Что же я наделала... (СИ) - Росс Даяна - Страница 13

Не могла этого объяснить, не могла охарактеризовать свои эмоции, но меня тянуло магнитом. После лекции он спокойно встал и ушёл, а мы с Элей его провожали взглядами.

Весь вечер только и было, что разговоры про него. В каком корпусе живёт, куда завтра сядет? Зацепило нас обеих, но не было ревности или ссор из-за этого. Решили, что кого бы он ни выбрал, вторая не обидится. А никого — так это даже лучше.

Всё утро потратили на сборы, вплыли в учебный кабинет, заняли те же места и приготовились ждать. Он появился так же, почти со звонком, и, не колеблясь ни минуты, отправился в нашу сторону.

— Доброе утро, — поздоровался.

Мы же, как дуры, прости, Создатель, растеклись по сидениям и глупо улыбались. С этого дня, это стали наши места. Иван сидел рядом, иногда задавал вопросы по лекции, но как звенел звонок, вставал и уходил. Невозможный! Ругали его с Элькой в своих кроватях перед сном, потом прощали и начинали мечтать.

Так прошло около полугода, мы стали шутить, болтать во время особо "интересных" пар, но со звонком, он исчезал. Периодически видели его в столовой или в коридоре с другими парнями. Они смеялись и громко что-то обсуждали, всегда кивал нам, однако проходил мимо.

— Всё, — решительно заявила подруга, когда мы в выходные валялись на кроватях, каждая занятая своими делами. Лично я переписывалась с Владом. Мы постоянно были на связи, он делился всеми новостями и расспрашивал меня, только тему его переезда и смены флага никогда не обсуждали. — Сама позову его на свидание!

Аж телефон выронила. Он больно ударил по лбу, я села на кровати и посмотрела на нее внимательнее.

— Ты сейчас серьёзно? Или у тебя жар? — уточнила.

— Серьезно, — безапелляционно. — Откажет, забуду и буду жить нормально. Невозможно, как дурочке, вздыхать по нему по углам.

— Ну, удачи, — находясь в смятении, пожелала ей. Она поднялась и, обувшись, отправилась на выход.

— Куда? — сегодня день потрясений, точно.

— К нему, — распалившись. — Спрошу в лоб. Не отвертится.

— Мне с тобой пойти? — уточнила осторожно.

— Нет. Отвлекать будешь. Ещё передумаю!

Эля ушла… А у меня в душе появилось странное чувство, что это я должна была идти. Что пожалею о том, чего не сделала. Ответив на сообщение, пошла в душ. Прошло три часа, подруги не было и, испугавшись за нее, пошла на поиски. Они стояли в парке, под раскидистыми ветвями сирени. Уже смеркалось, и выглядели они очень романтично. Просто стояли и разговаривали, суть или эмоции не распознать. Почувствовала себя лишней, подглядывающей в замочную скважину.

В момент, когда решила уйти, Ваня повернулся, и мы встретились взглядами. Мне кольнуло где-то в груди. И разлилось тепло по всему телу. Не могла отвести глаза, собрав волю в кулак, улыбнулась и ушла. Он выбрал, они будут красивой парой.

Только, почему горько, почему слезы застилают глаза и маета какая-то. Глупости! Легла спать и укрылась с головой. Слышала, как вернулась Эля. Она долго вертелась и вздыхала, а я слезы глотала.

Наутро, разбитая и опухшая, впервые прогуляла пары. Сидела в комнате, обманув подругу про недомогание в эти дни. Дождавшись обеда, вышла из комнаты и сбилась с шага. У стены напротив стоял Ваня.

— Привет, — слишком радостно сказала ему.

— Привет, — с улыбкой ответил. — Ты пропустила пары.

— Приболела, — обманула.

— Ангелина, — отлепившись от стены. — Ты знаешь, что я Истинник?

О, да. Подвиды наших направлений. Он видит ложь. Любую и всегда. Позже я узнаю ещё об одном его качестве, слишком доброе сердце…

Я же, что-то, вроде, Маяка. Того, к кому сами плывут заблудшие души. Супер, правда? Всех грешников прошу ко мне, буду исправлять. Пока не знаю, как, но обещали научить.

— Да, — отвечаю.

— Ты обедала? — спрашивает будничным тоном. Честно мотаю головой.

— Составишь мне компанию? — протягивая руку.

