Карим. Против воли (СИ) - Бонд Юлия - Страница 18

***

Я влетела в спальню как ошпаренная. Внутри бушевал ураган, а сердце так быстро билось, что мне казалось оно способно выпрыгнуть из грудной клетки. В голове бахал молот. Всё стучал и стучал, туманя разум и путая мысли. Я злилась: на Карима, на Арса, на себя. Я злилась на целый мир. Что за повороты судьбы? Где я допустила оплошность и теперь, подобно преступнице века, ожидаю приговор на смертном одре?!

Когда Карим сказал своей маме, что мы скоро поженимся, я не поверила. Думала, послышалось. Переспросила, но… Всё оказалось серьезно. Ночью я умоляла Карима о помощи, надеясь на его защиту и покровительство. Я знала, что он что-то попросит взамен. Возможно, деньги с процентами, когда вернётся мой брат. Возможно, какую-то услугу. Да он мог потребовать, что угодно, но… Захотел меня.

В венах стыла кровь, стоило только представить себя на месте жены друга старшего брата. Взрослый. Жёсткий. Опасный. Я боюсь его, пугаюсь до чёртиков. Но вопреки всему схожу с ума, когда его руки зарываются в моих волосах, а в губы впивается жаркий рот. В такие моменты я теряю контроль. Отдаюсь ему полностью и без остатка. Секс с ним на грани всех фантазий. До дрожи в коленях, до бешеного сердцебиения, но это просто секс и ничего большего. Разве можно выходить замуж за человека, с которым у тебя ничего нет общего, кроме оргазма?!

В спальне скрипнула дверь. Тихо ступая, Карим подошёл ко мне и, не говоря ни слова, прижался к спине. Его крепкие руки скрестились на моём животе, а лицо зарылось на плече. Отодвинув вырез халата немного в сторону, мужские губы проложили дорожку на моей коже, начиная свой путь от мочки уха и останавливаясь на изгибе шеи. Они скользили сверху-вниз, слегка сжимая и прикусывая. Короткая щетина царапала предплечье, а пальцы развязывали узел на поясе халата. Я не сопротивлялась, зная, что это бесполезно. Моё тело — не союзник разуму и сердцу. Оно предатель. Реагирует остро и беспрекословно.

— Карим, зачем тебе этот брак?

— Чтобы тебя защитить, — шепнул его голос.

— Разве нельзя обойтись без него?

— Нельзя.

— Почему? Я же не просила на мне жениться. Я просила помочь с коллекторами.

— Помогу. Но при условии, что ты станешь моей женой.

— Зачем? Зачем тебе этот дурацкий брак? Мы же совсем не подходим друг другу, — я забросала Карима вопросами, надеясь услышать в ответ всё что угодно, но только не то, что последовало потом.

Мужские руки крутанули меня против часовой стрелки. Я не успела моргнуть глазом, как оказалось напротив Карима. Шумно втянув воздух, Карим устремил цепкий взгляд на овал моего лица, а затем резко обхватил ладонями мои скулы. Пробежался подушкой большого пальца по впадине на щеке, погладил линию подбородка, очертил контур губ.

— Очень подходим, душа моя.

— Душа? Твоя? Я не понимаю тебя, Карим.

— Не понимай, — улыбнулся Карим, скользя по моему телу вожделенным взглядом. — Главное — будь рядом. Выходи за меня замуж, девочка моя.

— Не хочу, — отрицательно мотнула головой, а сама уже тянулась к его губам, которые блуждали возле моего рта. — Я не люблю тебя.

— Полюбишь…

Глава 21

— Полюбишь… — крутилось в подкорке будто на повторе.

Полюблю? Зачем? Мне не нужен этот брак, не нужен Карим. Да мне вообще никто не нужен после отношений с Димой. Время — вот, пожалуй, что действительно нужно.

— Карим, я не… — шептали губы, когда ловкие руки мяли и ласкали мои ягодицы. — Я не хочу. Не надо, пожалуйста…

Я пыталась остановить Карима заняться со мной сексом, но ничего не получалось. Мужчина ещё больше заводился, стоило моим рукам касаться его груди. Против воли предательское тело согласно отзывалось на каждое действие. Когда большие ладони скользили по моей спине, когда жаркие губы царапали изгиб шеи, а затем прикусывали мочку уха — я сходила с ума, зарываясь лицом на мужском плече. Внизу живота сладко заныло, а в треугольнике между ног собралась первая влага. Карим нырнул в вырез халата и опустил руку на моё бедро. Подавив сопротивление в виде плотно сжатых ног, ловкие пальцы юркнули к влагалищу.

