Ослеплённый желанием (СИ) - Демидова Лидия - Страница 39

— Теперь ты довольна?

— Да, — кивнула в ответ. — Рада, что ты держишь свое слово. Я устала от конфликтов. Хочется тишины и покоя.

— Настя, все будет так, как ты захочешь. Для меня самое главное, чтобы ты была счастлива, и я приложу все усилия для этого. Наши дети ни в чем не будут нуждаться, обещаю.

— Наши дети? — горько ухмыльнулась. — Издеваешься?

— Нет. Я совершил великую глупость, разлучив тебя с малышкой, я виноват. А ведь могло быть все по-другому. Прошлого не исправить, но зато будущее в моих руках, и оно будет таким, каким я его создам.

— Опять пытаешься меня обмануть?

— Нет. Смысл? Поверь, только прожив несколько веков, понимаешь, насколько короток срок в шестнадцать лет. Я многое повидал, и луна благословила меня, подарив встречу с тобой. Скоро родится наш сын, мой наследник. У меня будет все то, о чем мечтает каждый оборотень, и я сожалею только об одном, что, поддавшись своим эмоциям, лишил такую кроху матери.

— Неужели ты думаешь, что я поверю тебе?

— Нет, — покачал головой Игнат. — Но я был искренен с тобой. Мне действительно незачем лгать.

Я отвернулась к иллюминатору. Сердце сжалось, к горлу подкатил комок. Слезы появились на глазах, едва я подумала о смерти Игната. Было так горько и так страшно. Ведь он, как и Влад, получается, был обречен. Но если первый проведет свою жизнь в жутком месте, то второй должен умереть. А причина — я!

Внезапно оборотень метнулся ко мне. Все произошло так быстро, что я не сразу поняла, что случилось. Анечка крутилась во сне, и в очередной раз, повернувшись, полетела с кресла. Только благодаря Игнату и его нечеловеческим способностям удалось избежать падения. Прижав проснувшуюся и явно перепугавшуюся малышку к себе, он сел рядом со мной и шутливо поинтересовался:

— Выспалась?

К моему удивлению, моя дочка улыбнулась, а потом вдруг прижалась к его груди…

Глава 16

Прошло несколько месяцев

— Аня, сейчас же прекрати баловаться, — строго крикнула я, с крыльца, наблюдая, как дочка с радостным гиканьем влетела в большую лужу. — Иди ко мне!

Несмотря на то что двор в нашем доме был асфальтирован, при сильном дожде в одном месте всегда образовывалась лужа. Не очень глубокая, но Анюте хватило, и она с явным удовольствием начала в ней скакать, визжа от восторга.

— Мама, это так весело, мама смотли! — девочка в очередной раз подпрыгнула, взмахнула руками… и неудачно села в лужу, взметнув вверх брызги грязной воды.

— Ох, — только успела охнуть я, и поспешила к дочери. За последние месяцы я превратилась в «бегемота» — большого, неповоротливого, а еще безумно уставшего. Беременность начала преподносить сюрпризы во второй половине. Аппетит то появлялся, то пропадал, периодические головные боли сводили с ума, живот стал огромным, хотя до родов еще было далеко. Навалилась жуткая депрессия и полный упадок сил, и лишь только, когда Игнат появлялся рядом, мне становилось лучше. Он будто наполнял меня невидимой силой и мое самочувствие сразу улучшалось.

Анютка… Я пыталась быть с ней строгой, но у меня не получалось. Глядя на нее, я все время вспоминала, что пропустила в ее жизни много важных моментов, и невольно давала слабинку. В результате, как и предупреждала Валерия, малышка разбаловалась, не всегда была послушной, много проказничала, шалила, чем выводила меня из себя.

Сегодня с утра прошел дождь. Было сыро и очень прохладно, но затем выглянуло солнце, и Анюта уговорила меня выйти во двор немного прогуляться. Несмотря на плохое самочувствие, поддавшись жалобному тону и несчастным глазкам, я согласилась. А теперь Анюта залезла в лужу, упала и перепачкалась, как поросенок, и вместо того, чтобы отдыхать после прогулки, мне придется ее купать, потому что помощница по дому именно сегодня, как назло, взяла выходной.

— Я сейчас тебя отлуплю, — пригрозила я, видя, как Анечка балуется в луже.

