Лайк за любовь (СИ) - Черничная Алёна - Страница 3

— Если человек заинтересуется лишь тем, что я напридумываю о себе, то потом он все равно разочаруется. Это фальшь — вот и все. Ведь проще применить фильтр к своей жизни на снимке, сделать воодушевляющую подпись, чем оторваться от телефона и заняться действительно хорошим делом. Все через одного блогеры, помешанные на лайках… — я выдохнула, закончив свое объяснение, и уставилась на Егора, ожидая его реакции.

Он стоял, покусывая нижнюю губу. Из-за очков я не видела его взгляд, но чувствовала, что блондин смотрит на меня в упор.

— То есть ты яростная противница всех, кто сидит в сети? — опять задал вопрос Егор.

Я закатила глаза, чувствуя, что начинаю потихоньку закипать от его дотошных расспросов.

— Нет, я не против тех, кто пользуется инстаграм или еще чем-то. Мне просто это не нужно.

— А как ты общаешься с друзьями? По голубиной почте? — голос парня прозвучал чуть ли не с издевкой.

— Нет. Посылаем друг другу гонца. И если он с плохой вестью, то отрубаем ему голову, — его вопросы уже начинали конкретно раздражать.

— Ха-ха, — Егор скривил губы в усмешке.

— Какие вопросы — такие и ответы, — огрызнулась я.

Егор вдруг снял очки и тут же впился в меня взглядом своих разноцветных глаз, слегка прищурив их. Все-таки эта его особенность смотрелась очень странно. Не прекращая затягивать в омут необычных глаз, он вдруг приблизился на шаг ко мне. Теперь мы стояли всего в паре сантиметрах друг от друга, а от ауры древесно-морского аромата защекотало в животе.

«Интересно, что у него за парфюм? И почему мне так вкусно пахнет?», — не удержалась я от своих же мыслей.

— Почему ты думаешь, что те, кто активно ведут личную страницу в интернете, обязательно лгут о своей жизни? — Егор смотрел, не моргая, а я почему-то уже сама не могла оторвать от него взгляд.

— Потому что человеку, который самодостаточен, нет необходимости ничего и никому демонстрировать. Мне не нужна подпитка в виде сердечек под фото, — я показательно помахала своим телефоном перед его носом.

— Ты в каком лохматом году его купила? — Егор вдруг кивнул на мой сотовый, с интересом проследив за его движением впереди своего лица.

— А что не так? — Этот парень начинал меня уже подбешивать.

— А ну-ка! Сейчас мы проверим, как ты не сидишь в инстаграм, — разноцветные глаза хитро сверкнули, а пальцы ловко выхватили телефон из моих рук.

На секунду я ошалело зависла, наблюдая, как резво и нагло он разблокировал экран мобильного.

— Эй, ты совсем? Отдай, — я резко кинулась на Егора, пытаясь забрать обратно то, что принадлежало мне.

Но он, даже не пошатнувшись, обхватил меня и притянул к себе спиной. Теперь я барахталась ногами в воздухе, прижатая к мужской груди, а ему, что слону дробина. Егор стоял как вкопанный, одной рукой держа меня, второй исследуя мой телефон.

— Хм, ни инсты, ни «ВКонтакте» и даже одноклассников нет. И селфи тоже почти нет, — его голос звучал немного разочарованно.

— Ты еще и в фотографии мои залез? — я с силой замахнулась ногой и попала Егору по коленке.

— Ай! — он мгновенно ослабил свою хватку.

Я тут же выскользнула из крепких рук, но одно неловкое движение, и Егор выронил мобильный прямо на каменную дорожку. На секунду я замерла, ошарашенно смотря на телефон, лежащий на земле, под которым уже виднелись мелкие осколки. Осторожно подняв его, мне ничего не оставалось, как протяжно простонать:

— Охренеть!

Экран был полностью покрыт мелкими трещинами.

— Прости, случайно выронил, — для виновника произошедшего Егор как-то слишком спокойно развел руками.

Я закрыла глаза и набрала в грудь воздуха, пытаясь не стукнуть его по золотоволосой макушке.

— Засунь свои извинения, знаешь в какое место? Откуда ты взялся на мою голову? — расстроенно прошептала я, едва сдерживая слезы. Меня уже начинало трясти.

Все и так было понятно: передо мной избалованный придурок. Положив разбитый телефон в карман, я развернулась и быстро направилась прочь от парня. Обида жгучим облаком застилала грудь.

