Интерполирую прошлое – экстраполирую будущее - Мамлеева Наталья - Страница 23

Решив дать себе отдых, я пренебрегла домашним заданием в субботу, а вот в воскресенье мне пришлось об этом пожалеть. Аз Хош обиделся ни на шутку!

– Я это и за неделю не сделаю! – чуть не плача воскликнула я.

Ники, в этот момент выбиравшая платье для сегодняшней вечеринки, заглянула мне за спину и присвистнула.

– Я тебе не завидую.

– Хоть в этом мнении мы с тобой схожи! Я не смогу никуда пойти! А это первая тусовка за время моего обучения! Нечестно!

– Нечего было препода букетом по лицу бить, он бы и не занял твоё свободное время!

– Кого-кого она била? – заинтересовался грызун, поднимаясь с подушки.

– Аз Хоша, – сдала меня Ники.

– Это ты зря, он мстительный. Собственно, его мстительность и послужила причиной появления у меня разума.

– По-прежнему не хочешь рассказать эту занимательную историю?

– Нет, – отрезал Абсик, забравшийся на стол. Его лапка уже благополучно зажила, пусть он это и не хотел признавать. – Что там у тебя? Дай-ка посмотрю.

Со стороны это могло выглядеть смешно, как маленький грызун забирает у человека планшет и всматривается в цифры, а потом с завидным усердием начинает дифференцировать первую функцию и строить по ней график.

– Ты в этом понимаешь?

– Как семечки щелкать.

– Абсик, ты мой спаситель! – на радостях я чуть не чмокнула зверька в хохолок, но вовремя остановилась. Между нами еще не настолько близкие отношения, но если он почаще будет решать за меня математическую часть, может, мы и сблизимся. – Я теперь смогу пойти на вечеринку!

– Золушка отправляется на бал, пока бедные «голуби» вкалывают на её благо, – усмехнулся Абсент, и мы с Ники рассмеявшись, занялись сборами уже вместе.

– В благодарность мы тебе приготовим что-нибудь вкусное! – пообещали мы.

– Упаси голодная бездна! Лучше купите мне консервов, – ответил Абсент, и мы подумали, что это разумное решение. Всё равно кормить чем-то придется, а запас печенья уже заканчивается.

Чтобы сопроводить нас на первое массовое мероприятие в МГУ, Фэртон лично явился за нами. Мы уже были облачены в новенькие коротенькие платьица. Волосы Ники оставила распущенными, а мне и собирать было нечего, лишь сделала укладку.

– Лиа, боюсь, что весь вечер я буду вынужден отгонять от вас назойливых кавалеров, – не отрывая взгляда от груди Николетты, проговорил Чейс.

– Её лицо чуть выше, – усмехнулась я, а Ники, привыкшая к подобному вниманию, почему-то рассердилась.

Фэртона же ничуть не смутило это замечание, будто декольте выставляли именно для его обозрения. В чем-то логика была, поэтому мы не стали дальше развивать эту тему и вышли из бокса.

Покинув общежитие, мы направились куда-то к полигонам, где стояло множество одноэтажных ангаров различного размера. Цокая каблуками по узким асфальтовым дорожкам, мы всё удалялись от главного корпуса, пока до моего слуха не донеслись громкие звуки музыки. Я сразу определила источник и именно туда мы и отправились.

– Каждый год вечеринку проводят в разных ангарах или зданиях факультета, но также и на входе стоят секьюрити, – с улыбкой проинформировал Чейс, поздоровавшись с высоченным парнем, который пропустил нас внутрь. Когда мы от него отдалились, Чейс шепнул: – Правда, лица они в состоянии разбирать только до полуночи…

Все, что говорил потом Чейс, чудесным образом проскальзывало мимо моих ушей. Грохотала музыка, и я с удивлением оглядывалась по сторонам. Раньше я видела такое только в фильмах. Немногочисленные вечеринки, на которые меня когда-то приглашали, включали в себя просмотр фильмов и настольные игры.

Здесь же оказалось все совершенно по-другому. Площадь была разделена на несколько секций: в углах стояли бары, у стен – столики и диванчики, а по центру студенты тряслись на танцполе. Над нашими головами цветные голограммы строили различные фигуры и целые композиции.

Я, как Алиса, попавшая в страну чудес, сделала шаг вперёд, пытаясь слиться с этой компанией, почувствовать здесь себя своей.

