Судьба (ЛП) - Линч Карен - Страница 69

От воспоминания о нём в горле встал ком. Он, наверное, с ума сходит в поисках меня. Сердце сдавило в груди, когда я представила боль, которую он должно быть сейчас переживает от незнания в безопасности я, или же страдаю, или увидимся ли мы когда-нибудь снова.

Я подумала о том, когда видела его в последний раз, перед тем как отправилась за покупками с Мейсоном. Он схватил меня за распахнутые полы куртки и притянул к себе для степенного, глубокого поцелуя, от которого у меня подкосились ноги. Потом он улыбнулся мне, и его улыбка говорила мне, что он совершенно точно знает какой эффект оказывает на меня, и что по возвращению домой меня будет ждать гораздо большее.

— Поместье Адама во Франции гораздо больше, чем это, — с благоговением в голосе произнесла Мей. — Он сказал, что там есть сады и озеро, и мы сможем выходить гулять. И у нас будет платьев больше, чем мы сможем сосчитать. Но самое лучшее, ему больше не придётся оставлять нас из-за своих дел, и мы будем видеть его всё время.

Она счастливо вздохнула, потерявшись в мечтах о её будущей прекрасной жизни, которые он скормил ей. В моей груди закипал гнев. Все эти девушки вместе с Мей считали, что Адам заботился о них. Они понятия не имели о настоящей участи, ждущей их.

Завизжала девушка:

— Он здесь.

Все взгляды обратились к дверному проёму. Я проследила за их взглядами к Адаму, который был одет в чёрный торжественный пиджак, и наслаждался их боготворящими взглядами. Он взглядом окинул комнату, улыбнувшись каждой девушке, словно та была любовью всей его жизни. Они практически лишались чувств от мимолётного внимания, которым он их одаривал. Меня стало мутить от всей этой сцены.

Голубые глаза Адама наконец остановились на мне, и у меня перехватило дыхание, а внутри всё затрепетало. Он улыбнулся и направился ко мне. У меня пульс зашкалил от... радостного волнения.

Девушки попытались перехватить его, и он разорвал взгляд со мной из-за необходимости поговорить с ними. Я моргнула и слегка пошатнулась. Было такое чувство, будто я только что пробудилась ото сна и обнаружила себя в ночном кошмаре. Потому что только в кошмаре я могла испытывать влечение к этому монстру.

"Я возьму лишь один поцелуй".

Желчь подступила к горлу, когда я вспомнила последние слова, сказанные им перед тем, как его губы коснулись моих губ. Он поцеловал меня, чтобы скормить мне его энергетику, ту же самую энергетику, которая по его словам изменит моё мнение о нём. Моя кожа натянулась от чувства отвращения. Я поняла, что его магия уже была во мне. Я почувствовала себя грязной и изнасилованной, и меня затошнило.

Я наблюдала, как девушки обступили Адама, заискивая перед ним, словно он был рок-звездой. Он поприветствовал каждую лёгким прикосновением и целомудренным поцелуем, от чего они засияли любовью, которую, как им казалось, они испытывали к нему.

Ри подошла ко мне и вложила бокал с шипучей водой в мою руку. Я попыталась отдать ей бокал обратно, но она отказалась его принимать.

— Вы выглядите нездоровой. Это поможет вам успокоить желудок, — прошептала она.

— Единственное что поможет мне, это покинуть этот ад, — резко ответила я.

Она поспешила прочь, и я стала искать место, куда бы поставить бокал, который она мне всучила. Я была вполне серьёзна, когда ответила инкубу на этот счёт ранее. Ни кусочек еды, ни капля воды не попадут в мой рот в этом месте. Одному лишь Богу известно, что они сделают со мной, если снова накачают наркотиками.

Я поставила бокал на стол и повернулась к комнате, внезапно оказавшись лицом к лицу с Адамом. Я споткнулась и, поймав меня за руки, он поддержал меня. От его прикосновения по мне разлился жар, и мне пришлось бороться с желанием прильнуть к нему.

Битва разыгралась во мне, между моим отвращением к прикосновению другого мужчины и моим неестественным влечением к нему. Я знала, что его сила вынуждает меня испытывать притяжение, но это не помешало мне почувствовать себя так, словно я предавала Криса.

