Под знаменем черной птицы. Книга 2 (СИ) - Труфанова Елена Александровна - Страница 49

— Я не тварь, ясно?

Айвен

"И умею разговаривать, а не только махать разводным ключом" — это не прозвучало, но, кажется, котенок ее понял.

Он кивнул и помог слезть с его колен. Хотя Айвен и не хотелось. Странная, болезненная, разрушительная зависимость от его общества, прикосновений, слов росла с каждой минутой, что они проводили вместе. И злость не спасала.

Да, внутри все рокотало от негодования и желания врезать ему снова. Изо всех сил. Чтобы просто выместить свое разочарование от его слов, сказанных перед Советом. Но когда котенок нес бред про стол и ноги на плечах, Айвен чувствовала, что не против. И обниматься с ним не против. Наваждение, проклятие, неизвестная магия, от которой нужно избавится, но чуть позже.

— Я видела отчёты агентов Марка, — она все же смогла отлепиться от Нерона и села на другой стул. — Поэтому поделюсь с вами кое-какой технологией. Это не оружие, простые энергетические купола, но от атаки с воздуха они защитят.

Он молчал и смотрел на нее. Даже любимая тема с оружием не взбудоражила. Что такое? Удар по голове вышел слишком сильным?

— Здесь, — Айвен вытащила из тени ещё несколько листов, — уменьшенные схемы. Если расскажешь больше деталей о предполагаемом противнике, возможно, поделюсь чем-то ещё.

— Пообещай, что останешься здесь — и можешь вдоволь порыться в моей голове. Но там сейчас словно в тетради озабоченного студента: мало полезного, много сисек. Да, их тема раскрыта наиболее полно. И я заранее согласен на любые условия, на которых ты останешься. Не будь дурой, не возвращайся в тюрьму. Даже Крея можешь сюда приводить, если так с ним хорошо.

Ревнует? Айвен чуть склонила голову и улыбнулась котенку.

— В моих условиях будет наиболее полное раскрытие темы разводного ключа, хлыста и хвоста. До сих пор не интересно, как тот крепится?

— Если не на болт к позвоночнику — то, пожалуй, мне все равно.

— На жалость не дави, это не сработает.

— Да? Тогда и болты не так страшны. Это, так скажем, будет не самый неприятный момент в моей жизни.

Он подмигнул, затем подошёл к столу и лег на него. Скрестил руки на груди, закрыл глаза и выдохнул:

— Только не растягивай удовольствие.

Айвен поколебалась секунду, придвинулась к нему и положила пальцы на голову котенка. Но это означало, что она согласна остаться. А Айвен пока не была уверена. Крея и Марка она могла обхитрить, а с Нероном такой номер не пройдет. И кто знает, чем обернется такое согласие: спасением или капканом?

— Помоги расстегнуть ошейник.

Котенок сразу же сел и свесил ноги с края стола. Затем развернул Айвен спиной к себе и убрал волосы с ее шеи. От его прикосновения по телу разлилась волна жара, от которой во рту пересохло и исчезла вся злость. Пуская и временно: так просто прощать предательство котенка она не собиралась.

— Твой кабинет тоже прослушивают? — Айвен облизала губы и чуть дернулась. И дальше спокойно терпеть пальцы Нерона на своей шее, его частое дыхание и близость было выше ее сил.

— Возможно. Официально я не давал согласия, но Вальтер такая скотина, что мог установить тайком, ради блага государства и все такое. Да не трясись так, мне же еще сложнее. И так одна рука не слушается.

— Ты нарочно возишься, да? Пара движений отмычкой и замок снят, я бы и сама могла, но носитель не может открыть замок.

— Да-а, мне просто нравится пыхтеть тебе в затылок…

Замок щелкнул, и ошейник полетел на пол, но Айвен все не могла заставить себя отойти. Нерон бессовестно и щекотно поцеловал ее в основание шеи, провел языком по шее и потом заставил развернуться так, чтобы проще было добраться до губ. В этот раз он целовал медленнее и нежнее, будто боялся спугнуть. Айвен позволила ему на целую минуту растянуть это безобразие, затем резко влезла в его память.