– Идём, нам туда, – прокричал Чейс на ухо, отчего я вздрогнула. Не от звука голоса, а от его близости.

– И никто не следит за студентами?

– А что за нами следить? Хотя ты права, несколько преподавателей помоложе здесь все-таки есть, – кивнул куда-то в сторону челибенец, но я никого не увидела, поэтому позволила себе остаться ведомой, пока Фэртон проходил к нужному столику.

Ники проследовала за нами, и вскоре Чейс познакомил нас со своими друзьями. Они оказались улыбчивыми людьми, поэтому стеснения не вызвали, и вскоре мне предложили выпить.

– О, нет, боюсь, что алкоголь окажет на меня пагубное влияние.

– Успокойся, ты же под моим присмотром. Ники, а ты будешь?

Девушка утвердительно кивнула, но я не спешила поступить так же.

– Аврора, серьёзно, ну что может случиться здесь? Ты ни разу не пила?

– Не удавалось, – призналась я, – мои родители консерваторы и весьма отрицательно относятся к выпивке.

– Тогда тем более стоит попробовать. Ведь если не сделаешь это, никогда не узнаешь собственное к нему отношение.

С последним я была не согласна. Иногда отношение строится на косвенных данных, не проверенных личным опытом. И не то чтобы я легко поддавалась уговорам, но какой-то части меня хотелось сделать что-то бесшабашное, как я и говорила раньше, начать новую жизнь. Долой старые рамки – здравствуй новый мир!

С одним выпитым бокалом для меня открылся новый мир, я сама не заметила, как за вторым пошел третий, а потом, кажется, даже четвертый. Но и этой убийственной для моего организма дозы неизвестного горячительного напитка с Джийской системы – родины урджиев – мне хватило с лихвой. Уже через час я совершенно не могла понять, что меня толкает на те или иные поступки.

– Кажется, она слишком много выпила, – констатировала Ники, смотря на мою довольную физиономию.

– Я хочу танцевать! – воскликнула я, вставая с места.

Но, не сделав нескольких шагов, я подвернула ногу и готова была упасть, если бы меня не подхватил Чейс. Парень, смеясь, повел меня в центр ангара, где уже зазвучала медленная музыка.

Я подпевала словам песни и с трудом передвигала ногами, но в этот момент мне было так хорошо, как никогда, и я решила поделиться с Фэртоном своим возмущением:

– Вот и зачем его в преподаватели взяли?! – воскликнула я, и челибенец удивленно вскинул брови.

– Кого?

– Этого… как его… еще имя сложное… в общем, урджия! Он тиран!

– Аз Хош ур Сент? – со смешливыми нотками уточнил парень.

– Именно! Он невыносим! И почему я с ним всё время сталкиваюсь? Как нечестно…

– А ты бы не хотела посмотреть на его лицо? – внезапно спросил Чейс.

– А это возможно?

– Конечно, нет. На самом деле, ты же не будешь насильно снимать с него эштану?

И в этот момент что-то в моей голове щелкнуло. Действительно, почему бы не попытаться? Он же просил прийти к нему, если возникнут вопросы по домашнему заданию? Вот я приду и сниму маску! Никто не узнает, зато я хоть мельком на близком расстоянии смогу открыть для себя тайну его внешности.

Наверное, у судьбы со мной свои счеты, но при повороте в танце Чейс чуть отпустил меня, и я буквально полетела назад, чтобы врезаться в кого-то. Развернувшись, собиралась рассыпаться в извинениях, если бы не пронзительный взгляд знакомых глаз, цвет которых был неразличим.

– Смотрю, домашнее задание оказалось непозволительно легким или вы решили его проигнорировать? – с ехидством спросил урджий, наклонившись ко мне ближе, чтобы перекрыть шум музыки.

Застежка эштаны оказалась так близко, что расстегнуть её было бы не трудно. К тому же это была особая маска, не та, которую он носил в университете, здесь была прорезь на уровне губ, которая предназначалась для того, чтобы пить напитки через трубочку.

Я будто со стороны смотрела, как моя рука потянулась к маске, и, когда цель была практически достигнута, Аз Хош перехватил мое запястье, с удивлением посмотрев на меня. А я будто почувствовала свою уверенность и под влиянием любопытства начала второй рукой пытаться дотянуться до застежки.