Графиня Чёрного замка (СИ) - Джонсон Лия - Страница 65

Длинный хвост, вопреки вредному поведению динозавра, аккуратно сложился вокруг огромного тела, чтобы ненароком нас не зацепить.

— Думаю, мы договоримся, — весело хмыкнула я, рассматривая свои ладони.

Не знаю, что это за сила, но ей применение я уже нашла.

Эпилог

Спустя пятнадцать лет…

Щурясь от падающих на лицо ярких солнечных лучей, я с прежним любопытством рассматривала мелькающие за окном города. Карета размеренно покачивалась в такт неторопливым плавным движениям запряженных в неё тархазов. Легкая атласная ткань длинного красного платья настойчиво прилипала к влажной коже груди, отчего я постоянно раздраженно одергивала ворот. Находиться в закрытых помещениях стало слишком тяжело — я очень быстро потела. Одно хорошо — не приходилось двигаться.

Время в Ксавии течет совершенно иначе, потому я даже не уверена, сколько прошло месяцев. Хотя, для всех женщин этот период кажется вечностью. Если судить по размерам и самочувствию, полагаю идет месяц седьмой.

Я до-о-олго не решалась на сей шаг. Ни я, ни мужья не были к этому готовы. Слишком большая на нас пала ответственность после той договоренности с императрицей.

Все пятнадцать лет я с помощью неожиданно открывшейся уникальной магии изучала зверей за границей и их поведение на нашей территории. Как я и предполагала, большинство из них оказались абсолютно безопасными. Они легко поддаются дрессировке, питаются лишь растениями и любят, когда их гладят. Но, как и все живые существа, каждый тип и, тем более, каждое существо имеют свои характеры. Порой от лишения конечности меня останавливала лишь магия и следующие за мной по пятам мужья. Таких зверей, увы, приходится изолировать.

К счастью, процент «капризных» слишком мал и никак на сложившихся мирных отношениях между видами не сказывается.

За окном мелькнули стройки. Терпеливо неподвижный дулгар, невозмутимо пережевывающий привязанный специально для него к крыше куст, благородно позволял ксавийцам использовать себя в качестве лестницы. Привязав себя магическими нитями к его шеи, ремесленники активно занимались строительными делами, приводя в порядок новые здания. Благодаря новым крупным четвероногим друзьям, работа шла быстрее и веселее.

Из-за угла, заливисто смеясь, выбежала детвора, следом за которой мгновение спустя вылетели детеныши тархазов. Они едва не сбили с ног женщину с маленькой тележкой, в которой звонко щебетали фавины — очаровательные миниатюрные птицеподобные динозавры. Некоторые разводили их для мяса, некоторые же просто для красоты.

Со временем я обнаружила, что тархазы и дулгары — далеко не единственный вид зверей за границей. Их были десятки, и каждый выделялся чем-то своим. Но все они отлично прижились в Аллирии, превращая этот мир в настоящую сказку.

После десяти лет моей с мужьями и их воинами кропотливой работы, границы всё же сняли. Но по периметру оставили охранные пункты, чтобы ксавийцы следили за порядком и одергивали слишком разгулявшихся крупных зверей. Порой они забывали о своих габаритах и сносили пару-тройку важных строений.

Чем чаще мы виделись с Элеонорой, — а после той беседы мы стали видеться с ней очень часто, — тем приятней и разумней она мне казалась. Пока я занималась своими динозаврами, женщина многое переосмыслила и внесла океан правок в закон империи. Первые годы Аллирия лопалась от волн недовольства и возмущения. Но, поскольку капризничали в основном ксавийки, от которых вреда было как от мух, это ничего не изменило.

Первым делом, как первое лицо в этом мире и, соответственно, пример для всех, императрица оставила себе лишь троицу фаворитов, вычеркнув из жизни всех остальных любовников, даже женского пола. Дальше она ввела ограничение на пять мужей и дала возможность подать на развод лишь спустя год после заключения брака, чтобы к выбору своего спутника стали относиться более серьёзно. Нищим «наказанным» женщинам был предоставлен второй шанс. Отнюдь, нарушающим права Аллирии и, уж тем более, оскорбляющим императрицу выписывается наказание в виде лишения на пять лет возможности иметь мужей и распоряжаться их имуществом. За эти годы собственноручного труда у женщины есть время многое переосмыслить. Если она, по истечению срока, не кается — дается ещё пять лет.

Нововведения довольно быстро принесли ощутимый результат. Капризы ксавиек сошли на нет, а несчастных мужчин стало значительно меньше.

В военных лагерях необходимость пропала. Карида стала зоной отдыха, в которую отправляются лишь те, кому холод приятен и интересен. В основном, там вместе со своими женщинами осели ледяные маги.

Мужчины высших титулов и раньше имели возможность отказаться от не желаемого брака — сейчас же такую возможность получили все мужчины. Так же, они могут подавать Валлису жалобы на своих жен, если те ведут себя по отношению к ним слишком жестоко. Если жалоба не пуста, женщину на пять лет отправляют на перевоспитание. К сожалению, выяснилось, что злобных мегер в Ксавии куда больше, чем казалось.

Элеонора наконец осела со своими мужьями и впервые в жизни забеременела. Спустя два месяца беременности магия появилась и у неё, отчего она, сейчас излишне эмоциональная, а ещё безумно счастливая, час рыдала у меня на шее.

Мои сказанные наобум слова каким-то волшебным образом оказались заповедью. Стоило в этом месте поселиться любви, в женщинах, одна за другой, стали проявляться магические силы.

Красивая своей природой Ксавия похорошела и народом. Моя иномирская миссия на этом выполнилась, и я полностью занялась своей семьей.

Рагнар своему замку не изменяет. Чаще всего он вместе со мной занимается зверями и лесным ремеслом. Сайгон открыл своё дело в Кариде. Следуя моим рассказам, вместе со своими воинами он стал отстраивать там настоящий земной курорт с зимними аттракционами и зонами отдыха. Таслан всё же вернул себе замок в Лавии и теперь часто наведывается туда по строительным делам. Если Сай хорош в уникальных декоративных изобретениях, то мой третий муж оказался лучшим именно в строительстве крепких жилых зданий. Тот дом в Кариде он полностью возвел своими руками, используя магию лишь для добычи материала.

Только уже семь месяцев все трое оставили всё на своих помощников и носятся со мной, как с сундуком золота.

Первому повезло Таслану. Видимо, как старшему и наиболее ответственному. Как они определили, кто отец, — не имею ни малейшего понятия. Сказали, такие вещи чувствуют.

Сейчас же мы дружно направлялись в столицу в гости к Элеоноре на День Единения. Теперь этот праздник означает единение всего народа. На всю огромную площадь столицы накрывается громадный длинный стол, за который может сесть кто-угодно и попробовать всё, что ему захочется. На этот знаменательный день в Лавию съезжается вся Аллирия.

Карета покачнулась и остановилась. Выглядывая в окно, облегченно выдохнула. Ну наконец-то я выйду из этой душой коробки!

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Таслан.

Обернувшись, заметила три пары встревоженных глаз.

— А не должна быть? — забавляясь, хмыкнула и распихала эту нависшую надо мной кучку животом. — Подвиньтесь, дяденьки, тётя с пузом отсидела зад.

Мужчины мгновенно посторонились и поторопились выбраться из кареты, чтобы помощь мне выйти следом.

Теплый воздух ударил в лицо, приятно освежая влажную кожу груди. Как же тяжело быть беременной…

Погладив тархазов, попрощалась с Себастьяном и отправила его ждать нас на заднем дворе белого замка императрицы. Слуга с улыбкой пожелал нам хорошего времяпровождения и принялся выполнять поручение.

Улицы столицы лопались от кучи народа. Сейчас, когда ксавийки стали менее капризными, а мужчины обделенными, охрану с собой почти никто не брал. Тем более, эту роль теперь чаще исполняли ручные динозавры. Потому огромный стол с белой скатертью, которому не было видно ни конца, ни края, окружали лишь обычные горожане, что весело шумно переговаривались и неторопливо трапезничали.

— Наконец-то! Я уже думала, ты по дороге укатилась, — проворчала Сафира, весело хмыкнув.