Летописи Ванильного некроманта. Том первый (СИ) - Тулинова Лена - Страница 52

И почувствовал, как снова подкатывает под горло лёгкая тошнота — предвестник того, что исчезающий камень вновь набирает активность. Но в этот раз его тело сыграло странную шутку: оно осталось сидеть на кровати, а вылетел только бесплотный, невесомый дух. Омегыч даже успел подивиться такой странной случайности, прежде чем его призрачные глаза обрели зрение. И тогда он увидел Мать Некромантов — сквозь неё просвечивало разбитое окно и хмурый пейзаж за ним. Но несмотря на прозрачность, у Матери были и серые внимательные глаза, и рыжие волосы, и длинная серая рубашка, тоже призрачно-просвечивающая.

— Вот как это бывает, — сказал ей Омегыч, тщетно пытаясь отвести от неё взгляд.

Мать отвесила ему оплеуху, весьма ощутимую для призрака, и сердито сказала:

— А ну быстро домой. Ты где болтаешься? Отец тебя ищет, между прочим.

— Мам, я…

— Во-первых, никогда не теряй надежду. Этот огонь всего труднее зажечь, а между тем он мне понадобится. Во-вторых — что ты тут устроил вообще? Тебе что было сказано? Отдохнуть и действовать. А ты когда в последний раз спал?

— Мам…

— А ну молчать, сын! Повтори, что я сказала?

— Не унывать и идти домой.

— Я ко всем уже приходила, всем уже явилась, а тебя нет и нет! Далеко от дома отойти не могу, а ты всё где-то шляешься. А всё почему? Потому что ты, балбес этакий, устроил драму на пустом месте! Иди домой и выспись, тебе сказано! Скоро мне понадобится и твоя помощь тоже, — на этих словах её голос обрёл нежность.

Тут Мать Некромантов слегка толкнула Омегыча, он соединился с телом, вздрогнул и упал с кровати. Огонь внутри разгорелся… и полыхал так, словно огнемаг был печкой.

Часть 2. Глава 32. Возрождение

…Сейчас они казались весьма похожими друг на друга. Теро-Теро в чёрных доспехах, которые он никогда не снимал, с султаном из собственных волос на шлеме, и Первый Некромант, обретший наконец материальное тело, хоть и ненадолго. Голубые, как чистое весеннее небо, глаза Первого смотрели в сапфировые очи лича без страха и сомнения.

— Ты уверен? — спросил Теро.

— Если на гомункула наложит отпечатки своей души каждый из нас, а потом в него войдёт душа Матери — всё получится просто отлично, — сказал Первый Некромант.

— Это и был твой план, отец? — спросил Омегыч.

— Мне всегда казалось, — подал голос Упырёк, — что в таких случаях воскрешение невозможно. И во всяком случае — нельзя обойтись без человеческих жертв.

— Не в этом случае, — покачал головой Теро-Теро. — Но когда используешь гомункула, всегда есть опасность отторжения душою искусственного тела.

— Но это же гадость! — воскликнул Омегыч.

Он вернулся вчера. Выспавшись и посвежев, огнемаг вместе с усталостью утратил и какую-то часть прежней неуверенности в себе.

— Гомункул! — с отвращением сказал огнемаг. — Вы хоть имели когда-нибудь дело с выращенным искусственно человеком? Это же мешок плоти и костей, и к тому же весьма сложно вылепить из имеющихся материалов достаточно приличное тело.

— Дух Матери будет не искусственным. И постепенно она сама сформирует себя, так что ты и не отличишь её от прежней, — заспорил Первый. — А иначе придётся собирать её по частице из воздуха, что возможно лишь теоретически.

Тогда Омегыч хлопнул об столешницу большой потрёпанной книгой без переплёта.

— Смотрите, — сказал он и открыл нужную страницу, заложенную рыжим кленовым листком. — «и тогда Ют Безмолвная и Эльвжанни-Без-Прозвища стали сзывать белопёрых чаек и пестрошеих уток, которые собрали повсюду останки Фафнарха, развеянные хитрецом Рюйгги по всему миру, и просеяли воздух с его дыханием на солнечных ситах, и соткали из его волос длинную нить. И из этой нити на полу святилища Ют Безмолвная выложила человеческий силуэт, а Эльвжанни наполнила его частицами Фафнарха, и его дыхание набрала в рот, и вдохнула в останки развеянного брата в силуэт из его же волос. Но он остался недвижен, хотя тело его, нагое и прекрасное, лежало целым и невредимым. В нём не было ни капли горячей крови. Тогда Ют Безмолвная взяла крови у всех его родичей — у матери, брата, отца, сестёр, и всех детей срединного мира, и взяла животворного огня из жил потомков дракона, и влила эту смесь в рот Фафнарха, и он встал, и жил, и победил Рюйгги в поединке, и заточил его…»

— Так, стоп-стоп, — Теро-Теро поднял костлявые руки без перчаток. — Это деяния богов, написанные лживыми карликами.

