нас и нашу помолвку нужно обязательно выпить!

Глава 11

Кира

— Что? — изумилась я и чуть не поперхнулась салатом с тунцом и авокадо. — Корона? Ты в своем уме, Лешенька? Где ты ее взял, если всю ночь продрых рядом? Да и утром мы не разлучались…

Я отставила в сторону тарелку и во все глаза уставилась на Воскобойникова. Даже кусок в рот не полез от его предложения надеть на свадьбу какую-то там диадему. Оладьи, пожаренные мной с утра и лежащие теперь золотистой горкой на блюде, мед в фарфоровой баночке и сметана в пузатом стаканчике, все это вмиг утратило свою прелесть. Да и само утро перестало быть добрым.

— Я не хочу, Леша, — тихо отрезала я, надеясь на чудо. Но утро не заиграло прежними красками, а Воскобойников хмуро посмотрел на меня и пустился в пространные разъяснения.

— Все-таки отсталая ты, Мансурова, — деланно вздохнул он. — Я — человек известный. И наше бракосочетание уже ни для кого не секрет. Вот один дружественный ювелирный бутик предлагает тебе взять напрокат диадему. Еще от знакомых флористов звонили. Они оформят ресторан к свадьбе. А салон, где мы вчера покупали платье, прислал тебе туфли в подарок… Это такие мелочи, кисуль… Будь ты сама — знаменитость, тебя бы завалили подарками.

— Ну, понятно, — бурчу я раздраженно. — А если я не хочу цеплять на себя стразики?

— Люди обидятся. Там же бриллианты. Ты же можешь выбрать по каталогу любые вещи. В чем проблема, Кира?

— Я не хочу сиять как елка. Бриллианты или стразы! Какая разница! — отрезаю я. — Но если для тебя главное — люди, ты можешь сам надеть алмазную корону и туфли со стразами. Думается мне, никто в мире не оставит твой прикид без внимания.

— Злыдня, — кивает Воскобойников и театрально воздевает руки к небу. — На ком я женюсь? На ком!

— Еще есть время передумать, — огрызнулась я, вставая из-за стола. — Давай отменим регистрацию. Я улечу к Малике, а ты всем и каждому станешь рассказывать о своей любви к искусству. Заявишь, к радости фанатов, «Я женат на кинематографе».

— Ты могла бы посмотреть каталог, а потом покупать билет в Дубай. Никто тебя не принуждает, Кира, — мягко заметил Леха, засовывая в рот оладью. — Вкусно, кстати! Нет, Мансурова, обратного пути нет, — заявил он решительно. — Готовишь ты вкусно, и голова у тебя не болит. Идеальная жена!

— Ты забыл о Рупоре Анжелики, — проворковала я и со вздохом спросила. — Где твой каталог? Давай посмотрю.

— Хорошая девочка, — довольно хмыкнул Леха, отправляя в рот следующую оладью. Кивнул в сторону моего айфона. — Я тебе ссылку уже отправил. Посмотри быстренько, и нужно собираться.

Просмотр каталога ювелирного дома Елены Мерцхали много времени не занял. Честно говоря, я никогда не понимала, как можно тратить деньги на покупку камней. Ну, какая от них радость? Даже помолвочное колечко — тонкий ободок с большим квадратным бриллиантом, не вызывает у меня восхищения. Но я и ощущаю его чужеродным предметом, совершенно случайно попавшим ко мне. Предназначалось-то оно Симоне! Я прекрасно понимаю, что Леха не успел или не захотел делать предложение царице Египта. Но даже это не успокаивает. Кольцо словно пыточный инструмент горит на моем пальце, обжигая все внутренности и каждый раз напоминая о нашем договоре с Воскобойниковым. Нет никакой любви. Может, благородство или чувство долга. Скорее, желание поиграть в рыцаря и обрести контроль над блогом Анжелики. Пусть на время, пусть опосредованно.

