Терминатор 1965 (СИ) - Осадчий Алексей - Страница 107

–  Саня, что это сегодня было?

–  Отмудохал трёх жуликов, делов-то.

–  Не свисти, как будто не знаешь про Семёновых. Они город держат, они и законник Карат. Только похоже, Карат у их папашки на посылках. Говорят старший Семёнов типа законник над законниками.

–  Чего? Серый кардинал что ли?

–  Кто знает их титулы, может и кардинал воровской. Зря смеёшься, Воскресенск город зековский, хоть и звонят с трибун высоких про комсомол и науку, воров бывших хватает.

–  И что?

–  А то, подрежут в автобусе, или в очереди где. Подпишут на мокрое проигравшегося авторитета. Запросто такие темы проходят, сам поди в курсе.

–  В курсе, в курсе, только твой тут какой интерес? Чего ради залётного просвещаешь, против своих идёшь?

–  Какие они свои, – зло огрызнулся Макс, – ногу мне не на льду повредили, эти же твари и поломали, когда попытался к Лере клинья подбить.

–  О как.

–  Да, сибиряк, так. Забирай девчонку, увози подальше. Тут ни ей, ни тебе жизни не будет.

Не врёт Максим, искренне желает удачи более счастливому сопернику. Хотя, с чего это счастливому? С Валерией ограничивался короткими взаимными приветствиями или вот на хоккей приглашал безрезультатно. Нет, девушке приятно внимание, но до увезти в Сибирь или на край света, что равнозначно, в принципе, ой как далеко…

Итак, Александр Владимирович, отставить сопли и прочие мерехлюндии, вперёд, в атаку! Перехватил Валерию у подъезда, чтоб меньше глаз посторонних, не дай господь случится, что с девчонкой.

–  Вечер добрый, Валерия Тимофеевна.

–  Ой, Саша, вы? Напугали.

–  Напугать не хотел, вина хотел выпить в приятной компани. Хорошего, грузинского, – и две бутылки «Саперави» аки фокусник продемонстрировал.

–  Ой, вино. Я как-то не готова. И на работу завтра.

–  Есть и конфеты.

–  Какая большая коробка.

–  В гости приглашай, – и с трудом, нервно и фальшиво улыбаюсь, словно юнец первоходок.

Вот это оборот! Так глядишь, если до главного дойдёт «сгорят» все «предохранители» и уничтожится, гигнется «Слияние и контроль», останусь влюблённым и умудрённым, но без палочки-выручалочки, практически вечным сверхчеловеком делающей. Может схожие случаи в легендах и сказках как раз и описаны многократно, когда боги или там богини с полубогами влюблялись в простых смертных и утрачивали волшебные способности. Но иду, послушно иду вслед за хозяйкой, протискиваясь по тесному коридору «однушки барачного типа». М-да, похоже с таким настроем романтики шли менять жизнь за ночь любви с Клеопатрой. Как там у старика Пушкина про царицу легендарную:

Ну «ложе» то у Валерии самое обычное – узенький диванчик, пока хозяйка суетится на кухне, эдаким дурнем-пионером изучаю книжную полку. Литература про большей части педагогическая и стандартный набор советских классиков.

–  Саша, а у меня штопора нет.

–  Беда…

–  Правда? А что делать?

Хорошо в 1969 году с карандашами нет проблем. Нет, в принципе то могу и мизинцем пробку протолкнуть, но не эстетично, особенно на первом свидании. Барышня волнуется гораздо больше, но замечая «нерв» кавалера тихо радуется: волнение это хорошо, значит не расчётливый ловелас, значит всё серьёзно. Ого, это «Слияние» подсказку даёт, считывая эмоции Валерии, таки не пропала чудо-программа в мозг внедрённая, помогает хозяину!

–  Лерочка, солнышко, ты так хороша, прости, не могу удержаться!

–  Саша нет, не надо! Я не такая! Отпусти, пожалуйста!

Как сумел отскочить, не зайти дальше, сам не знаю. От души набулькал в бокалы, до краёв, чтоб с переливом.