— Ты сама меня толкнула… — его детская отмазка прозвучала ужасно нелепо, но мои ноги лишь быстрее зашагали в сторону бабушкиного дома. — Кир, ты куда? — раздалось за моей спиной. — А кабачки?

Абсолютно спонтанный импульс заставил меня резко обернуться и без зазрения совести показать средний палец. Егор округлил странные глаза, но я тут же отвернулась, ускоряя шаг, понимая, что если и разревусь, то только не перед ним.

Вечером за ужином бабуля принялась расспрашивать меня о походе к Ангелине Семеновне и о ее новом доме.

— Ба, да что рассказывать? Пройдись и посмотри, — вяло пыталась отмазаться я от допроса.

— Я пока соберусь… А невестка у Семеновны еще та мадам. Все по-модному должно быть. Как они теперь на одной территории жить будут — даже не знаю.

— А кто это «они»? И эти «они» будут жить здесь круглый год?

— Они — это сын Ангелины Семеновны, его жена Лиза, Егор и Даша. Решили переехать за Королевой присматривать. Старушке седьмой десяток, как-никак… Кстати, Егор сейчас здесь. Не познакомились еще?

— Познакомились, — буркнула я, гипнотизируя взглядом чай в кружке.

— И как он тебе? — поинтересовалась бабуля, даже не заметив моего недовольства. — Я видела его пару раз. Вроде приятный мальчик.

— Угу. Очень приятный, хороший, мерзкий тип, — едва слышно произнесла я.

— Кир, а почему второй коробок с кабачками остался у нас? Я Ангелине Семеновне два обещала, — бабушка с укором покачала головой, глянув на меня.

— Не знаю. Её внук должен прийти за вторым, но, видимо, планы поменялись, — как можно спокойнее увильнула я от ответа.

— Ясно. Значит, потом наберу Ангелину. А ты чего такая хмурая?

— Телефон разбила, — угрюмо шмыгнула я носом, размешивая ложкой чай.

— Как?

— Уронила, — мне не хотелось говорить про выходку внука Семеновны. Правило сарафанного радио никто не отменял, а я бы осталась стукачкой. Да и не было желания связываться с заносчивым внучком. — Завтра поеду отвозить в ремонт, — грустно вздохнула я, допивая чай.

— Точно все нормально? — бабушка облокотилась на спинку стула, подозрительно смерив меня взглядом серых глаз.

— Да-да, — нетерпеливо затараторила я, поднимаясь из-за стола. — Иди, бабуль. Посуда сегодня за мной.

Спровадив ее к себе, я быстро прибралась на кухне и поднялась на второй этаж в свои скромные апартаменты. Наш с бабушкой домик сам по себе был очень невзрачен, но в нем всегда царила чистота и тишина. Гостиная, кухня, комната бабушки и ванная располагались на первом этаже. Бабулина любовь к минимализму и ко всем кофейным оттенкам была видна невооруженным глазом. Светлые бежевые стены в едва заметную рябь играли на контрасте с мебелью глубокого цвета пережаренного кофе без какого-либо намека на декор или другие яркие тона. Итак в каждой комнате всего первого этажа. Я не решалась сказать бабуле честно, что стилем и современной модой здесь и не пахнет, но все же отвоевала возможность переделать свою пространство так, как хотелось этого мне.

Поэтому моя комната стала единственным оплотом других цветов. Тёмно-серые однотонные стены отлично дополняли белоснежную мебель: небольшое, но очень уютное спальное место, где насыпью расположились декоративные ярко-желтые подушки, парочка шкафчиков, старенький стол, видавший молодость моей бабули, но я сама же перекрасила его в белый, и полупустые полки с книгами над изголовьем кровати. И все это было приправлено приятным бонусом — личной ванной комнатой, которую бабуля так и не разрешила сделать более современной. Поэтому принимая душ перед сном, я гипнотизировала скучную плитку кофейного цвета, и в расстроенных чувствах прокручивала в голове дурацкий сценарий сегодняшнего дня. Задевало не только то, что у меня теперь нет телефона, а еще и реакция Егора: виноватым он себя не считал.

Я так и провела весь вечер, копаясь в своих чувствах обиды и раздражения на нового знакомого. Даже мягкая и комфортная кроватка не избавила меня от этих мыслей. И совершенно не заметила, как, думая о нем, провалилась в сон.