Летописи Ванильного некроманта. Том первый (СИ) - Тулинова Лена - Страница 25

— Наше с Сарвеном предложение, — говорит Хелли Рэй за завтраком, — очень простое. Путём пальпации выясняем, где у него там камень. Я режу, достаю камень, Упырёк зашивает. И опа — у нас снова целый Омегыч.

— А он умеет? — Авантюр с опаской посмотрела на Сарвена.

Он такой неказистый, такой не слишком внушающий доверие, особенно когда втягивает голову в плечи, словно ожидает удара. Но на вопрос ответил достаточно спокойно:

— Я в больнице много больных вскрывал. Правда… того. Пост мортем.

— Гм… нет, отложим это на крайний случай, — кашлянула в кулак Мать Некромантов.

Хелли сердито запыхтела. Ей, похоже, этот вариант нравился.

Теро-Теро предложил сделать из Омегыча лича. Тогда ему всё равно будет не больно и даже не страшно. Заодно и проживёт потом долго. Главное — не ошибиться, как в случае с ним, Ливендодом, ошиблась когда-то королева! Тогда-то он и лишился нормального физического тела и стал навек скелетом!..

— Всего лишь немного живой крови… остальные ингредиенты у меня есть, — говорил Теро-Теро. — Кровь врага нацедим с этой вашей Кривой Беллы. Не надо так на меня смотреть, я не предлагаю её убивать. Подумаешь, какой-нибудь стакан крови! Надеюсь, она не ядовитая…

Но Мать Некромантов усомнилась, что им нужен второй лич в семье, тем более, Теро-Теро сам не в восторге от своей жизни после смерти.

Совет вскоре превратился в увлечённый спор. Даже Первому Некроманту было что сказать — он громко советовал что-то прямо из своей комнаты сверху — оттуда, где заперта Кривая Белла, находящаяся под его охраной. Она уже была всё-таки взрослая, но зато связанная.

Он спорил и советовал, но через какое-то время голос Первого оказался заглушён голосами спорящих и больше не был слышен.

…Кривая Белла, выпутавшись из верёвок и оглушив Первого ударом вазы по затылку, отчаянно рылась в чужой спальне, чтобы найти хоть какую-то приличную одежду. Не ходить же, в самом деле, в ночной рубашке, в которой её тут сторожили? У неё пока не было конкретного плана, но она понимала, что надо бы поспешить, пока эта глупая семейка не выковыряла камень из парня. Они, конечно, сами хотят получить плату с жрецов из святилища и при этом оставить себе мальчишку, живым. Но Белле нужен мёртвый Омегыч как знак того, что любой святотатец будет наказан, и камень, чтобы вернуть его в храм. Тогда Вечно Недовольные боги вернут ей глаз и удачу. А если притащить к ним ещё и Странника, она получит вечную молодость. Впрочем, к чему хватать всё и сразу? Можно и частями. С Нотом Уиндвардом тоже, конечно, не стоит затягивать, но ничего страшного, если Белла прихватит его позже.

Когда она взобралась на крышу и увидела почти наравне с собой палубу летающего корабля, а на ней юношу и ребёнка, она поняла: вот он, её шанс. У Беллы не имелось при себе ничего, даже близко напоминающего оружие, но подумала, что с двумя детьми справится и голыми руками. Да, её предупреждали, что семья опасна — но наёмница убедилась так же в том, что люди здесь довольно беззаботны.

Кривая Белла разбежалась и прыгнула с крыши на борт корабля в тот момент, когда он, покачнувшись, начал движение, и повисла на леере. Вскарабкалась и тут же оказалась лицом к лицу с тем юнцом и мальчиком в чёрной рубашке. Юнец лицом напоминал Мать Некромантов.

— Свистать всех наверх! — сказал вдруг откуда-то, непонятно откуда, женский голос. — Эй! Преступница на бор…

И вдруг замолкает — неясно, почему. Видимо, охранные чары почему-то дали сбой. Что ж, это было очень кстати!

Присевшая от неожиданности Белла тут же гадюкой скользнула к юноше, на поясе которого заприметила пистолет. Маленький мальчишка-объект подсёк её подножкой — и у него почти получилось, но вместо того, чтобы упасть, Белла схватилась за юношу.

Секунду-другую она, можно сказать, обнималась с ним, но в результате пистолет оказался в её руке. Она прижала дуло к голове юнца и сказала Омегычу:

— Это было не так уж сложно. Подойди.

