Под знаменем черной птицы. Книга 2 (СИ) - Труфанова Елена Александровна - Страница 35

— Я настолько запуталась в твоем враньё, что просто не могу хоть в чем-то довериться. Что ни день, то новые открытия. Сила Приводящего В Свет, любовница, давнее знакомство с Креем. Что ещё?

“Любовница”? Об этом она зачем упомянула? Никаких отношений между ними нет, кот может спать, с кем хочет. И запах на нем до сих пор только тот, который оставила Айвен. Подделка? Или подделка та, другая связь?

Нерон пожал плечами, словно все это неотъемлемая часть реальности и его жизни. И ни слова в свое оправдание.

— Многое из названного — часть государственной тайны, не особенно хочу делиться ею с потенциальным противником.

— Поделись, чем можешь. Без тайн Атрокса. Покажи воспоминания о обретении силы Уводящего, о побеге, о моих сородичах. Покажи насколько доверяешь и заинтересован в сотрудничестве.

Айвен смотрела на него в упор и не видела больше котенка. Абсолютно чужой человек, холодный и сдержанный. Такому бесполезно давить на чувства, нельзя верить, можно только торговаться. А предложить ей было что. Но это вариант на крайний случай, если с аврорскими правителями не заладится, пока что нет никакого желания иметь дело с очередным манипулятором, который давил на ее чувства, рассказывая о любви.

— Здесь, — он постучал себя по виску, — не только мои секреты. А ты не тот человек, который готов их принять. Поэтому, либо доверяешь мне, как партнеру, либо выпутывайся из проблем сама. Я уже устал уговаривать и бегать за тобой.

Он все также держал дистанцию, не делая попыток подойти, просто протянул ладонь, как для рукопожатия. Айвен покачала головой и первой вышла из туалета.

— И все равно бы отлупил, — шепнул он на ухо уже в дверях.

Ответить она уже не успела, но чувства скрывать не стала, в надежде, что кот считает из все. Особенно реакцию на “отлупил бы”. Гвардейцы окружили их почти сразу, такие же нарочито плохо замаскированные, как и сам кот, но опасные ничуть не меньше агентов визумария или протекторов. Нерон прав, за его плечами есть реальная сила. И власть. А у Айвен только несколько дронов и надежда, что к ее словам прислушаются. Но на крайний случай осталось ещё кое-что из дамских штучек.

Марк

Кот, Блудница, Крей — все будто сговорились, чтобы окончательно свести с ума Марка. Лорд-протектор лечился так интенсивно, что спал без малого двое суток, бросив весь сектор на своих заместителей и главу визумария. И это в такой ответственный момент, когда Безумный требует полисы восточного сектора, а его ненормальная баба притащилась выступать перед Советом. Марк прикидывал, какие из улик та могла собрать, но не вспомнил ничего опасного. Не предъявит же она обвинения на основе облизанных досок?

Ответить прямо Блудница отказалась, а после мастерски избегала общения, перемещаясь по огромной ложе, забитой просителями и журналистами всех мастей. Марк махал ей, улыбался, подзывал к себе, леди же будто играла с ним, держась на виду, но не позволяя приблизиться. Отдать приказ о ее поимке — опасно, не хватало ещё спалить северный дворец Совета небесными молниями. Но всегда оставался другой человек, осведомлённый обо всем и обо всех.

Марк выбрался из гостевой ложи и проскользнул в дипломатическую ложу Атрокса. Кот наигрался в двойников и перед подписанием договора лично занял место великого князя. Поэтому, чтобы приблизиться к правящей персоне пришлось трижды пройти проверку у его гвардейцев и одну — лично у Кейташи. Тот не говорил и не притронулся, просто стоял и таращился минуты полторы, пока Марк не покрылся испариной от волнения. Только потом князь двуликих сделал шаг в сторону, пропуская главу визумария к правителю. Кот с любопытством разглядывал листы договора, наверняка прикидывал, где подрисовать очередную срамную картинку. Рядом с Безумным сидел незнакомый здоровенный парень. Абсолютно лысый, загорелый до бронзового цвета и нахмуренный так сильно, что напомнил Кейташи в момент, когда кто-то критикует очередной его стих. На плечах его поблескивал плащ из перламутровой чешуи, несуразный и распространяющий запах океана.

