Лайк за любовь (СИ) - Черничная Алёна - Страница 53

— Страшно будет потом на фото смотреть, — пробурчала я, задвигав в ответ своими бедрами, нарочно задевая нескромно стоящее мужское достоинство через ткань.

Ладони Егора уже вызывающе касались моих ноющих сосков, а грудь тут же налилась приятной тяжестью.

— Бред. Ты охуительная, Кир, — хрипло прошептал он, продолжая настойчиво ласкать мое тело и опускать свои поцелуи все ниже по спине.

— Дай хоть посмотреть, что ты там наснимал, юный фотограф, — но я с трудом сдержала на своих губах стон, когда его пальцы нагло проскользнули под кружева трусиков.

— Все потом…

Одним резким движением Егор опрокинул меня на матрас, и я не успела даже пикнуть, как он сорвал мешавшее белье. Его жадный взгляд прошелся по моему телу, заставив меня заерзать бедрами на простынях, плавясь от желания.

Я безумно хотела его. Кажется, у меня совсем поехала крыша. Гормоны завладевали мной полностью, когда он был рядом, включая во мне все точки, которые отвечали за возбуждение.

— Не смотри на меня так… — процедил он, стягивая с себя боксеры.

— Как «так»? — срывающимся голосом зашептала я.

— Так дико. Или закончу, не успев начать.

Нависнув надо мной, он легко закинул мои ноги себе на бедра. Я тут же вцепилась пальцами в его крепкую шею, чувствуя, как напрягается каждая мышца на ней, когда мое тело податливо выгнулось, наполняясь дрожащим дыханием.

— А, может, мы остановимся не только на фото? — разноцветные глаза загорелись бесстыжим огнем.

— Надеюсь, ты сейчас шутишь? — я настороженно замерла под широкими плечами.

— Ну… просто…

Я изумленно похлопала ресницами, стараясь рассмотреть на лице парня хоть намек на шутку.

— Ты совсем обнаглел? Егор, еще слово, и твоя рука — твоя подруга. Ясно?

— Это была шутка, Кир, — усмехнулся он, приблизившись к моим губам, но глаза все еще игриво блестели.

Я дернулась от поцелуя, насупив брови:

— Серьезно. Я предупредила…

— Так у нас будет утренний секс или нет? — он двинул своими бедрами, напоминая моему телу, что мы все еще в недвусмысленной позе.

— Меньше болтай — больше делай, — я сжала ноги над его ягодицами, притягивая мужское тело как можно ближе.

— Намек понял… — Егор протяжно застонал, вдавливая меня в простыни.

Все-таки пытаться приготовить что-то на чужой территории — это не самая простая затея. Я уже минут десять отчаянно искала пресс для чеснока в доме Королевых, обыскивая каждый ящик в кухне. Какие только невиданные столовые приборы и инопланетные агрегаты не попадались мне под руку, но все не то что нужно.

— Этот дом напичкан до отвала современной техникой, а простой чеснокодавилки — нет, — недовольно пробормотала я, задвигая очередной ящик.

— А зачем она тебе нужна? — Любимый бархатный тембр заставил меня подпрыгнуть на месте.

— Господи! — я буквально схватилась за сердце.

— Нет, всего лишь Егор, — улыбнулся он, подпирая голым плечом дверной косяк. — А ты чего здесь? — Разноцветные глаза выискивающее осматривали кухню и тут же широко распахнулись, заметив скромно стоящее блюдо на столе. — Серьёзно? Запеканка из кабачков? — Огромное пространство кухни заполнилось раскатистым мужским смехом. — Кира!

Я нахмурила лоб и обидчиво скрестила руки на груди, смотря, как трясется от смеха широкоплечий силуэт.

— Вообще-то, что было в холодильнике, из того и готовила. Так что вот тебе прекрасное грузинское блюдо — жричедали.

Егор, продолжая смеяться, закатил глаза и направился ко мне:

— Да я же не против. Просто не стоило. Я планировал заказать еды, — он окольцевал меня своими сильными ручищами и прижался голым торсом. — Не думал, что ты сбежишь от меня на кухню. Проснулся, а тебя нет…

Я попыталась продержать свое серьёзное лицо еще хотя бы пару секунд, но невозможно устоять против этих разноцветных глаз, сильного тела и наркотического аромата кожи. Даже заспанный, со взъерошенными волосами и просто в домашних спортивных штанах Егор заставлял мой разум плыть.

