Не угрожай боссу, опасно! (СИ) - Светлова Маргарита - Страница 99

Полшестого пришло сообщение, Громов на месте, ждет. Отлично. Тихо встал и направился в ванну, нужно бронежилет надеть, новая разработка моего гения. Это тоже одно из направлений моего бизнеса, причем очень выгодное. Только вышел, Люда уже на кухне хозяйничает, в обтягивающем топе и шортах, гремучая смесь. Ох, как не вовремя она проснулась, может заметить, что я в бронежилете, пусть и под пиджаком.

— Привет, красивая. — Окликнул ее. — Приготовь завтрак, сейчас вернусь, — озадачил и направился на выход.

— Эй, ты куда! — окликнула она меня, и вышла в коридор.

Черт!

— Сейчас заберу одну вещь из машины, и вернусь… — ретировался. Когда зашел в лифт, понял, что даже ключи не взял: из-за боязни запалиться, забыл о нем. Ну, ничего, сейчас быстренько с Громовым разделаюсь, и домой вернусь с повинной.

***

Странно, даже не поцеловал меня, что-то на него это не похоже. Ну и ладно, может действительно нужно срочно документы забрать из машины. И только хотела я отправиться в кухню, как мой взгляд упал на ключницу, там весели ключи от его машины.

— Интересно, он машину пальцем собрался открывать? — Схватила связку, и рванула за мужем, лифт спускался, пришлось догонять его по лестнице. Только я вышла на парковку, и тут же застыла. Глеб направляется к автомобилю, что-то читая в смартфоне, а из темного угла появилась фигура мужчины, а в руках у него пистолет, направленный на мужа. Я сорвалась с места, даже не думая, что делаю, в голове пульсировал только одна мысль — защитить. Кричать не могла, голос пропал, только тело двигалось по инерции, подгоняемое страхом за жизнь мужа. Вижу, что мужчина, взводит курок, и я делаю рывок, чтобы закрыть мужа.

— Лови! — кричит Глеб кому-то, и отталкивает меня, тихий звук выстрела и его злое: — да блин! — и словно замедленной съемке, вижу, как мой муж падает на пол. Все звуки стихли, и я словно очутилась в вакууме зловещей тишины, высвобождаюсь из чьих-то объятий, и бегу к мужу. Падая рядом с ним на колени, начинаю причитать:

— Любовь моя не умирай. Глебушка… Любимый, только не покидай меня. Я жить не смогу без тебя. Слышишь! — продолжая обращаться к нему, пытаюсь найти пулевое ранение, но натыкаюсь на бронежилет, поднимаю глаза, мой муж подпер голову рукой, внимательно смотрит. И тут звуки резко вернулись.

— Ну, что замолчала? Продолжай. — Находясь все еще в шоке, я показываю ему руку со злополучным ключом.

— Ты ключи от машины забыл. — Попыталась объяснить, почему я здесь.

— Серьезный прокол с моей стороны. — Морщась, поднимается, и помогает мне встать. Я повернула голову, и посмотрела на место, где был убийца, его скрутили. Меня такая ярость охватила, что хотелось придушить урода.

— Я сейчас. — Направляюсь к этому мерзавцу, и как Мишка учил, подойдя, тут же зарядила со всей силы промеж глаз. Может это из- за того, что я была в состоянии аффекта, но у меня получилось ему расквасить нос, кровь хлынула из него на пол. — Это тебе подонок, что в моего мужа стрелял! — Обвила строгим взглядом, мужчин, что удерживали, и продолжила: — какой неосторожный, падает на ровном месте. — Послышался смешок, и кто-то добавил:

— Он еще и вас хотел застрелить.

— За меня муж рассчитается. — Развернулась и наткнулась на веселый взгляд Глеба. Подошла к нему, тот оставил легкий поцелуй на губах, и отправил домой, мол хватит геройствовать.

«Странно, даже не ругался? На него это не похоже. Наверное, дома оторвется». — Тяжко вздохнув, пошла, готовится к заслуженной взбучке. До меня, наконец, дошло — это была ловушка для киллера.

Зашла в лифт, и силы меня покинули, сердце стучит, отдавая сильной болью в висках. Видимо, состояние аффекта закончилось, вот и наступил откат. Не помню, как зашла в квартиру, затем резко в глазах потемнело, и провал. Очнулась на полу, на лбу слева шишка, и голова все так же болит. Матюгнулась, и направилась, пошатываясь в ванную комнату, промочила лицо холодной водой, посмотрела на себя в зеркало: отлично, шишка меньше чем казалось. Сходила в туалет, и с разочарованием поняла, из-за стресса пришли раньше женские дни. Привела себя в порядок, и сделав два компресса изо льда: один на руку, видимо, была на взводе, и не почувствовала тогда боль, а вот другой на лоб. Сижу за кухонным столом, кручинюсь, в таком состоянии меня застал Глеб с Яном.