— Мм-м, — томно протянул мужчина, посасывая мою нижнюю губу. — А говорила, не хочешь.

Я даже не успела возразить, как клитору прижался большой палец. Мягко, но весьма настойчиво, он очертил контур заветной горошины, а затем проник внутрь дырочки. В голову ударил повышенный градус, а перед глазами появилась настоящая пелена. Отдаваясь порыву страсти, я широко развела ноги в сторону и позволила мужскому пальцу проникнуть ещё глубже. Карим таранил мою дырочку до тех пор, пока я не забилась в очевидном экстазе.

Колени коварно подгибались, а сердце учащённо билось. В какой-то момент мне показалось, что вот-вот и я достигну желанной кульминации, но почти перед самым финишем Карим неожиданно остановился. Вытащил из моего влагалища палец и, ухватившись рукой за подбородок, призвал поднять голову вверх.

— Иди в душ. Через двадцать минут жду обедать, — произнёс обыденным тоном, будто ничего и не было каких-то пару секунд назад.

— Душ? Обед?

Карим одобрительно кивнул головой и, сочтя диалог законченным, вышел из спальни, оставляя меня в одиночестве. Я смотрела на закрытую дверь, ничего не понимая. Что это было только что? Почему он передумал заниматься со мной сексом? Я же видела, как высоко вздымалась мужская грудь из-за тяжёлого дыхания. Чувствовала, как упирается в моё тело эрегированный член.

Растерянная и полная разочарования, я метнулась в ванную комнату. В спешке смыла с кожи влажные следы от поцелуев и последствия возбуждения между ног. Вернулась в спальню. Окинула удивлённым взглядом кровать и глупо улыбнулась. Женская одежда. Новая. С дорогими бирками и лейблами мировых брендов. Нормально так, только зачем? Меня вполне устраивали собственные джинсы и свитер. Но, судя по всему, они не очень устраивали одного взрослого мужчину, возомнившего себя хозяином моей жизни.

***

Карим сидел во главе стола, когда в столовую вошла Зарецкая. Стоило только поднять взгляд на женский силуэт, как у мужчины спёрло дыхание и сдавило в груди. Приталенное платье цвета спелого абрикоса просто идеально подошло его девочке. Симпатично обтянуло грудь, округлые бедра и стройный животик. Карим даже расслабил ворот гольфа и расстегнул все пуговицы, лишь бы стало легче дышать. Но дышать легче не стало. Отнюдь. Соблазнительный вырез на платье в районе декольте так и рисовал в его голове весьма пошлые картинки.

— Я не голодная, — с порога заявила Зарецкая, до последнего не решаясь сесть на свободный стул.

Карим удивлённо приподнял бровь и жестом руки указал на место рядом с собой.

— Я не хочу есть, — возразила девушка, продолжая оставаться на месте, будто приклеенная.

— Сядь, — рявкнул мужской голос.

Никто, естественно, не сел. Карим не выдержал. Криво ухмыльнулся и почесал подбородок, вспоминая слова матери. Да! Манеры у Зарецкой ещё те. Но… ничего. Перевоспитает.

— Люба, я дважды повторять не собираюсь. Если я сижу за столом и жду тебя целых двадцать минут, как думаешь, меня волнует, что ты не хочешь есть?

— Я не просила меня ждать.

— Если тебя что-то не устраивает, то на выход! Насильно заставлять не собираюсь, — Карим устремил взгляд в сторону двери и хитро сощурил глаза, ловя боковым зрением робкие шаги Зарецкой.

Люба сдалась. Шумно выдохнув, она подобрала подол своего длинного платья и не спеша подошла к столу. С психом отодвинула стул и громко плюхнулась на сиденье. Карим за малым не рявкнул, внутренне возмущаясь подобному поведению. Сжал вилку до беления костяшек пальцев, но промолчал, надеясь, что на этом спектакль закончится.

— Что с коллекторами? Ты закрыл вопрос? Карим! — воскликнула Люба на повышенной ноте.

— Я сейчас обедаю, Лю-ба.

— А я сейчас спрашиваю, Ка-рим!

У Карима задергался глаз, а на шее заиграла желвака. Твою мать! Она издевается над ним?

— Ты не ответишь? — продолжила Зарецкая, игнорируя пронзительный взгляд Карима.