Шверт - мир мечей (СИ) - Куликов Даниил - Страница 51

Утром соседи так же тихо и незаметно покинули хостел — очевидно ушли на работу. Александр по примеру Риты дремал до последнего — тело успело соскучиться по простыням и одеялу. После поняв, что спать не хочется он аккуратно застелил постель и спустился с верхнего яруса. Рита так и продолжила спать.

Взяв у сонного Матвея завтрак, и книгу (старый том Стивенсона «Остров сокровищ», печатаный ещё в Союзе) он принялся делать то, чего не делал за всё это время — отдыхал. Даже нет, не так — балдел от сомой возможности развалиться на кровати и читать книгу. Даже то, что книга была очень старой нисколько не портило отдых.

Через час проснулась Рита, и потянувшись отправилась умываться, а после за своей порцией завтрака.

Она уже прикончила завтрак, когда дверь хостела хлопнула, и в помещение зашли шестеро человек в бронежилетах и кирасах, при «Стечкиных» и «Макаровых».

— Маргарита Скворцова и Александр Светлов? — спросил тип с каменным лицом, и стеклянным взглядом.

— Они самые. — кивнула Рита. — На всякий случай уточню — Рита это я, а Александр — это он. Смотрите не перепутайте.

— Лейтенант Барсуков. Пройдемте со мной. — хмуро кивнул мужчина.

— С какой это стати? — подняла бровь Рита.

— В связи с исчезновением Евгения Погорелова и почти всех его людей. — отрезал Барсуков.

— А это кто такой? — растеряно спросил Александр.

Рита только цыкнула и он промолчал. Бойцы взяли их в «коробочку» и провели за собой по улице, хорошо хоть наручники надевать не стали. После чего провели к очень длинному и широкому зданию обнесённому каменной стеной, и переговорив с охраной завели внутрь. Всё это очень напоминало одно место. А когда Александр увидел деревянные лавки за решёткой, то понял окончательно — это что-то вроде отделения полиции, даже КПЗ сделали как на земле.

Барсуков с каким-то лейтенантом описал их вещи, после чего закрыл вещи Риты под замок в каком-то хранилище. Рита только скрипела зубами глядя на то, как у неё изымают пистолет, карабин, ножи, рюкзак и прочие вещи. Александру было проще — свои вещи он потерял у людоедов, так что у него вещей просто не было. Мечи им всё же оставили, после чего заперли в КПЗ.

— А кто такой этот Евгений Погорелов? — спросил он когда лейтенант удалился.

— Ты забыл что ли я ведь рассказывала. Евгений — настоящее имя Бони. — Он прапал, его люди пропали, Руслан и компания пропали, если слишком близко к Кровавым Скоморохам оказались — те никогда не выясняют сколько конкретно человек виновны. А мы остались.

— А почему в КПЗ то сразу? — спросил Александр. — Мы ведь свидетели. Мог бы просто прийти и поговорить.

— Угу. — кивнула Рита. — Мы свидетели. Только вот у этого Бони в друзьях мэр был. И ещё несколько человек. И Бони потерял общак на очень и очень большую сумму. Сам знаешь, что там было. А потом вдруг узнал где его искать, и сорвался туда. А потом ему даже шифер написал, что нашёл его. А потом вдруг все резко исчезли. Понимаешь? Свидетели или подозреваемые, виновные или нет, а вот тот рюкзачок был очень крупным куском пирога, а дело связанное с ним ведёт не Барсуков, а начальник над ним — какой-нибудь капитан, или майор. И тут уж лучше нас привести к нему, чтобы он сам мог взять дело на личный контроль и допросить. И ещё лучше для надёжности нас запереть на всякий случай. Например, чтобы не сбежали. А можешь принять другой вариант — что нас охраняют как ценных свидетелей потому и заперли. А вообще тот же Барсуков всегда извиниться, если закрыл тебя зря.

— Хреново. — протянул Александр. — И долго нам так сидеть?

— Пару часов точно. — пожала плечами Рита. — Пока высшее начальство прочитает доклады от работников, пока обсудит раскрываемость дел с руководителями, пока вынесет дисциплинарные наказания нерадивым работникам, пока подпишет приказы о смене амуниции… Ну ты понял короче. А потом могут подержать нас ещё пару часов так сказать в воспитательных целях, ну и чтобы были сговорчивей.