— Ты спал, а мне валяться целыми днями в постели уже невыносимо, да еще только восемь вечера. Поэтому и решила, немного похозяйничать на кухне, — пробурчала я, укладывая свои ладошки ему на грудь.

— Моя Золушка, — он легко подхватил меня за бедра и усадил на кухонный стол. — Я тронут. — Его пальцы коснулись изгиба моей открытой шеи, едва дотрагиваясь до нее. — С ума схожу, когда ты собираешь свои волосы вот так в пучок. Меня это заводит. Меня все в тебе заводит… И даже это смешное платье в цветочек.

Притянув к себе за затылок, он накрыл мои губы глубоким поцелуем, дразня языком в плавном ритме. Чувствуя, что опять начинаю распаляться под его натиском, я с трудом оторвалась от него, стукнув пару раз кулаком по плечу:

— Остановись, маньяк. Я и так сегодня днем на дрожащих ногах домой заявилась.

— Кстати, как дела там? Бабушка сильно возмущалась, что ты опять у меня сегодня? Она не заметила твой апгрейд? — Его взгляд покосился под мою левую грудь.

— Ну-у, — протянула я, поджав губы и водя пальчиком по очертанию бицепса, — я ее не видела. Бабушки не было дома. Сегодня пятница, и она уехала в город по своим огородным делам. Я быстро разобралась с домашними заданиями и бегом к тебе. Надо бы, конечно, позвонить ей…

— А-а-а, — вдруг простонал Егор, — блять, сегодня же пятница. Я забыл…

— И что?

— Кир, посидишь пару часиков сама?

— Где?

— Здесь, где же еще…

— Не поняла… — напряглась я, отодвигаясь от него.

— Мне нужно кое-куда отъехать, — пояснил он, виновато поморщившись.

Я молча уставилась на Егора, ожидая, что мне сейчас продолжат объяснять куда он собрался ехать на ночь глядя, так еще и без меня. Но нет — в кухне повисла тишина.

— И куда ты едешь? — не выдержала я. — Почему я должна остаться дома? — мой внутренний штиль потихоньку менялся на начинающийся шторм.

— Кир, это всего несколько часов. Скачаешь фильм и…

— Почему я не могу поехать с тобой? — тихо спросила я, стараясь не выдать предательскую дрожь в голосе.

Мне это не нравилось. Я не хотела оставаться дома, не зная, куда он едет и зачем. Егор взял мое лицо в свои ладони и ласково погладил большими пальцами контуры моих скул. Его глаза смотрели уговаривающим взглядом, но мне и это не нравилось.

— Моя, я просто обещал быть сегодня вечером у друга на работе.

— А где друг работает?

Егор терпеливо набрал в легкие воздух:

— В клубе…

— Ясно, — резко дернувшись, я смахнула его пальцы с лица, ощущая, как под ребрами начинает дергать уже знакомое жгучее чувство. — В клубе, говоришь? Твоего друга случайно не Беллой зовут?

В разноцветных глазах мигом вспыхнул холодный блеск:

— Кира… — такой любимый голос прозвучал весьма недружелюбно, больно зацепив меня где-то изнутри. — Я не собираюсь оправдываться.

— Да пошел ты… — я с такой силой оттолкнула от себя Егора, что тот пошатнулся на месте, ошалело хлопая глазами.

Точнее это была не я. А мерзопакостно ядовитое чувство ревности, что наполнило каждый сантиметр моего тела. Спрыгнув со стола, я рванула из кухни на ватных ногах, но сразу же была поймана за руку.

— Стоять, — рявкнул он, сжимая своей лапищей мое запястье и резко дергая меня к себе. — Угомони ревность.

— А то что? — я вызывающе впилась взглядом в его лицо, на котором уже заходили желваки.

— А то мне не смешно, — процедил Егор сквозь зубы, бегло скользя взглядом по моему лицу.

— Я похожа на клоуна?

— На ревностную истеричку ты похожа.

Я открыла и закрыла рот, чувствуя, что ничего не могу произнести ему в ответ, так как мои легкие сжались в липкий комок. Мне было непонятно, где больнее: в груди, от сдавливающего ощущения обиды, или от следов на запястье, которое крепко держали похолодевшие пальцы.

— Отпусти… — прошептала я, понимая, что еще секунда и разревусь, как дура.

Егор осободил мои руки, но продолжал смотреть на меня ледяным взглядом: