Одиночество души: надежда на счастье (СИ) - Николаева Наталья - Страница 24

нравится её пример, что невозможно ехать с комфортом и без проблем на новом автомобиле, если к нему прицеплена неисправная машина. Поэтому главный девиз моей новой жизни: прошлое, оно и есть прошлое, которое нужно принять, простить и оставить там, где ему и место. И ни под каким предлогом не брать его в настоящее, даже не вспоминать о нем. Либо не будет будущего. На таком позитиве мои сеансы закончились в конце мая, по которым я буду скучать – это точно.

Изменилась я? Да, полностью! Пытаюсь вернуть себя, заставляю из себя гнать лень, злость, эгоизм. И по советам Любовь Генадьевны заводила новые знакомства. Скажите глупо? Мне только 31 год, поэтому покупаю совместно с Олей новые летние вещички и посещаем кино, парки, ночные клубы. Нет, новых отношений я не ищу, но, допустим, пообщаться, найти новых знакомых можно. Я научилась смеяться, искренне, не боясь показаться глупой, кстати, последнее очень понравилось моей Оле. Вернулась зажигалочка? Да! Вернулась болтушка? В какой-то мера да. Главное, это не заниматься самобичеванием и копанием в прошлой жизни. Хочется быть не накрашенной, одеться невзрачно – гоню это прочь и привожу себя в порядок. Теперь я другая, покрайней мере страюсь быть более уверенной и беззаботной. Так как мне уже нечего терять, все, что я могла потерять, уже потеряно.

А в первом месяце лета я вообще сама себе поразилась, так как добровольно стала начальником летнего школьного оздоровительного лагеря из 200 человек. Это был взрыв новой информации для меня, масса моей энергии уходит на ежедневную организацию и контроль. Поэтому я просто выползала поздно, вечером, из школы, благославляя Максима, что нашел совсем рядом мне квартиру.

Глава 19

Стараюсь ежедневно делать пробежки, хотя бы по 2 километра, тем более, что через остановку от моей квартиры находится парк.

В одну из таких пробежек 12 июня, во всероссийский выходной, я как обычно на обратном пути бежала мимо ресторана «Морская лагуна». И каким – то шестым чувством повернула голову на выходивших к машинам гостей. Меня словно пригвоздило увиденное: Станислав Николаевич собственной персоной подручку с девушкой, которую я не успеваю рассмотреть, так как срываюсь и бегу за угол. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди, ноги задрожали, пришлось прислониться спиной к стене ресторана. Слышу смех, и отчетливо различаю хрипловатый, весёлый голос моего уже бывшего мужа. Посмотреть? Что за девушка, как она выглядит? «Стоп! Наташа, чему тебя учила Людмила Генадьевна? Гони прочь эти мысли, выпалывай сорняк по прошлому!» - остужает моё тело рамуз. Да, беги, беги, Наташа! Прочь, быстрее! Вдох, выдох! Так быстро я давно не бегала, но зато правда стало легче, так как все душевные терзания ушли в бег.

16 июня мне запомнился надолго. Не сказать, что на работе были проблемы, нет, как обычно: явка детей, конроль столовой, приёмка продуктов, организация мероприятий и в конце отчет за день в электронном виде директору. Так что я вышла из школы уже в шесть вечера. Жара, поэтому просто лечу на квартиру, чтобы принять за целый день душ. Но на пороге подъезда меня ждал сюрприз в виде бывшей свекрови, Татьяны Петровны. Никогда её не называла мамой, только по имени отчеству, только на Вы. Вот и сейчас она сидит на лавочке, а при виде мена вскакивает и просто выдавливает из себя улыбку. Подойти? Или сделать вид, что не тут живу? Была - не была, что она мне сделает?

- Здравству, Наташа, - громко проговорила Татьяна Петровна. Сколько помню, то она всегда громко разговаривала, а когда кричала, то можно было оглохнуть.

- Здравствуйте, - стараюсь вежливо произнести приветствие, впервые за столько лет видеть её и не бояться, это только заслуга Любови Генадьевны.

- Нам нужно поговорить, есть время?

Вроде бы спокойна, даже сумку держит двумя руками, чтож попробую пообщаться.

- Хорошо, только поднимемся ко мне в квартиру, - отвечаю и открываю домофон.

- Конечно-конечно, так даже лучше, - затараторила она, и так быстро, не отставая, засеменила за мной.

