Права и обязанности некроманта (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 90

— Ты помнишь ее?! — взорвалась я.

Но парень не обратил на мою вспышку никакого внимания.

— Когда ты так спрашиваешь… Нет. Ее я не помню.

— А что ты, бесы порви вас обоих, помнишь?! Ты же сказал Альву, что… был с ней!

— Я этого не говорил.

Я схватилась за голову, едва не оттолкнув парня в кусты:

— Ладно. Это потом. Потом разберемся… Зачем ты привела Дона в свою спальню, бестелесная?

— Мне нужен был муж.

— Зачем?

— Ребенок без мужа — слишком большой удар по репутации. Отец бы мне этого не простил.

— Ребенок? Делия хотела ребенка? — ошалело пробормотал рядом Дон. Я сообразила, в чем дело, гораздо быстрее.

— Кто отец твоего ребенка, бестелесная?

— Виктор Орлей.

Последовавшая за этим матерная тирада в два голоса чуть не отправила призрака моей вероломной сестрички куда дальше, чем простая Грань.

— Почему ты не вышла замуж за него? — спросила я, кое-как заставив себя успокоиться.

— Он не захотел.

— Почему?

— Он сказал, что ему не нужна бездарка, потому что он скоро станет лордом Десятки.

— Как? — ляпнула я.

— Не знаю.

Тут я поняла, что уже минуты три Дон монотонно тянет меня за руку, и еще чуть-чуть, усадит прямо на землю. Я обернулась.

— Спроси ее, спал я с ней, бесы ее порви, или нет?!

— Ты спала с Доном? — как попугай повторила я.

— Нет, — отозвался призрак. И я поняла, что мои пальцы больше не немеют в мертвой хватке бывшего жениха.

— Для кого еще ты делала ароматы, влияющие на разум?

— Для Виктора. Для Лерроя.

— Э-э-э… — в очередной раз я перестала понимать, что имеет в виду бесов призрак. Виктора она, похоже, таким образом и уложила к себе в постель. Но Леррой?! Она, что, и за него замуж собиралась?!

— Что ты хотела от Лерроя? — я наконец сумела сформулировать из обрывков мыслей что-то более-менее внятное.

— Денег.

— Профессор покупал ее отраву! — выругался у меня за спиной Дон. — Поверить не могу!

— Ты делала аромат страсти для Лерроя?

— Нет.

— А что ты ему продавала? — едва не прорычала я.

— Вечный сон из цветов Аместира.

— Да где ты набрала такой дряни?! — рявкнула я, окончательно запутавшись.

— Леррой принес семена. Я вырастила цветы и создала аромат.

— Так он тебя и аромат делать научил? — от удивления я отшатнулась и чуть не упала навзничь, зацепившись за какую-то неровность.

Но Дон не позволил мне упасть, да так и остался стоять за спиной, обнимая меня за талию. Я откинулась на него, наслаждаясь этой невинной лаской едва ли не сильнее, чем возбуждающей негой несколько часов назад. И вдруг поняла, что успокоилась. Дон прав: мертвые ушли. И им все равно.

Ни холодное «нет, я сама» в ответ на мой вопрос, ни новость, что окрутить Дона, поскольку он «благородный идиот, и ничего не заподозрит», Делии посоветовал именно Леррой, меня уже не взволновали. Как и то, что создавать всякую дрянь для профессора-интригана Делия начала еще до моего появления в этом мире.

Я механически задавала какие-то уточняющие вопросы, повторяла вопросы Дона, почти не слушая ответов мертвой сестры. Это меня в тот момент больше не трогало.

Совсем другие мысли плавали в моей голове. Мысли одновременно и печальные, и спокойные, и в чем-то даже счастливые. Я поняла, как добился бессмертия Леррой. И как его все же убить, тоже поняла. Даже догадалась, почему для этой миссии Последняя Гостья выбрала для меня именно тело глуповатой малолетней студентки.

Конечно, оставались еще чисто технические мелочи. Но я не сомневалась, что найду и для них подходящее решение. Моя миссия почти завершилась. Последняя Гостья должна быть довольна. И не только она. Маятники придут в норму. Все. Как и было приказано.

Я отбросила все мысли в сторону и, прервав разговор на полуслове, отпустила призрака.