— А мечи чего нам оставили? — спросил Александр.

— А смысл их забирать? Если человек погибает, то с мечом он был или без, он возродится в поле мечей, а его меч будет рядом. С ножнами. А напасть с мечами мы ни сможем — тут почти у каждого огнестрел, плюс броня, плюс эти люди намахались мечами, у них даже есть тренировочные часы под это дело, да и сам посмотри сколько их тут ходит.

— А они не бояться, что мы сбежим? — спросил Александр. — Через суицид на перерождение, а там переродимся на Поле Мечей и дадим дёру.

— Нет, не бояться. — пожала плечами Рита. — Ты заметил, что у нас на входе в город данные по мечам записали? Ну так вот, уж поверь, они по своей картотеке могут запросто пробить, что у моего меча уровень выше пятнадцатого, а значит я точно не буду стремиться к суициду и смерти.

— А другие? У кого нет пятнадцатого?

— А другие если побегут, то автоматически будут признаны виновными, а потом будут допрошены с особой тщательностью. Да и ты видел, что город построен вокруг Алтарей, так, что те в городе? Ну так вот, местное здание полиции, и тюрьму построили на территории Поля Мечей и обнесли стеной. А рядом с полем постоянные патрули и дозоры, и вышки с наблюдателями. Если кто-то попробует покончить с собой, то тут же возродиться в поле мечей, и тут же попадётся патрулям.

— М-да…

— Ага. Лучше разбуди меня, когда за нами придут. Раньше полудня точно никто не явится.

Глава двадцать седьмая 27. Секрет Риты

Их выпустили только под самый вечер, промурыжив перед этим капитально и основательно допрашивая по одному, а потом вдвоём. Кончилось всё тем, что после всех этих бесконечных и нервополощащих допросов оба просто дали клятву на мече, подтверждая слова. После этого их невиновность была заверена тем, что уровни мечей и всё сопутствующее этим уровням не обнулилось. После этого их проводили на выход, а Барсуков, который их задерживал даже принёс официальные извинения и выдал все конфискованные на время следствия вещи.

— А сразу не могли так сделать? — негодовал Александр. — Всего-то делов подтвердить нашу честность мечом! Зачем столько нервов переводить?

О Якове Графене и о том, что это один и тот же человек оба умолчали условившись перед этим в чате о том, что можно говорить, а что нельзя.

— Они старой закалки люди, и работают по проверенным временем методикам. — меланхолично пожала плечами Рита. — С другой стороны во время этих допросов мы могли бы сознаться ещё в каких-нибудь преступлениях. Это было бы очень удобно для наших друзей.

— Такое ощущение, что им даже всё равно, что случилось с этим утырком и его дружками!

— А так и есть. Они ведь профессионалы. Чего кипятиться — одной проблемой меньше стало, и сразу десяток дел связанных с этими людьми закрылся. Им же лучше. А если кто испытывал личную неприязнь к Бони, то только порадовался.

— Ладно, а теперь что?

— Теперь посмотреть надо. — рассеянно отозвалась Рита. — Плохо то, что наша оплата за хостел превратилась в нолик — мы почти весь день просидели в КПЗ… Теперь нам следует переговорить с парой людей как минимум, прособирать сплетни, и подготовиться к другим походам… Может быть даже удастся пойти с комфортом с торговым караваном…

Далеко идти не пришлось, потому, что тут же возник очень обоим человек, причём возник так, что можно было точно сказать, что он ждал их.

— Какие люди! — радостно улыбнулся старый китаец прекращая опираться на стену. — Лита и Александл! Какая плиятная встлеча!

— Привет Юн. — Рита хлопнула старика по плечу. — Только сдаётся мне, что наша встреча отнюдь не случайна.

— Эх… Случайности использует Бог, чтобы остаться анонимным. — улыбнулся китаец.

— А ты разве не буддист? — удивился Александр.

— А… — махнул рукой Юн Чжоу. — Флаза холошая. А Энстейн не был буддистом.

— Так, Юн. — Рита взяла его под локоть идя рядом, получилось у неё не очень — так как она была выше ростом, но китаец остался доволен. — Ты меня знаешь, я конечно уважаю традиции и церемонии, но давай обойдемся без этих твоих китайских церемоний.