Права и обязанности некроманта (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 99

Дон, или как его звали в новой жизни, Рай, показался в обозримом пространстве и широким шагом двинулся ко мне.

«Ух, ты, как руками размахивает… И полным титулом меня обозвал… Я точно пропустила что-то важное!» — мелькнула в голове быстрая мысль. Кое-как я подавила трусливое желание сбежать обратно в мастерскую. Там меня бы точно тревожить никто не стал. Такой же некрос, как и я, только на одну ступень посвящения ниже, муж прекрасно знал, что трогать некроманта во время работы можно, только если замыслил болезненное самоубийство.

— Там такой интересный процесс шел, дорогой, — заюлила я, спускаясь ему навстречу. — Я забыла о гостях… Но ты же передал всем мои самые искренние…

— Каких еще гостях? — сморгнул муж, разом растеряв весь свой грозный вид.

— Эм-м…

«Промахнулась…»

— Ари… Ну, сколько можно? Ты опять забыла, что обещала сегодня позаниматься с малышней!

— Как это забыла?! — с долей облегчения возмутилась я. — Мы прекрасно развлеклись. Поиграли скелетами в войну, подняли зомби и…

— Вот именно, что вы «прекрасно развлеклись»! Какое отношение это имеет к занятиям?

— Ну, так я в игровой форме… И, потом! Что это за казарменные замашки? — я вспомнила, что тоже могу изобразить оскорбленную невинность. — Они еще слишком малы, чтобы…

— Да-а-а? Для рабочего стола слишком малы, а для поднятия зомби в самый раз? — прищурился муж.

— Зомби мы чаровали на услужливость. И вообще, я выбрала очень аккуратного, чистенького…

— Угу, и подняла его. В игровой форме. Замечательно. А игрушки за вами я убирать должен?!

— В каком смысле?

— Ваш аккуратненький пошел гулять к соседям. Вскопал грядки в саду у госпожи Лий. Там, правда, уже что-то росло, но это же такие мелочи, да? Потом он отправился дальше и пожалел собачку во дворе у других соседей. Она же, бедолага, закрыта в таком тесном вольере. Ее обязательно надо отпустить на волю. Сторожевого пса ловили всем семейством, потому что хозяин в отъезде. Итог: двенадцать затоптанных кур, три разрушенные клумбы и одна покусанная задница.

— О-у…

— Вот тебе и «О-у»!

— Но ты же разобрался с этим безобразием? — потупилась я. — Ты же всегда так гениально решаешь все проблемы с…

— Не льсти, не поможет, — нахмурился муж, но в уголках его глаз уже заскакали веселые бесенята.

— А почему не поможет? — я подошла вплотную и обвила руками его шею. — Всегда же помогало.

— А сегодня не поможет! — постарался сохранить грозный тон он. — Потому что пока ловили одну собаку, случайно выпустили другую. Но этого никто не заметил, пока она не вцепилась в зад уже мне.

— Ой! Какой ужас! Сильно?

— Да, нет. Ерунда. Только штаны порвал. Но, во-первых, кто восстановит мою поруганную гордость? А во-вторых, это были мои любимые штаны.

— А давай я в качестве компенсации тебя тоже за что-нибудь укушу, — я легонько прикусила мочку его уха.

— И тебе меня совсем не жаль? — сильные руки легли мне на талию.

— Укушу, а потом пожалею, — согласилась я, легонько поцеловав впадинку за ухом.

— Что ж ты со мной делаешь? — выдохнул он мне в шею.

По коже прокатилась волна наслаждения.

— Люблю… Больше ничего…

Но нашу идиллию грубо прервали:

— Молодежь! — у поворота аллеи, опираясь на тяжелую трость, стоял отец Рая и мой свекор по совместительству. — Я, разумеется, мечтаю о внуке. Но не настолько, чтобы лишиться ради этого внучек! И жены! Быстро наведите порядок!

Мы с мужем недоумевающе переглянулись, и тут над нашими головами пронеслась тень, а с неба донесся панический крик:

— Снимите меня отсюда!!!

— Ты закрыл вольер с пегасами? — я покосилась на мужа.