На первом слое действительно царила страсть, тяга, такая же болезненная и тяготившая Нерона, как и у Айвен. Но кроме того там была и нежность, почти физическая боль от заживших царапин на ее коже, как следов прошлых издевательств, желание позаботиться и спрятать, а еще восхищение, всей “его Вэн” целиком и каждой частью по отдельности. Смотреть на себя чужими глазами оказалось донельзя странным занятием, и от подсмотренных здесь чувств становилось не по себе, поэтому Айвен перешла на другой слой. Но котенок сам подбросил ей видения множества космических кораблей, атаковавших Аврору, затем Атрокс. Они буквально топили миры в огне, и самое неприятное, Айвен не узнавала ни их типы, ни опознавательные знаки.

Она разорвала их контакт и погладила котенка по щеке, затем поймала его губы своими. Поговорить можно чуть-чуть позже. По крайней мере теперь она знает, отчего мерцают звезды. И, как бы сильна ни была ее обида, но кроме Нерона никто не сможет защитить эти планеты. А что страшнее — и не захочет. Поэтому остаться с ним, хотя бы на эти три дня — самое верное решение.

Котенок целовал ее, ласкал, и будто бы не замечал произошедшего. Его руки скользили везде, стаскивая, разрывая или задирая одежду. Через несколько минут они вернулись к тому, с чего начали: уже Айвен сидела на столе, а Нерон нависал сверху. Мешала только одежда, или уже не мешала?

— Не испугаешься? — Айвен с трудом оторвалась от его губ и посмотрела в глаза. Темные, почти безумные и абсолютно не похожие на те, что бывают у примов или альтеров. Нерон мотнул головой и притянул ее за затылок для нового поцелуя. Айвен же применила простенькое заклинание, от которого одежда сгорела, но жар не коснулся кожи. Котенок зарычал на нее, намекая о своей давних и сложных отношениях с огнем, но не отстранился и поцеловал еще жаднее. А после рывком подтащил к краю стола и также вошел, выбив первый стон. Да, она помнила о прослушке, но после той записи уже и не особенно страшно. И всем когда-то нужно отдыхать и расслабляться.

Нерон сдержал свое обещание, и ее ноги побывали во всех обозначенных местах, и это каждый раз дарило новые ощущения, как и то, что сейчас котенок не щадил ее и не сдерживался, отдаваясь страсти целиком. Но каждую секунду следил за состоянием Айвен и ее реакцией, и при малейшем недовольстве сразу же менял тактику.

После спросил: “Вместе?”, дождался ее кивка, и все словно бы исчезло. Айвен буквально утонула в удовольствии, таком сильном, ярком, честном, что ли, и неосознанно начала переливать в котенка энергию. Так делали примы: делились своей силой и забирали чужую, придумка Создателей, чтобы немного подравнивать уровень владения магией у разных людей.

Ее сила текла и текла, но в ответ пришло немного, такой не утолить возникшую жажду. Айвен неосознанно потянула еще, на ее пути будто бы попалась преграда, но она рухнула от легкого толчка, вызвав после себя целую лавину. Чужая энергия, холодная, колкая, непослушная обрушилась на нее и вмиг заполнила оболочку, затем растянула ее, как пузырь, заставила порваться и наполнила снова, но уже до другого края.

— Остановись, — чужой голос отрезвил ее.

Айвен стояла посреди того самого поля, где совершила свой последний подвиг, сжимала в руках посох и смотрела на темного человека-птицу. Он приветственно кивнул и поманил ее за собой. Стоило сделать шаг, как они оказались посреди Авроры, в руинах Прималюса. Кто-то затопил город вместе с жителями, а после поднял на поверхность. Айвен зажала рот руками и отступила. Такое могла сделать только она. И она думала об этом. В момент, когда котенок отвернулся, а на шее защелкнулся ошейник.

— Нет, — Айвен потрясла головой. — Этого не будет.

— Один из вариантов, — ответил Уводящий. — Есть и другие. Выбирать тебе. В этом вся прелесть, да?

Он исчез, а Айвен смогла открыть глаза. Она лежала все на том же столе, а Нерон, полностью одетый, нависал сверху.

— Ты только что лишила Кейташи отличной шутки о том, что я кого угодно затрахаю до смерти.

— Не хочу обижать, — Айвен села и взяла стопку лежашей рядом одежды, — но эти полчаса любой сможет перетерпеть. Где обещанные три?