Испытывая омерзение и испуг, я сделала шаг назад. Он отпустил мои руки, но тут же вложил мою ладонь в свою.

Он поцеловал мою руку.

— Ты изумительна в этом платье. Я едва мог отвести от тебя глаза, когда вошёл.

Он поднял взгляд к моим глазам, и в них горело желание. Потом его взгляд опустился на мою голую шею. Разочарование промелькнуло на его лице, и его голос стал жёстче, когда он вновь заговорил:

— Ты не надела ожерелье, присланное мной. Тебе оно не понравилось?

— Оно красивое, но я не ношу украшения.

Я подумала о серебряной цепочке, которую начала носить два дня назад, и об удовольствии, которое я испытала, увидев, как кулон в виде голубя лёг в ложбинку груди. Когда я очнулась здесь, на мне цепочки не было, видимо она порвалась, когда они схватили меня. Увижу ли я когда-нибудь снова цепочку или мужчину, который подарил мне её?

— Мне придется выяснить какие другие подарки доставят тебе удовольствие, — непоколебимо сказал Адам. — У меня столько денег, сколько тебе и не снилось, и я дам тебе всё, что пожелает твоё сердце.

— Даже свободу?

Его вздох был едва уловим.

— Всё, кроме этого.

Я выдернула руку из его хватки и, повернув голову, посмотрела на других девушек. Все они наблюдали с неприкрытым обожанием за Адамом. Странно, но, ни одна из них не смотрела на нас с ревностью, никто не взревновал, что он выделил меня. Казалось, они были готовы с радостью делить его, лишь бы у него нашлось время на них.

— Мне сказали, что ты ничего ни ела и не пила сегодня. Почему?

Я перевела на Адама скептический взгляд.

— Ты, правда, спрашиваешь меня об этом после того, как обманул меня и одурманил прошлой ночью?

Он поднял руку, дав кому-то сигнал, а потом посмотрел на меня.

— Я извиняюсь за это. Такого больше не повторится.

Я мрачно усмехнулась.

— Уж прости меня, если я тебе не верю.

К нам подошла мокс-демоница, неся поднос с закусками, и Адам жестом попросил меня попробовать одно из маленьких пирожных.

В желудке заурчало от вида и запаха еды, но я не могла заставить себя взять пирожное.

— Нет, спасибо.

— Ты должна есть, Бет, — огорчённо настаивал он. — Тебе надо поддерживать силы.

— Я не одна из твоих избранных, чтобы кормить меня и баловать как ценную племенную кобылу, — выплюнула я тихим голосом, чтобы только он смог услышать меня.

Он в ужасе уставился на меня.

— Племенную кобылу? Я никогда не отнесусь столь непочтительно к матерям моих детей.

— Ты украл их и принудил к этому, забрав у них свободу воли. Половине из них даже нет восемнадцати лет. Они дети, а ты собираешься уничтожить их жизни. Как ты можешь с этим жить?

— Посмотри на них, — сказал он. — Они счастливы и живут в роскоши.

Я сжала руки в кулаки.

— Они умрут. Неужели тебя это вовсе не волнует?

Впервые за всё время его самообладание пошатнулось, и он рявкнул на меня:

— Конечно же, это волнует меня. Я не монстр. Я бы спас их, если бы смог, но даже моей силы недостаточно для этого.

— Тогда зачем ты делаешь это?

— Это выживание видов, и так всегда было, — его голос смягчился — Я люблю и почитаю своих женщин, и они хотят вынашивать моих детей. Они умрут счастливыми, зная, что подарили мне сыновей.

Мне хотелось наорать на него, но я постаралась сохранить свой голос тихим.

— Они не хотят этого. Ты заставил их думать, что они хотят. Ты украл их жизни и их будущее, и разрушил их семьи, и они даже не знают этого.

Он заговорил со мной, словно разговаривал с ребёнком:

— Я знаю, что пока что ты не понимаешь этого, но скоро поймёшь.

— Вот чего я не понимаю, так зачем тебе брать смертных девушек, если ты можешь спариваться с другими демонами. Эти девушки не должны умирать.

— Я могу спариваться с демонами, но я должен скармливать им больше своей силы, чтобы гарантировать рождение ребёнка своего вида. И так я могу иметь только одного или двух детей. Со смертными, я могу иметь много сыновей.