— Эм-м-м…

— Любимый, ну сколько можно? Ты опять забыл…

— Молодежь! Я сказал, что заботу о внуке можно отложить! — стукнул палкой о землю глава Рода.

— Остановите!!! — пронеслось над нашими головами. — Пап! Это здорово! Спасибо!

— «Спасибо»?! — насторожилась я. — Ты что, вздумал покатать девчонок на пегасах?

— Ну, я подумал, что верхом они ездить умеют, и…

— А управляющий артефакт ты в сейф после этого убрал?!

— О-у-у…

Не сговариваясь, мы помчались к загону.

Когда моя свекровь вернулась на грешную землю, чрезмерно активная старшая дочь ковыряла штукатурку в углу, а свекор сменил гнев на милость, я чувствовала себя подобием разрядившегося зомби: вроде двигаюсь, но о-о-о-очень медленно.

— Вот теперь можете подумать о моем внуке, — как ни в чем не бывало заявил старик.

— Прости, отец, но сейчас я способен думать только о постели, — отозвался мой любимый муж, развалившись в соседнем кресле такой же полудохлой тряпочкой, как я.

— А о внуках именно там думать и полагается, — назидательно поднял палец свекор.

— Папа! — в один голос воскликнули мы с Раем.

— Вот именно, что «Папа!». А надо, чтобы «Деда!»

Переглянувшись, мы прыснули. Рай накрыл мою руку ладонью, легонько пожав пальцы, и идея свекра сразу показалась мне не такой уж неуместной.

И тут дверь распахнулась, и в комнате появилось новое действующее лицо: наша младшая дочь Тори. Хотя моложе она была всего на десять минут, но по характеру совершенно не походила на старшую. Осторожно подобрав подол голубенького платьица, она присела в вежливом реверансе, заслужив одобрительную улыбку бабушки. А потом, проигнорировав родителей, прошагала прямо к деду.

— Дедушка, — небесное создание шести лет отроду забралось на колени нашему грозному главе Рода, — а ты меня сильно-сильно любишь?

— Конечно, милая, — расплылся в улыбке тот.

— И мне можно завести только свою миленькую зверушку? — ластилась мелкая интриганка.

— А почему нет? Можно.

Он вечно попадался в одну и ту же ловушку. Но я уже насторожилась. Правда, рот открыть не успела.

— Отлично, — Тори спрыгнула на пол. — Заходи!

— Это она кому? — переглянулись мы с мужем.

В окно с треском сунулась здоровенная костлявая морда. И зубов у этой морды было едва ли не больше, чем костей.

Немая сцена, последовавшая за этим, была достойна пера художника.

— Эт-то миленькая зверушка? — кое-как выдавил из себя свекор.

— Да! — без запинки отозвалась Тори. — Правда, хорошенькая? Ей было так скучно под землей, что я решила забрать ее к нам.

— Ну, и кто из вас, вредители, не закрыл дверь в свою мастерскую?! — мрачный взгляд главы Рода заставил вжаться в спинку кресла не только меня, но и Рая. — Обалдуи!

— Не ругайся, дедушка, — вмешалась дочь. — Они закрыли. Я твой ключик взяла. Ты его здесь на столике оставил…

Секундное молчание взорвалось смехом моей замечательной свекрови. А минуту спустя хохотали уже все. Даже зубастая морда мелкой химеры, застрявшая в оконном проеме и то дергалась в подобии веселья.

«Вот это и есть счастье!» — мелькнула в голове невесомая едва осознанная мысль. А в следующую секунду Рай, приблизив губы к самому моему уху, прошептал: «Вот это и есть счастье!»

— А как ты его назвала, милая? — спросила свекровь, с опаской косясь на клацающие в непосредственной близости от ее бесценных фиалок здоровенные челюсти.

— Это она! И я назвала ее «Счастье!»

— Счастье есть… — пробормотала я себе под нос.

— Оно не может не есть, — подтвердил муж, глядя как вторая фиалка исчезает в необъятной пасти нашего нового «счастья».

И мы рванули спасать мир. Наш маленький счастливый мир от прожорливого счастья.

КОНЕЦ

.