— Да, — сипло, голос подвёл и, касаясь его пальцев. Рука теплая и мягкая. Мы шли по коридору, держась за руки и в тот момент, я осознала, что счастлива, что это ни с чем несравнимый трепет и нежность. Он подмигнул мне, покраснела и опустила глаза.

С этого дня поняла слова Влада и то, что он мой самый любимый, старший брат.

Глава 14

— Ты подглядываешь, — не вопрос, утверждение.

— Вовсе нет, — возмущаюсь, крепче закрывая глаза.

— Зачем ты меня обманываешь? — чувствую, как качает головой.

— Проверяю. Вдруг дар свой утратил, — вывернулась.

Смеётся. И нежно целует в губы. Поцелуй лёгкий, как крылья бабочки. Смущаюсь.

— Открывай, — шепчет на ухо.

Распахнув глаза, не верю им. Мы в темной комнате без окон, на полу расставлены свечи, а посередине стоит стол. На нем накрыто — на две персоны.

— Вань… — пораженно выдыхаю.

— С годовщиной, — обнимая меня.

Сегодня три месяца, как мы встречаемся. Оказывается, тогда под сиренью, парень сказал Эле, что ему нравлюсь я. Об этом узнала только на следующий день от неё. И больше Ваня не уходил, был рядом. Ласковый, заботливый и весь мой. Наши отношения развивались медленно, распускались, как бутон розы.

От его объятий и лёгких поцелуев трепетала и замирала. Этот улыбчивый, голубоглазый и весёлый парень оказался жутким романтиком. Сама себе завидовала.

Подруга не отдалилась и не обиделась. Приняла это и была рядом. Почти всегда были втроём, кроме вечерних часов. Только наших минут любви и сладкого счастья.

У меня не было от него секретов, ему нравилось часами слушать про моё детство и выходки. И самое странное, он спрашивал про мои эмоции, что именно я тогда чувствовала, делилась и переполнялась чувством эйфории, ощущением, что я любима. Даже про Влада рассказала честно и про свою поездку в темную столицу. Ваня хмурился, но ни разу не осудил. Лишь спросил, что сейчас я испытываю к зеленоглазому. Услышав ответ и чувствуя правду, успокоился.

Сам же он был из простой семьи, ничем не отличающейся от моей. Единственное, у него было двое младших братьев. А в остальном… Никаких скелетов в шкафу или жутких историй. Ваня был соткан из благородства и достоинств.

— Это… Так красиво, — не находила слов. Свечи бросали блики на черные стены, в воздухе пахло воском и цветами, стоявшими на столе.

— Нет, — не согласился, а видя моё удивлённое выражение, продолжил. — Это ты, Лина, красивая. Самая необыкновенная.

Глаза защипало, такой интимный и важный момент для нас двоих.

— Ваня, ты самый лучший. И… — решившись, сказала то, что давно испытываю к нему. — Я люблю тебя.

Знаю, первым должен был сказать мужчина. Что чувствовала, что рвалось из груди, то и выдала. Он знал, что это правда. Замер. Рассматривая меня, убрал прядь мне за ухо и тихо, возле моих губ:

— Я, как увидел тебя, так сразу и пропал. Ты заполнила собой всё. Мысли, душу, сердце…

Первый поцелуй… Неторопливый, осторожный. Ласковые и нежные касания. Робко и неуверенно ответила. Ваня не брал напором, не старался мне что-то показать. Он просто наслаждался моментом и старался не спугнуть меня. Какое спугнуть… Обняла его за шею и парила над землёй.

С этого дня целовались много и часто. Между парами, вечером — готовя рефераты, утром — при встрече. Как же хорошо было…

Голубоглазый не переходил черту, был мягок и терпелив. Постепенно поцелуи становились более откровенными, ласки более интимными. Меня охватывало возбуждение, дрожала в его руках, но мы не заходили дальше. Стоило ему почувствовать моё сомнение или страх, тут же сбавлял обороты и просто обнимал меня.

Это случилось на мой двадцать третий день рождения. Сама пришла к нему, как раз, его сосед заболел и лежал в лечебном крыле. Говорят, первый раз больно, неприятно и никакого удовольствия. У них просто не было Вани. Боль была, но лёгкая, мимолётная и настолько незначительная, что практически не заметила её.

Он открыл меня, как женщину, любил каждый миллиметр моего тела, окунул в нежность, смешанную со страстью. Я не упала в пучину, а воспарила над небом. То, что я испытала тогда, навсегда останется со мной и в моем сердце.