–  Прости, прости, пожалуйста. Давай за наше знакомство!

–  Давай!

Девчонка левой рукой прикрывает кофточку, похоже пуговку верхнюю я того, оборвал в порыве страсти. Сама дышит тяжело, глаза огромнющие, бездонные…

–  Держи конфеты. Чёрт, в куртке же апельсины, совсем забыл!

Пока ходил за заморскими фруктами, пришёл в себя, дал команду «дружку» успокоиться. Не хватало на первом свидании девушку это самое, оскорбить-опорочить, как шалаву распутную. Тут так не принято. А то, что с обнимашками полез, то далее хорошо, показал – не безразлична, но ценю и уважаю, усмиряю похоть.

Да-с, Александр Владимирович, не сегодня так завтра-послезавтра, максимум неделя и меж вами и Валерией как там, в дамских романах пишут, «произойдёт непоправимое». И следует серьёзно к сему отнестись. Прежних женщин бросал без раздумий, будь то Светлана, Ольга, та же Анечка дважды брошенкой оказалась… А тут не смогу, не сумею расстаться. Значит – становлюсь на порядок уязвимее…

Ёпрст? Когда притушил эмоции, «слияние» подсказало, вытащило «картинку» – на пустыре в сотне шагов от дома Валерии промелькнула фигура «второго Семёнова», которому печень едва не отстегнул. Боже мой, девочка, что ж ты творишь – рядом с тобой сбоит даже наисовершеннейшая Программа! Бригадирский уровень! Вот тебе и шуточки прибауточки.

–  Лера, давай послезавтра или когда тебе удобно встретимся. Я ж как дурак припёрся, без предупреждения. Виноват.

–  Всё хорошо, Саша, не переживай.

–  Правда? Ты не сердишься?

–  Немножко!

–  Искуплю! Назначайте время и место принудительных работ, о прекрасная королева! Верный паж на всё готов?

–  Саша, вставай, дыры на коленях протрёшь!

В коридоре был удостоен поцелуя в губы через строго приложенный к оным указательный палец. Неуклюже «клюнув» хозяйку правым уголком рта в её, соответственно, левый, сконфуженно пробормотал.

–  Боюсь сорваться. Вообще-то я ловкий парень.

–  Ладно, иди, не стой под окнами. А в субботу можно и допить вино.

–  Ура! – шепчу и старательно запахивая полой куртки восставшего «приятеля», ретируюсь.

У девушки весёлые бесенята в глазах, оттаяла «снежная королева», правильно сделал, что не форсировал. Ну а теперь ноги в руки и догнать чёрта уркаганского, по следам вычислю, если ушёл. Выпотрошу гниду; в жандармов-подпольщиков со мной играть вздумали, мафиози местечковые…

Жду на лестничной клетке пока щёлкнет замок. Дверь дерьмовая у Леры – фанера, с полпинка вынести можно. Стоп! А внизу, на первом этаже кто-то затаился, прям под лестницей, дыхание выдаёт. Ух, пошла веселуха! Но здесь зверствовать негоже, придётся брать языка и волочь куда подальше. А увидят? Не валить же половину жителей посёлка шиферного…

Глава 32

День пионЭрии, 19 мая. По столице радостно и гордо снуют новоиспечённые пионеры, в тшательно отглаженных алых галстуках, в этот день приём во внучата Ильича проходит «второй очереди», первых-то, самых-самых, отличников и активистов 22 апреля приняли, в день рождения дедушки Ленина, а сейчас остальных. Ну, кроме совсем уж отъявленных хулиганов, коим не светит носить «частицу красного знамени» закреплённую на шее витиеватым узлом. В мою бытность пионером клятый галстук красиво повязать получалось в половине случаев, зато накрепко в память вбилась-вколотилась процедура глаженья. Да-с, пионерам прям-таки вменялось галстук самолично гладить, родителей не привлекая, взрослея, так сказать.

Но сегодня дело наиважнейшее предстоит свершить, не до ностальгии по восьмидесятым годам века двадцатого, на которые пришлись годы пионерские Саши Новикова, волею случая ставшего киборгом-попаданцем.