Выбор Достойного (СИ) - Ямнова Дарья - Страница 71

— Да, Абашаль тоже долго и витиевато возмущался, что он строитель, — маг вылил одну из бутылочек прямо в бурлящую воду, — однако от обязанностей портального джина должен быть какой-то больший прок, чем эти туманы, дарующие перемещение.

— А что в флаконах? — сделала вид, что хоть что-то поняла помимо того, что перестройка дело рук Абашаля.

— Ты думаешь я тебя к алтарю сопливую пущу? — руки мага легли мне на плечи.

Сначала на моем лице проступила улыбка, потом вылетел первый смешок. А дальше я уже согнувшись пополам искренне и от души хохотала. И все это под самым недоуменным и неодобрительным взглядом голубых глаз. Правда хохот неожиданно перешел в кашель. И с меня тут же рванули платье.

Сорвали с меня все так быстро и безболезненно, что явно с использованием магии. Правда смотрели только в глаза, но и я взгляда не отводила. Лишь чувствовала, как к щекам приливает кровь.

Ошеломленную и абсолютно не сопротивляющуюся меня буквально спустили в бассейн и надавив на плечи заставили в него сесть. Только оказавшись в горячей воде почувствовала каждым сантиметром своего тела насколько замерзла. Блаженное тепло тут же начало разливаться по конечностям, даря какое-то странное опьянение. Рядом в бассейн опустился Шейтран. И пока я наслаждалась одним из самых ярких моментов в своей жизни, меня бесцеремонно перетащили и усадили перед собой.

Мне и пикнуть было некогда, да и нечего. Просто неловко и стыдно. Решила закрыть глаза, но стало только хуже. Теперь моя голая спина прижатая к ровно вздымающейся груди мужчины чувствовала, каждое движение мышцы. Глаза я тут же распахнула, но не думать и не чувствовать уже не получалось.

Обе руки Шейтрана покоились у меня на животе. Одна намекала, что дергаться не стоит совсем, другая задумчиво гладила шрам, оставшийся от кнута. Мои бедра, стоило хоть чуть расслабиться, как тут же касались его еще сильнее. А он будто бы только этого и добивался. Моя спина, точнее самая нижняя ее часть… О, даже думать не буду о том, что в нее упирается!

При всем этом маг уткнулся мне в затылок и довольно дышал, слегка щекоча шею. Едва ли тот факт, что грудь я все же прикрывала, как бы обнимая себя руками, мне зачтется за достойное леди поведение. Но попытка соблюсти приличия определенно была…. провалена.

Глава 23.2

Лорд даже не пытался скрыть своего торжества и похоже готов был почти замурлыкать. Что конкретно привело мужчину в приподнятое расположение духа мне было не совсем ясно. Поэтому лучшей тактикой мне казалось просто тихонечко сидеть и молчать. Может удастся избежать очередных малоприятных упреков в побеге. Но это было хорошей тактикой ровно до того, как ладони мужчины стали все свободнее и свободнее перемещаться, заставляя меня вытянуться напряженной струной и оперативно искать пути отступления.

— Шейт, а ты правда меня здесь запрешь? — выдержать молчаливое завоевание моего тела не смогла и схватилась за мужские руки. Одна уже почти добралась до груди, а другая была задержана в самом низу живота.

— Я уже тебя здесь запер, — удовлетворенно выдохнул мне на ухо маг.

Не прикрытого водой плеча тут же коснулись сухие губы. Едва касаясь лорд проложил дорожку по шеи до самого уха и закончил:

— Как минимум до утра.

По телу побежали мурашки, вызывая дрожь. Руки мужчины покорно замерли под моими. Однако было очевидно, что не это не надолго. Признаться, я думала о близости с лордом, в лебединых покоях вообще пришлось о многом поразмышлять. Пыталась представить как это будет или вспоминало то, что уже было между нами. Но мне все еще было дико стыдно и неловко. К этому вообще невозможно подготовиться!

— Это не справедливо! Меня пыталась похитить ваша прислуга, а наказываете вы меня! — вопль вырвался в ответ на пришедшие в движение руки.

— Центральный вход я тоже замуровал… и запасной, — маг вновь принялся целовать шею, — все наказаны.

— А как же завтра… - мысль была прервана судорожным вдохом, от действий лорда, и неожиданно перешла в сухой кашель.

Шейт дал перевести дыхание и подсунул под нос склянку с почти приказом “Выпей”.