— Все деяния богов имеют под собой основу. Просто так их никто не опишет, — парировал Омегыч.

— По мне так, вырастить гомункула проще и практичней, чем просеивать воздух через солнечное сито в надежде найти там дыхание Матери, — сказала практичная Хелли.

— А мне этот метод больше понравился, — возразила Каннах. — Он светлый и красивый.

Она выглядела странно. Всё её тело было опутано хитросплетением из прутьев чёрного гибкого металла. Корсет, который поддерживал и руки, и ноги, и голову. Чтобы не натирать нежную кожу, корсет опутывал Каннах поверх бинтов, а поверх она надела сверху одно из детских платьев Бертины — зелёное с ромашками.

— Этот метод не столь противоестественен, как выращивание искусственного тела, — поддержал всадницу Терхаллоу. — В нём нет чёрной магии, которая так пугает нас, детей солнца и неба, принадлежащих к светлому племени, да простят нас приютившие нас тёмные прислужники Смерти, которую мы несомненно чтим, но боимся.

— Но мы — некроманты и решаем эти вопросы именно так! — молвил Теро.

— Почему бы не спросить у Вечно Недовольных богов? — встрял в спор Теренций. — В конце концов, у нас с ними неплохие отношения.

Все удивлённо посмотрели на Ванильного Некроманта.

И именно в этот момент в большой гостиной появилась богиня Ют Безмолвная.

Омегыч смущённо кашлянул и потянулся к книге, но она взяла его за руку. На какое-то мгновение присутствующим показалось, что богиня вот-вот поцелует Омегыча. Но она лишь посмотрела на него долгим испытующим взором и отпустила руку.

— Здравствуй, богиня, да пребудут в чистоте твои ноги, — сказал Первый Некромант, стараясь загладить возникшую неловкость. — Сядь с нами, пожалуйста, и поешь.

Богиня взяла кусочек хлеба, отломила и положила в рот. Запила терпким вишнёвым вином. И кивнула.

— Взгляни, что написано в книге, которую притащил мой сын, — Первый подвинул к Ют фолиант.

Безмолвная опустила глаза на страницу и улыбнулась. Ей не было нужды читать эти строки.

— Правда ли то, что здесь написано? — спросил Теро-Теро.

Все присутствующие с ожиданием и надеждой уставились на богиню.

— Отчасти, — сказала она низким и певучим голосом. — Здесь описано не волшебство, но божественное действо.

— Можешь ли ты со своей сестрой сделать то же самое для нас? — Теренций так разволновался, что забыл об элементарной вежливости.

— Нет, — ответила Ют. — И вам не советую.

— Почему?! — спросил Омегыч.

— Вы не справитесь.

— Но зато вы…

— У нас нет прежней силы. Наши жрецы предали нас. А новые так и не появились.

— Я готова быть вашей жрицей, — сказала Бертина.

— И я не против, — подал голос Тобиас. — Я вообще мастер организовывать культы! И я могу быть поваром-жрецом, такого вообще никто не видал! Пожалуйста, богиня! Помоги нам вернуть Мать!

— Я вернусь завтра, — ответила им Ют. — Завтра к закату. Те, кто согласен быть жрецами, должны омыться в трёх водах и молоке, надеть всё новое и приготовить много чистых простынь и полотенец. Перед рассветом вам надлежит пропахать во дворе борозду и устлать её белыми полотнами. Мне также понадобится алтарь, кровь четырнадцати кур и вино. Вам надо собрать по капле крови каждого родственника умершей.

Дети Матери Некромантов вскинулись, но промолчали. Да, она не умерла. Но объяснять это было слишком долго.

— Найдите её волосы, — добавила Ют. — И ещё нужен огонь, который течёт в крови у потомков драконов. Если вы не найдёте хоть что-нибудь — всё будет зря.