— Ты все хорошеешь, — кот неопределенно взмахнул рукой, намекая на прическу Марка. Волосы выросли ещё больше, торчали вокруг головы настоящей гривой, а подстричь их коротко нельзя по условиям спора. Заплетать же косы или собирать в хвост Марк так и не научился.

— Твоими стараниями. Ты тоже красавчик, — он указал на расшитый камзол и пышный узел на шейном платке. Безумному шло, впрочем, как и любая другая надетая несуразица.

— Я же законодатель моды, само олицетворение стиля, приходится соответствовать. В прошлый официальный визит надел строгий темный костюм, теперь здесь все такие скучные.

Он обвел взглядом зал, намекая на стройные ряды серых и темно-зеленых костюмов-троек. Даже женщины носили подобное, но с юбками. Что там, Оливия лично заказывала себе платье “правильного” цвета и фасона. Но сегодня надела другое, более торжественное. И с открытой спиной.

— Куда уж нам без тебя, пропадем уж.

— Точно, — согласился князь, затем расставил подписи в правильных местах и отдал экземпляр Кейташи. — Проследи, чтобы все подписали сейчас, дальше здесь станет неспокойно.

— Да? — Марк повернулся к Безумному, но смутить того ещё сложнее, чем его ненормальную леди. — Не хочешь поделиться информацией?

— Зачем проговаривать то, что и так всем известно? И не отвлекай, мне ещё нужно подготовиться к речи по случаю присоединения новых территорий. Четырнадцатое княжество — это серьезно.

— Временно взятые в аренду полисы! И утихомирил бы свою бабу, раз мы здесь все всё знаем.

На трибуне как раз заканчивал свою речь председатель Совета, ещё немного — и он тоже подпишет договор и передаст слово коту. Исторический момент, для обоих государств. Но Марка это не волновало. Не сейчас, когда голова забита изменами Оливии и тем, что северный сектор может сменить лорда-протектора. Вероятно, это даже и к лучшему: Крей давно стал неуправляем и чересчур зациклился на короне императора.

— Ты так много сил потратил на то, чтобы нас рассорить. Теперь можешь считать Айвен своей бабой. А я и так много времени трачу на твоих баб, — он встал, поправил корону и хлопнул Марка по плечу. — Хотя признай, я на них неплохо влияю.

Оливия, будто бы услышав часть их диалога, чуть приподнялась на своем месте, поймала взгляд Марка и будто невзначай провела пальцами по губам.

— Впрочем, если перестанешь справляться, я заберу себе обеих. Подумай над этим.

Безумный повернулся к Марку спиной, так и не дав возможности ответить.

Пугающее слово “обеих” шумело в голове до самого момента выхода из ложи, пульсировало, раз за разом возвращалось эхом и больно било по сердцу. Вот так просто? Взял и признался? Марк бы не смог. Не хватило бы смелости. Куда уж ему уж… Здесь бы до своего места доползти, отдать Ори распоряжение подготовить все к смене лорда-протектора и упасть в кресло, утонуть в мягкости его обивки и забыть, забыть все произошедшее в последние дни.

Кто-то из подчинённых принес чашку чая и вазу со сладостями. Марк рассеянно взял крохотное, не больше монеты пирожное и отправил в рот. На собраниях Совета алкоголь не подавали, только чай и соки. И орехов не подавали тоже. Зажравшиеся снобы, что б им всем отправиться на дно океанское!

Кот вдохновенно вещал что-то о дружбе народов, заняв место на трибуне. Враньё, конечно, зато коротко. Безумный никогда не злоупотреблял вниманием публики. Единственная положительная черта, можно сказать.

Обеих он заберёт, щупальца ему в зад. Да пусть попробует! Марк оглянулся по сторонам и вытащил из кармана орешки. В высшем свете такое не употребляли, считали дурным тоном, едой нищих эрандо. Ну уж и ничего страшного! Марк-то знал, кто из этих снобов и как часто употребляет слабые наркотики в специальных залах. А кто и не стесняется посетить Атрокс и оторваться там в особых, закрытых городках. Не этим людям упрекать его за орешки!