— Срывай медальон и исчезай, — спокойно произнёс Теренций.

Белле даже показалось, что он не боится. Наверное, показалось, он же ребёнок, наверняка испугался!

Мальчик снял цепь через голову, отшвырнул талисман в сторону — медальон упал на палубу, отчего корабль вдруг содрогнулся. На кончиках пальцев Омегыча забегали маленькие рыжие огоньки, и тут же послышался тот же женский голос:

— Ты меня так спалишь!

Чары? Да это корабль кричит!

— Заткнись, — сказала Белла. — Будешь орать — прострелю башку пацану!

— Ой-ой, — сказала шёпотом проклятая калоша.

— Не надо убегать, — сказала Кривая Белла Омегычу. — Это твой друг, он умрёт!

— Надо, — возразил юнец, похожий на Мать Некромантов. — Давай, Омегыч. Не стой столбом, исчезай!

— Если ты исчезнешь, я возьму нож и буду отрезать от него по кусочку за каждый час твоего отсутствия, — предупредила Белла. — Иди сюда, и я отпущу твоего друга.

— Брата, — поправил зачем-то Омегыч, но Белла лишь хохотнула.

Разумеется, если брат — то это даже лучше! Дороже.

Омегыч приблизился, и Белла швырнула юношу за борт. Жаль, что корабль ещё не поднялся на высоту! Парня бы расшибло в лепёшку, вот было бы забавно… Но он и так заорал неслабо, наверно, упал неудачно.

Омегыч попытался обойти Беллу и прыгнуть следом за братом, но дуло пистолета теперь беспощадно уставилось в его лоб. Нет уж, она его не отпустит, не затем столько мучилась, маялась и выкарабкивалась из чар этой жуткой семейки!

— Что за крики? — хриплый и низкий голос с нарочитой ленцой не походил на голос корабля. Белла даже не поняла — мужской он или нет.

Пока не увидела странное существо, поднявшееся на палубу и отчаянно щурящееся на утренний свет. Предположительно оно было всё-таки женского пола. Не утруждаясь дальнейшим разглядыванием, Кривая Белла выстрелила в эту странную непонятную фигуру в чёрном нелепом наряде. Будь что будет…

Часть 1. Глава 15. Морта

Что такое здоровый, крепкий сон? Особенно для того, кому приходится действительно серьёзно работать? И что означает для такого человека, погружённого в здоровый, крепкий сон, неожиданное, резкое пробуждение?

Морта могла спать долго, очень долго. Её циклы отличались от общеизвестных. С той поры, как она переродилась в четвёртый раз, Морта питалась сном, а не едой. И чем серьёзнее у неё было предыдущее дело, тем дольше она спала.

В последний раз она пробуждалась около месяца назад и подняла всю команду корабля одного из сыновей Авантюр. А это, на минуточку, полсотни сильных молодых людей. Морта намеревалась уснуть хотя бы на полгода — если, конечно, не придётся экстренно подниматься для некромантского ритуала.

И тут её разбудили. Да как грубо!

— Морта, Морточка, Мортонька, проснись, моя девочка! — шептала Чайка и потряхивала её лежанку в тёмной, неуютной каюте.

…Выйдя на палубу, Морта первым делом увидела эту гадость на досках — талисман очерчивания, заключавшего в свой магический контур всю магию объекта, его носящего. Получается, что Чайка как бы надела его и была довольно-таки беспомощна. Следующее, что Морта узрела спросонья — это какая-то одноглазая гадина, выкидывающая за борт Мортиного родного брата Теренция. Ещё не поняв, где они и на какой высоте, некромантка на всякий случай запузырила парня и тут же выбросила его из головы. Пузырь даст Теренцию приземлиться, и тут же лопнет. Если лететь недалеко, он даже задохнуться не успеет! Услышав его вяк от земли, она лишь кивнула. Недалеко!

Одноглазая тем временем принялась размахивать пистолетом и угрожать совсем маленькому парнишке. Морта видела его в первый раз, но услышала из его уст слово "брат". Этого было достаточно, чтобы сделать выводы. Должно быть, это Мать снова где-то подобрала умирающего и усыновила, чтоб не помер окончательно.

Одноглазая гадина заметила её почти сразу. Морта поняла, что драки не миновать, и улыбнулась. Должно же было как-нибудь вознаградиться её внезапное пробуждение! Почему бы и не дракой…