В том, что он успел к мастеру Торшию прогуляться не было никаких сомнений. Горькая и липкая жижа, которая была абсолютно без запаха заполонила горло. Попытку выплюнуть эту ужасную гадость предотвратили просто закрыв мне рот ладонью. Пришлось отчаянно сглотнуть. Лекарство было настолько отвратительным на вкус, что на глазах выступили слезы. Маг, поняв, что плеваться мне уже нечем убрал ладонь.

— Эолан предупредил, что добровольно это мало кто может выпить, — и меня опять легко повернули.

Теперь я оказалась прижатой боком к телу мужчине и с округлившимися от возмущения глазами пыталась хоть что-то сказать. Вода, хоть и бурлила, но была совершенно прозрачная. И вообще чего этот подлый лорд крутит мной, как хочет. Все мое протестно-обиженное настроение просто заткнули поцелуем. А закончив, окончательно потерявшейся мне, как ни в чем не бывало, протянули еще один флакон со словами:

— Это зелье на вкус приятное.

— Сопливую к алтарю не пустишь, да? — я развеселилась, и кажется серьезно захмелела.

— Почему тебя это так веселит? — заулыбался очень наглый, но симпатичный лорд Картел.

— Когда я в самом начале… — неожиданно поняла, что язык меня едва слушается, — заболела. Мне снился же все время волк. И вот, он мне в одном из кошмаров сказал, что сопливую к алтарю не пустит.

Встретилась с такими притягательными голубыми глазами. Протянула руку и погладила лицо мужчины, слегка очерчивая контур скулы, коснулась губ… И поняла, что и вправду пьяна. Теперь на предложенный флакон смотрела, как на ядовитую змею. Мой отец пил, да и деньги мы экономили, поэтому напиваться мне прежде не приходилось вовсе. Но это было определенно опьянение. Я уставилась на вдруг ставшим безумно желанным мужчину и обвинительно заявила:

— Вы что меня напоили?!

— Это побочное действие целительной магии, — как-то подозрительно ухмыльнулся мужчина, — второй флакон снимает опьянение.

Таким хитрым глазам вообще нельзя верить. Ни-ког-да! Но они такие голубые и красивые. И честные. Я протянула наконец руку к предложенному флакону и постаралась выпить его залпом. Маг меня действительно не обманул — жидкость оказалась сладковатой с мятным привкусом. Даже пришлось пожалеть о столь быстром употреблении. Но вот о том, что оно поможет протрезветь — определенно соврал. Голова только больше уплыла в туман. А к ледяным чертям все! Хочу целовать этого коварного мага! И сама потянулась к губам мужчины. Который почувствовав мою полную капитуляцию тут же дал волю рукам.

Мужские ладони тут же заскользили по моим бедрам, спине, сжали грудь, заставляя резко выдохнуть магу в губы… Захотелось справедливости — и я начала с не меньшим азартом трогать мужчину в ответ. Чувствовала, как сбивается его дыхание, как чаще бьется сердце…

А потом я кажется уснула.

Потому что о том, как оказалась в кровати не помнила совершенно. Властно обнимающий меня лорд Картел и распухшие от поцелуев губы ясно давали понять, что бассейн мне не приснился. На удивление чувствовала себя просто замечательно, хотя обычно любители выпивки с утра жаловались на головную боль. Из-за по-прежнему задернутых штор лился солнечный свет. Создалось впечатление, что очнулась я в то же время, что и уходила с лордом Картел купаться. Коварный маг на эти мои мысли ответил ровно вздымающейся грудью. Спит? Или опять притворяется. Всмотрелась в лицо и после пары секунд на меня уставились прищуренные голубые глаза.

— Что? — как-то обреченно задался вопросом мужчина, — мы спим.

— А свадьба? — признаться мысль о том, что лорд ни разу не пошутил и завтра, а возможно уже даже сегодня я стану его женой не давала покоя.

— Безумно рад, что тебе так не терпиться стать моей женой, — хмыкнул маг, прикрывая глаза, — но единый светлый, не в шесть же утра.

Я завозилась устраиваясь по удобнее. С мыслью, что в шесть утра и вправду рановато и вполне можно еще поспать. И если вчера меня охватило серьезное беспокойство об организационных вопросах и как вообще меньше, чем за день можно организовать свадьбу, то сегодня было абсолютно все равно. Какая разница в чем и как идти к алтарю, когда гораздо приятнее вот так прижиматься к любимому мужчине и слушать его ворчание в несусветную рань.