Покоренный кланом (ЛП) - Сент-Джон Трейси - Страница 31

— Намного лучше. Все в порядке, мой имдико. Ты в порядке.

Дегорск знал, что ему нужно потребовать, чтобы Лидон освободил его от наручников. Ему нужно заставить нобэка уйти. Но почему-то он не мог заставить себя сказать что-нибудь такое, что лишило бы его утешения в объятиях Лидона.

Вместо этого он согласился:

— Черт возьми, я в порядке. Я не твой имдико. Я ничей имдико. — Он поморщился от резкой боли, вызванной этими словами.

Лидон продолжал смотреть ему в глаза, как будто мог загипнотизировать Дегорска, чтобы тот подчинился его желаниям.

— Ты мог бы стать моим. Я бы хотел, чтобы ты стал.

Черт бы его побрал. Дегорска вновь затрясло.

— Пирас никогда не возьмет меня в клан. — Капитан презирал его, да и Дегорск не был поклонником этого сыплющего оскорблениями драмока.

Что-то холодное скользнуло по лицу Лидона.

— Тогда я никогда не вступлю в клан с Пирасом.

Дегорск замер, увидев правду в глазах Лидона. Нобэк имел в виду именно это. Лидон предпочтет Дегорска своему давнему любовнику, с которым был более десяти лет.

Доктор знал, что Лидон был крайне серьезен, упорно его преследуя. Но отказаться от создания клана с мужчиной ранга и успеха Пираса? Ради кого-то вроде Дегорска? Имдико, которого больше никто не хотел?

Он уклонился от рассмотрения неизбежного вывода, что означала такая жертва. Вместо этого он поднял ещё один вопрос, который должен держать их врозь.

— Лидон, я не могу оставаться на эсминце. Не могу продолжать участвовать в это ужасном шоу о солдатах, умирающих вокруг меня, смотреть как они умирают такой страшной смертью. После сегодняшнего дня и всех старых ран, о которых он напомнил, я знаю, что у меня нет выбора, кроме как уйти в отставку.

Лидон погладил его по волосам.

— Мало кто умирает хорошо, Дегорск. Смерть не добра к большинству из нас, воюем мы или нет. Двое из моих родителей умерли бы в страшных муках от сгущающегося в крови вируса Гирмога, если бы мой отец-имдико не даровал им милосердную смерть, перерезав горло. До этого они сильно страдали, хотя и лежали в безопасности в своих постелях в своем доме на Калкоре.

Глаза Дегорска расширились, когда он услышал о трагедии Лидона.

— Мне очень жаль. Я не знал.

— По большей части жизнь не проходит как сладкий сон. Боль и страдания — это наш удел. Так мы живем до тех пор, пока жизнь не приобретает смысл.

Имдико понял, о чем говорит Лидон. Он тоже потерял одного родителя из-за болезни, а другого — в результате несчастного случая. Их смерть тоже не была мирной, они оба медлили, пока смерть, наконец, не предоставила свое освобождение. Тем не менее Дегорск не мог не думать, что оставаясь в армии, он только напрашивается на ещё худшие страдания.

— Когда дело доходит до битвы, за один раз умирает гораздо больше.

Лидон насмешливо склонил голову набок:

— Тогда почему ты всё ещё здесь? Почему не уволился после Делфи?

Дегорск вздохнул и уткнулся лбом в плечо нобэка.

— Я хотел продолжить службу в честь тех, кто должен был стать моим кланом. Надеялся, что это удержит их дух рядом со мной. Но всё, что я чувствую — это боль и страх, что снова потеряю того, кто мне дорог. Я больше не знаю, что мне делать.

— Когда ответы не приходят, найдите покой в своем сердце. Именно там вы найдете решения, которые ищете.

Дегорск нашел в себе силы улыбнуться:

— Еще одна замечательная цитата из Книги Жизни. Теперь мы можем потрахаться?

Лидон усмехнулся:

— Непременно.

Дегорск поднял лицо к Лидону, чтобы насладиться его поцелуем. Ощущение языка нобэка, поглаживающего его, заставило его уменьшившуюся эрекцию снова поднять голову. Пульсирующая горячая боль в его избитой заднице вернулась, усиливая возбуждение. У него действительно была мазохистская жилка нобэков, которая превращала боль в эротический элемент, когда им управлял правильный мужчина. Когда твердая рука Лидона сжала его ноющую задницу, Дегорск выгнулся от желания и боли. Он надеялся, что Лидон оставит его беспомощным в наручниках. Находясь во власти своего мучителя, он трепетал от желания.

Дегорск позволил себе поддаться восхитительному соблазну глубоких поцелуев Лидона и мучительно ощупывающих рук, когда зазвенел дверной звонок. Лидон оторвался от его губ. Имдико зарычал на закрытую дверь. Он определенно отсылал незваного гостя.

— Не обращай внимания, — прорычал он Лидону.

— Кого-то ждал?

Дегорск категорично покачал головой:

— Черт, нет. Забей.

Лидон приподнял бровь.

— Интересно, кто там?

Слишком знакомый голос раздался из коммуникатора:

— Транис. Лидон, это ты?

Лидон расчетливо смотрел на Дегорска, и имдико знал, что тот собирается делать. Он открыл рот, чтобы возразить, но было слишком поздно.

— Входи, — отозвался нобэк.

— Черт возьми, Лидон! — Дегорск рванулся в наручниках, удерживающих его в плену, пытаясь ударить.

В ответ на это Лидон только усмехнулся, когда дверь открылась и Транис уставился на них из проема.

Ужасно. Дегорск был подвешен в наручниках, голый и возбужденный. Ремень, которым воспользовался Лидон, лежал на полу на виду у всех.

Может ли всё стать ещё более унизительным?

Он хмуро посмотрел на ошеломленного первого помощника.

— Ну, не стой там, ожидая, когда все члены экипажа выйдут в коридор и увидят меня таким. Заходи и закрой эту чертову дверь.

Одна сторона рта Траниса приподнялась в плутоватой усмешке. Он вошел, и дверь, к счастью, закрылась прежде, чем кто-либо ещё успел посмотреть шоу. Транис стоял рядом с Лидоном, оглядывая Дегорска с головы до ног. Промежность его рабочего комбинезона чудесным образом раздулась.

Дегорск ещё больше нахмурился, несмотря на странное удовольствие быть выставленным напоказ перед двумя мужчинами. Его пах казался тяжелее, чем когда-либо, когда на него смотрели две пары глаз, глядя на него с откровенным желанием.

Транис облизнул губы.

— Я хотел проверить, как у тебя дела. Похоже, у тебя всё хорошо.

Дегорск почти зарычал, чтобы скрыть, как участился его пульс.

— Ну, как видишь, я подвешен, как преступник на допросе, моя задница только что была избита до крови нашим командующим вооружением. У меня всё замечательно. — В приступе гнева он обнажил клыки.