Я печально листаю фотографии в электронном каталоге и не сразу замечаю, что Леха пришел за мной в спальню.

— Ничего не выбрала, Кира? — равнодушно бросает он и, стащив с широких плеч махровый халат, светя голой накачанной задницей, отправляется в ванную. — Поможешь мне? — спрашивает на ходу.

— Ты бы определился, любимый, — ворчу я, автоматически нажимая на следующую страницу. И тут же вижу его. Самое прекрасное ожерелье на свете. И даже ойкаю от восторга. Такое бы я не отказалась надеть. Но раз сразу отказала Лехе, то и нет смысла соглашаться. Решит еще, что я под него подстраиваюсь.

Помывка милого не занимает много времени. И когда мы вываливаемся из ванной, Воскобойников прижимает меня к стене и порывисто шепчет на ухо.

- Жаль, нам нельзя опаздывать. А то бы вернулись в кроватку…

— Все в твоих руках, — хмыкаю я и с вызовом смотрю в чуть подернутые страстью зеленые глаза. Я вижу, как в них плещется голод, не имеющий никакого отношения к съеденным оладьям. Чувствую, как мое собственное тело откликается, когда Лехина рука скользит по моей шее и спускается ниже. Знаю, что не устою.

«И пусть предсвадебные сборы летят в унитаз, — возбужденно думаю я, стараясь не вспыхнуть раньше времени в объятиях Воскобойникова. — Спокойнее, Шакира, — пытаюсь убедить саму себя, прекрасно помня о последствиях. — В этот раз просто раны зализать не получится, — убеждает меня внутренний голос, а руки уже водят по Лехиной спине в приступе страсти. Ощущаю, как здоровая рука Воскобойникова пробирается под мой халат. — Однорукий бандит какой-то!» — фыркаю я, млея от каждого его движения и, обвив руками мощную шею, воркую.

— Давай по-быстрому, Лехес!

— Ты меня в гроб вгонишь, Шакира, — радостно ржет он и, подняв одной рукой, относит в кровать. — Есть контакт, — хрипит, усадив меня себе на бедра. И когда я через несколько минут в изнеможении падаю на него сверху, ворчит довольно. — Я вовремя уволил домработницу. А то бы о твоих воплях уже вовсю бы судачили в интернетах.

— Камеры в сортире проверь, — фыркаю я, скатываясь с Лехиной груди и устраиваясь рядом. — Вдруг прямо оттуда идет трансляция на первый канал.

— Нет, — мотает он головой. — Они такими вещами не занимаются. А вот очень интересно, кто сегодня пришлет Дерзкой Анжелике фотки с нашей свадьбы.

— Ты же попросил своих друзей не снимать, — шепчу я, проводя пальчиками по Лехиной мощной груди.

— А это кого-нибудь останавливало? — кривится он, вставая. — Полежи, куколка, — смеется он, щекоча меня за пятку. — Я съезжу на перевязку, и рванем в ЗАГС. Жаль, что ты корону отказалась надевать. Мы бы ее потом в койку взяли. Ну и приспособили б для ролевых игр.

— Купим в любом ларьке, — отмахиваюсь я, пытаясь увернуться от щекотки. И как только Леха выходит из спальни, падаю на подушки и закрываю глаза. И тотчас же легкая дремота уносит меня в яркий сон. Я вижу нас с Лехой здесь, в этом доме. А рядом чудесную девочку с русыми папиными кудряшками и маленького мальчика, прильнувшего к моей груди. И сам Воскобойников с короткой стрижкой и в очках смотрится на редкость солидно. Ну, словно профессор из МГУ. Он что-то строчит в своем ноутбуке, а я читаю свой пост о воспитании детей и мужей. Из фантастического сна меня вырывает звонок Малики.

«Твою мать, — ворчу я, потянувшись за трубкой. — Не дала досмотреть, чем дело кончится!»