— Что случилось?! — присвистнул мой, и подскочив, тут же принялся осматривать «боевые» ранения. — Ты, когда головой успела приложиться? Это, что я тебя так неудачно толкнул?

— Нет, это я упала дома… — у моего брови от удивления взлетели вверх. Только он собрался поинтересоваться: при каких обстоятельствах. Я его остановила: —лучше не спрашивай.

— Ладно, дай руку посмотрю. — Берет ее, и хмурится. Ну думаю, сейчас начнется. — С боевым крещением. — Целует руку, и вновь возвращает компресс на место. Я в шоке. — Только просьба, на будущее. Вот даже если меня будут убивать, не спасай. Договорились?

— Это еще почему?

— Так у него хоть маленький, но есть шанс выжить! — раздался голос Яна, и тот рассмеялся. Отсмеявшись, он продолжил глумиться. — Ты сегодня в прямом смысле его авторитет уронила.

— Он опять заржал.

— Слушайте, я действовала на инстинктах, и ничего тут смешного нет. Я испугалась, и не соображала, что делала!

— Успокойся милая, ты его тут же подняла, когда Громову нос сломала. Теперь все думают, что я жену тренирую хорошо. Мишке, что ли, проставиться?

— Я что, действительно ему нос сломала?! — охнула и посмотрела на руку. — Ну… тогда понятно, почему она так болит.

— Ничего страшного, это небольшой ушиб, сейчас схожу за мазью, и полегчает. — Мой ушел, а Ян подошел поближе, и чуть слышно.

— Пацаны спрашивают, ты какие конфеты любишь? Цветы дарить не вариант, командир порвет, а вот конфеты, в качестве признания, самое то, тем более ты их любишь. Может, какую-нибудь цацку хочешь?

— Скажи, что с меня достаточно, чтобы они мужа оберегали…

— Не прокатит, ты их герой, мужа грудью закрыть пыталась. А как в нос заехала… — мечтательно закатил он глаза.

— Хватит издеваться!

— Ладно, будем импровизировать. И не злись. Сама виновата, хотела сунуть нос в мужа жизнь, радуйся, получилось. — И опять заржал.

Тут Глеб вернулся, сунул несколько папок в руки, и пронзив его строгим взглядом, заставил ретироваться. Подошел ко мне, взяв меня за руку, притянул к себе.

— Любишь, значит. И жить без меня не можешь. — Хотела сказать, что бредила из-за стресса. Но, посмотрев его синие глаза, поняла — нет смысла отпираться.

— Если бы это было по-другому, замуж за тебя не пошла. Я так за тебя испугалась… — прижалась к нему. — Думала, что тебя убили.

— Эй… — приподнял он мое лицо, и тихим голосом запел:

Я навеки даю обязательство,

Что не стану добычей ворона.

Есть особое обстоятельство:

Я люблю тебя — это здорово.

А потом, резко опустил голову, и накрыл мое рот, своими горячими губами. Я аж расплакалась от избытка чувств.

— Ты чего? — отстранился и удивленно на меня посмотрел.

— Давно мог бы сказать, что любишь! — ударила его рукой, и охнула, от боли. Он перехватил руку, и поцеловал ее.

— Признаю, тут я ступил. Нужно было прямым текстом сказать, что люблю. Просто как-то не задумывался, что это приятно слышать, пока ты сегодня не сказала эти слова. Как жаль, что мало времени… — отпускаются его руки на мою попу, и резко прижимает к себе, — охренеть, как сильно я тебя хочу.

— Не получится. Твой снаряд дал осечку, женские дни пришли. — Он замер.

— А почему так рано?

— Нервничала много…

— Жалко, конечно, что не забеременела. А может это и к лучшему, ты последнее время действительно много нервничала. А насчет секса, вечером не отвертишься. Беркутов крови не боится.

— Беркутова тоже. Но, у меня низ живота тянет, не до сексуальных подвигов.

— Я могу чем-нибудь помочь? — заволновался, и тут же строго добавил: — На работу, ни шагу.

Ну, ничего не меняется! Только подумаешь, что он стал романтиком, и опа! Командир вновь вернулся. Глеб намазал мне руку мазью, и я легла спать. Проснулась в двенадцать, набрала мужу, и успокоила, что все нормально. Тот обрадовался, и тут же выдал: срочно, собираться, нужно побыть свидетелями на свадьбе. Когда узнала у кого, дар речи потеряла. Мда, с моим мужем и моим подругами, жизнь бьет ключом, радует, что не по голове.