— Какая строгая у нас мама, — послышался голос Игната, который появился у калитки с большим плюшевым медведем в руках. — Как что, так сразу отлуплю. Ничего не понимает в развлечениях. Да, малышка?

— Да! — дочка моментально согласилась с ним и, улыбаясь, протянула к нему руки. — Иглать?

Если честно, меня пугали отношения между оборотнем и моей девочкой. Не знаю, как, но ему удалось заполучить ее полное доверие, и иногда даже казалось, что Аня больше тянется к Игнату, чем ко мне, и это меня безумно пугало. Вот и сейчас, я разозлилась и, бросив на него недовольный взгляд, сорвалась:

— Это моя дочь, и только мне решать, как ее воспитывать.

— Конечно, милая, — улыбаясь, согласился со мной Игнат, и ловко сунув в руки игрушку, подхватил Анечку, совершенно не обращая внимания на то, что она вся мокрая.

— Игнат холоший, — дочка обняла его за шею и крепко прижалась к нему.

— Сейчас переоденемся и поедем в город. Хочешь в кафе? — спросил он у ребенка, вызвав очередной радостный крик.

— Ма, ула, мы едем в кафе!

Я промолчала, бросив на Игната гневный взгляд. Ругаться при малышке совершенно не хотелось, хотя недовольство просто кипело внутри меня.

— Сначала надо искупаться. Ты похожа на поросенка, — вздохнула я, чувствуя безумную усталость. — Пожалуйста, раздень Анечку, — попросила Игната, когда мы вошли в дом.

— Конечно, родная, — послышалось в ответ.

Родная, милая, дорогая… Оборотень обращался ко мне только так. Сначала это жутко раздражало, я сердилась и просила прекратить меня так называть, но за прошедшие месяцы невольно привыкла к этому и теперь относилась абсолютно спокойно, будто так и должно быть.

— Не балуйся, — погрозила дочери пальцем и потопала ванную комнату.

Игнат выделил нам уютный двухэтажный коттедж, неподалеку от своего дома, с большим двором и садом. На мой вопрос о хозяине особняка я услышала в ответ, что в нем никто и никогда не жил. Как оказалось, в поселке было несколько пустых домов на тот случай, если один из членов стаи обзаведётся семьей и пожелает жить отдельно от родителей. Игнат притащил стопку модных журналов с мебелью, и через месяц здесь все было сделано так, как мне хотелось. Особенно удачными вышли детские. В персиковом цвете для Анечки и голубом для сына. Игнат был так уверен, что это мальчик, и его уверенность невольно передалась мне, хотя ни на одном ультразвуковом исследовании пол малыша так и не смогли рассмотреть.

Наши комнаты с Анечкой находились на втором этаже, и мне с маленьким ребенком приходилось несколько раз в день подниматься и спускаться, но в последнее время я стала опасаться лестницы, и поэтому мы с дочкой переехали вниз, с помощью Игната переоборудовав кабинет в небольшую спальню. Держась за перила, стала осторожно подниматься, проклиная тянущую боль в спине. Если честно я уже начала считать дни до родов.

Включив воду, стала наполнять ванну, когда внезапно вошел Игнат с Анечкой на руках.

— Мы готовы купаться, — радостно сообщил он, передавая мне ребенка.

— А куда грязную одежду дел?

— Сложил в пакет. Домработница постирает. Не буду вам мешать. Жду в гостиной, — он быстро развернулся и оставил нас с дочкой наедине. Я сняла с Анечки оставшуюся одежду и посадила ее в теплую воду, бросив ей несколько резиновых игрушек.

А чуть позже, когда с банными процедурами было покончено и дочка, завернутая в теплый халат, разомлела, и уснула, я уложила ее на кровать и спустилась в гостиную.

Игнат сидел на диване, что-то читая в своем телефоне. При моем появлении он отложил его в сторону и поинтересовался:

— А где Анюта?

— Уснула, — выдохнула я, опускаясь на диван. Боль тут же пронзила спину, и я невольно застонала. В одну секунду Игнат подвинулся и положил ладони мне на живот. Так он делился своей энергией со мной и сыном. В то же мгновение вокруг возникло непонятно откуда взявшееся легкое тепло — уютное, ласковое, такое воздушное. Боль отступила, и я почувствовала прилив сил, а еще нереальную легкость, даже голова немного закружилась от этих чувств.

Приложив ухо к животу, Игнат зашептал: