Графиня Чёрного замка (СИ) - Джонсон Лия - Страница 63

От шока я не удержалась и приоткрыла рот. Вот чего я не ожидала, так это… банальной искренности.

Хотя, если откинуть эмоции и думать здраво, — она ведь тоже человек. Какая разница, что у неё за титул? Все мы слабы перед чувствами.

— У меня нет цели вам мешать или, тем более, портить жизнь. Я жестока лишь когда это на самом деле требуется.

— А те нищие женщины из таких отдаленных городков, как Мигдар? Столько жаждущих ласки мужчин, а вы так небрежно разбрасываетесь слабым полом.

Чувствуя, что сейчас это уместно, я решила пойти по краю.

— Я императрица, Каролина. — Она впилась в меня серьёзным твердым взглядом. — Моё упущение, что я так их разбаловала, но когда женщины позволяют себе слишком много — они получают за это наказание. Зазнаваясь, ксавийки часто теряют чувство собственного самосохранения. Мне неприятно это делать, но спускать с рук моё принижение я не могу. Что я за правительница тогда? Я всего лишь хотела красивую жизнь для нас, женщин. Вы не можете меня за это винить.

Не могу. На самом деле не могу. В какой-то степени её можно понять.

— А дети вам чем не удружили?

— Да я им ничего и не делаю, — искренне удивилась Элеонора. — Разумеется, мальчикам с детства указывают на их место. Взрослого мужчину сложно перевоспитать, они должны уважать и поклоняться женщинам с малку. Что же тут такого?

Ну, для устава Ксавии, конечно, ничего такого

— Матерям плевать на детей, если те не девочки. Это неправильно. Все заслуживают любви, — хмурясь, возмутилась я.

— Я не могу заставить их полюбить. Так уже прижилось в Аллирии… — неожиданно растеряно проговорила императрица.

— Но вы можете их урезать.

— В каком смысле? — не поняла моего земного термина ксавийка.

— Вы сказали, что сами осознаете, насколько женщины здесь разбалованы. Им слишком многое позволено. Должен быть предел. Тогда и жизнь ярче станет, и вкус к ней вернется. Всегда нужно к чему-то стремиться, чтобы быть счастливым. Они от безделья загнивают. Да, вас, конечно, за это не похвалят, но, простите, на вас и сейчас им, по большому счету, наплевать. Им даже на себя плевать. Разве это жизнь?

Блондинка удивительно внимательно меня слушала, задумчиво разглядывая мягко покачивающуюся на ветру листву.

— Скажите, скольким в Аллирии знакомо понятие «любовь»?

Элеонора иронично усмехнулась.

— Любовь — это миф. Она уже давно не обитает в этих краях.

— Любовь — это смысл. И вы верно подметили. Он уже давно не обитает в этих краях.

Какое-то время мы молчали, думая каждый о своём. На удивление, эта пауза была приятной и не напряженной. Я впервые полностью рядом с ней расслабилась.

Императрица страшна лишь своим статусом и неизвестностью, что кроется за пронзительным властным взглядом этих холодных глаз. Но она не лишена ничего человеческого. Бывают люди, что в погоне за чем-то слишком сильно погрязают в пучине лжи, грязи и фальши, а потом, когда до них доходит истинный смысл счастья, вдруг осознают, что выбраться уже и не могут. Даже если отчаянно этого хотят. Она оказалась именно из таких.

Как говорится "хотела как лучше — получилось как всегда".

Красивая легкая жизнь всегда имеет обратную сторону — тёмную и полную грязи.

— Потому вы хотели отказаться от праздника, а ваши мужчины меня даже не коснулись? — тихо спросила блондинка, вдруг весело улыбаясь.

Должно быть, это вчерашняя ситуация её так позабавила.

— Они не хотят никого, кроме меня, а я никого, кроме них. В этом смысл. Нам всегда будет хватать друг друга. Я не жадная, — улыбнулась, вспоминая эту ночь.

— А мы вот жадные, — вздохнула Элеонора, дергано пожимая плечами.

Отчего-то она выглядела уставшей и растерянной.

Никогда бы не хотела иметь столько власти.

Сколько же груза на её плечах… Я не могу её винить за холодность. Как ещё справляться с кучей своевольных женщин? Это же стадо ещё похуже, чем те заграничные звери.

— Чем меньше мы имеем, тем больше ценим. Это не моё дело, но что-то нужно менять. Дальше будет хуже, — проговорила я, заглядывая в её прозрачные глаза.

Не знаю, что у неё сегодня в голове, но чувствую, что именно сейчас есть шанс достучаться. Кто знает, когда ещё нагрянет столь откровенный порыв.

Женщина загадочно прищурилась.

— Я понимаю, почему они больше никого не хотят. Ваша живая энергия очаровывает, Каролина.

— Они в самом деле вас не касались? — тихо спросила, позволяя себе маленькую слабину перед ней.

Императрица искренне улыбнулась.

— Они почти были в ужасе, — вдруг хохотнула она. — Но я бы не стала принуждать мужчин к близости. Это омерзительно, — фыркнула блондинка. — У меня хватает любовников. Не беспокойтесь, Каролина. Не коснулись и не коснутся.

И от этого скрытого обещания мне окончательно полегчало.

Мы справимся. И приворожим Элеонору магией своих чувств. Раз я ей так приглянулась — надо же изъять из этого какую-то пользу.

Из Багдурского леса неожиданно послышался жуткий зловещий рёв, от которого кровь в моих жилах похолодела.

Округлив глаза, мы с императрицей шокированно переглянулись.

А такой был хороший день…

Глава 47. Звери

Охрана императрицы и окружающие замок воины Сайгона мгновенно кинулись к воротам. Отворяя их, мужчины выбежали с территории и выстроились впереди живым щитом.

— О боги, этого ещё не хватало… — нервно пробормотала Элеонора, медленно поднимаясь на ноги.

Я встала следом, ошалело наблюдая за возней. Мужчины перекрикивались, отдавая друг другу команды, и напряженно наблюдали за дрожащей листвой и покачивающимися деревьями.

— Моя графиня, скорее! Нужно спрятаться! — запричитала выбежавшая из дворца Клара.

Мелисса за её спиной испуганно всхлипывала.

— Нет! — внезапно почти рявкнула Элеонора, хватая нас обеих за руки. — Если они решат напасть на замок — он обрушится. Под обвалами нас ничего хорошего не ждёт.

Женщина весьма заметно волновалась, — а кто бы нет! — но держалась стойко. Она хмуро осматривалась, размышляя.

— Тогда стоим здесь и действуем по обстоятельствам, — неожиданно спокойно предложила я, вглядываясь в лесную чащу.

Было до безумия интересно, какие же они — эти звери? Столько рассказов, столько переживаний, а я их ещё и не видела. Ужасно хотелось взглянуть… Это больное любопытство поразило даже меня саму.

Что ж, как говорится «бойся своих желаний».

Листья задрожали ещё сильнее, деревья жалобно хрустнули, воины присели в полной боевой готовности.

Сначала показалась крупная вытянутая голова с устрашающей зубастой пастью, затем из-за листьев выскользнули маленькие передние лапки, после выплыл пухлый зад с массивным длинным хвостом.

— Тархаз! — с придыханием воскликнула Клара, прикладывая ко рту ладонь.

— Ну, спасибо, что не дулгар, — мрачно проворчала императрица.

А я вдруг неверяще хмыкнула и хихикнула. Хихиканье переросло в тихий истеричный хохот. Женщины покосились на меня как на умалишенную, а я никак не могла успокоиться. Внутри взорвалась смесь из шока, веселья, восхищения и ужаса.

Чёрт возьми, это же тираннозавр! Обычный земной динозавр из фильмов! Зелено-серый, косолапый и ростом чуть выше ксавийцев, он плавно вертел головой с суровыми изгибами над желтыми хищными глазами, из-за которых казалось, будто существо зло щурится. Я словно снова оказалась в немецком динопарке. Правда, в этот раз монстр не искусственный…

Воины напряженно выжидали, внимательно наблюдая за его действиями. Тархаз тихо порыкивал и беспокойно раскачивал хвостом, невольно ломая растения позади себя. Отчего-то он выглядел абсолютно незаинтересованным ни ксавийцами, ни замком, ни, тем более, нами. Существо судорожно раздувало ноздри, принюхиваясь.

А я, вдруг почувствовав странный порыв, стала медленно приближаться к воротам.

— Ты что, спятила?! — шикнула императрица, стараясь ухватить меня за руку, но я, не думая, отмахнулась от неё как от мухи.