Переживаю за порядок в квартире? Нет! Теперь мне плевать на её мнение, она мне никто и указывать, как раньше, уже не может.

Не обращаю на неё внимание и даже не приглашаю пройти в зал, так как знаю свою бывшую свекровь очень хорошо: она сама пройдет туда, куда её не звали, и у вас не спросит! Пока в спальне переодеваюсь в шорты и майку, слышу из-за двери голос:

- Хорошо обустроилась, уютно. Правда пыли много, да и опять твои тетрадки не сложены, а шторы-то нужно аккуратно разоновешивать, по краям складки будут.

Фух! Дыши, Наташенька, дыши, только не сорвись! Ты, конечно, вылезла из кокона замкнутости и серой мышки, но в тигра сразу превращаться не нужно. Эта женщина уже не молода и просто у нее придвигается старческий моразм. Да, так стало горозда лучше. Поэтому улыбаюсь и выхожу на кухню.

- Татьяна Петровна, это моя квартира и с ней я разберусь как-нибудь сама. Чай, кофе? – включаю чайник и поворачиваюсь к окну спиной, чтобы видеть сидящую за столом бывшую свекровь.

- Да-да, конечно, ты права. Я так просто советую, как лучше.

- Для вас, а меня всё здесь устраивает.

Даже улыбаюсь ей, так как вижу, что свекровь волнуется, а это впервые в моей жизни. Пока наливаю ей чай, а себе кофе, слушаю жалостливую речь:

- Наташа, ты же добрая девушка, мы тебя знаем почти всю жизнь, да и не чужие друг другу. Теперь вот и ты одна, и твои родители, и мы. Нас так сказать разъединило горе, может, нужно подумать, как сново быть счастливой семьей?

Вот, это поворот! Даже интересно стало, как она себе это представляет?

- Ближе к делу, Татьяна Петровна.

- У нас была внучка Настенька, а теперь только сын…. Которого осудили на три года, мы совсем одни.

Ну, прямо божий одуванчик с весом под 90 килограммов. Если бы мне сказали хотя бы год назад, что свекровь будет так себя вести, то я бы ни за что не поверила!

- Я не понимаю вас…

- Наташа, ты одна, мой Дима один…

Перебиваю сразу её строго:

- Ваш Дима в тюрьме, а один он никогда не был.

- Те девушки были легкомысленны…

Снова смело перебиваю, а это приятно, не бояться её и иметь возможность высказаться!

- Татьяна Петровна, вы все пять лет нашего брака с Димой говорили, что я легкомысленна, точнее шалава. Чтоже поменялось теперь?

Вот так, приятно тебе, а? А я терпела и молчала.

- Давай не будем ворошить прошлое, Наташа. Я говорю о ваших отношениях с Димой, а не моих с тобой. Я сейчас в корне пересмотрела своё поведение к тебе.

- Вот беда, Татьяна Петровна, понимаете, а между нами с Димой уже давно ничего нет.

- Ну, как нет? Первая любовь не забывается. Да и многое вас связывает, - более смело уже она произнесла.

- Связь эту ваш сын порвал, когда в очередной раз мне изменил, ночью устроил скандал, а вы встали на его защиту.

Да, я ясно вспомнила тот скандал, который послужил стимулом ночной роковой поездки с дочерью.

- Опомнись, ты разрушила его жизнь, уже, ладно, смерть Настеньки – это твой крест. Но может хватит, Наташа! – кричит и встаёт свекровь, воинственно, как она всегда любит, положила руки на стол.

- Что вы от меня хотите, Татьяна Петровна?! – не сбавляя строгин тон, спрашиваю.

- Мы подали апелляцию в суд, адвокат говорит, что твои показания нужно убрать или изменить в пользу Димы, - стала тараторить свекровь.

- Что? Какая апелляция?

- Чтобы снять обвинения, или условно добиться, ему никак нельзя сидеть. Он слабый, его там сломают.

- Он меня чуть не убил! – вот это наглость! А что я впринципе хочу, она всегда своего сыночка превозносила выше всех.

- Ну, не убил ведь, смотри какая красивая, а он сидит.

- Он ребенка убил!

- Чушь, ты еще тогда не родила, и не факт, что при родах он бы выжил.

- Татьяна Петровна, у меня беременность отличная была, и срок был семь месяцев, это здоровый ребенок! – восклицаю ей в лицо, так как не могу слушать этот бред полоумной мамаши.