Если Дон и удивился, то не подал виду. Он молча вернулся вместе со мной в дом. А я, едва захлопнув за собой дверь своей спальни, развернулась к нему:

— Не хочу ни о чем думать. Все, что осталось от этой ночи — принадлежит нам.

Вместо ответа Дон притянул меня к себе и поцеловал так, что закружилась голова. Он всегда каким-то чудом понимал, чего именно мне хочется.

Глава 27. Последняя гостья бессмертного

— Вот и все, — тихо сказал Дон несколько часов спустя. — Наконец-то все разрешилось.

Я лежала рядом, уютно устроив голову у него на плече, и смотрела, как медленно розовеет щель между неплотно задернутыми порьерами.

— До чего же странное ощущение, — продолжал он. — Чувствую себя идиотом. Но идиотом очень, просто безумно счастливым.

На границе сознания тихо звякнула сигналка: кто-то из моих «мальчиков» уже явился, чтобы демонстрировать Темной Тиссари свою верность. Конечно, никому из них и в голову бы не пришло сунуться без разрешения не то, что в дом, но даже за ворота. Но мое время истекало…

Я поднялась и стала одеваться, в очередной раз накладывая чары восстановления на испорченную одежду.

Несколько минут Дон недоуменно следил, как я собираю разбросанные вещи, а потом, опомнившись, вскочил.

— Куда ты?!

— Заканчивать то, что начала, — холодно отозвалась я.

— Я с тобой, — отрезал он, хватая штаны.

— И речи быть не может, — отмахнулась я и наклонилась, затягивая высокую шнуровку сапога. Мыслями я была уже далеко отсюда, просчитывая, как искать залог бессмертия моего врага.

— Или мы идем вместе, или я тебя отсюда не отпущу!

— И как ты меня удержишь? — я вздернула бровь, демонстрируя крайнее удивление.

Но Дона теперь не так-то просто было смутить. Он шагнул вперед и, ломая слабое сопротивление, обнял меня.

— Вот так, — выдохнул он мне в ухо. — И что ты сделаешь?

— Нахал! — фыркнула я, невольно рассмеявшись.

— Какой есть. Помнится, раньше тебя это не смущало.

— Раньше ты не вел себя так нахально, — ухмыльнулась я, когда он отобрал у меня камзол и, плюхнувшись обратно на кровать, усадил к себе на колени.

— И куда это меня завело? — вернул ухмылку Дон. — Нет уж, теперь я буду самым нахальным, безголовым и прямолинейным, каким только возможно!

— Зачем? — я увернулась от поцелуя, подставив жадным губам щеку. — Зачем тебе это?

— Затем, что это работает, — отозвался он, распуская шнуровку на воротнике-стойке и стягивая блузу с моего плеча. — Стоило вляпаться в неприятности, и я оказался наедине с самой желанной женщиной нашей страны. Это стоит парочки неприятных минут в обществе дохлого дракона.

— О, да, безумно желанной. Представители света мечтают устроить мне свидание с палачом, представители тьмы — занять мое место, а остальные… Хотя, о чем это я? Остальных-то и нет.

— Ну, ладно, ладно, не прибедняйся. Остальные — это я. И я прибью любого, кто покусится на это звание.

— И чем же это звание такое завидное? — усмехнулась я, слегка прикусив мочку его уха.

— Тем, что только представителей этой категории не мечтаешь прибить ты, — фыркнул Дон. — Это во-первых.

— А есть еще и во-вторых?

— А как же. Во-вторых, только представителей этой категории можно прочить тебе в мужья, не рискуя, что свадьба плавно перетечет в похороны.

— Да, уж, — я отстранилась, словно окунувшись в ледяную ванну. — Представляю, что бы началось в обоих лагерях, объяви я о своем бракосочетании.

— Представляешь? — Дон, как и раньше, моментально почувствовал изменение моего настроения и попытался разрядить обстановку. — Расскажи. Хочу знать, что меня ждет в ближайшем будущем.

— В ближайшем будущем тебя ждут несколько часов одиночества в этой комнате, — я не приняла шутку и, выпутавшись из кольца его рук, встала. — А мне надо кое-что разузнать…

— Нет, — он сжал кулаки, разом посерьезнев. — Я не буду отсиживаться здесь, пока ты где-то… Пойми! Я столько времени думал, что ты для меня потеряна навсегда! Я не хочу… Я просто не могу потерять тебя снова!