Ослеплённый желанием (СИ) - Демидова Лидия - Страница 19

Его взгляд метался от фото ко мне и обратно. Стало понятно, что мужчина сравнивает меня с изображением на снимке, сомневаясь в том, кто перед ним находится.

— Эта фотография сделана в доме моего отца. В его кабинете, — прокомментировал я. — Чуть левее находятся, вернее, стоят напольные часы, которые в кадр не вошли.

— Анастасия Александровна… Этого не может быть, — потрясенно пробормотал мужчина. — Как же так? Неужели так бывает?

— Почему у вас такая странная реакция? — поинтересовалась я. — Вы, будто, призрак увидели…

— Так и есть, — мужчина криво улыбнулся. — Вас похоронили более двух лет назад.

— Что? — от удивления я вскочила. — Как это так?

Дмитрий Михайлович пожал плечами:

— Вот так. И если честно объяснения всему происходящему дать не могу. Я был уверен, что вы, Анастасия Александровна, трагически погибли.

— Называйте меня, пожалуйста, Настей, — попросила я.

— Хорошо, — согласился он, а затем, подняв на меня взгляд, спросил. — Расскажете, что с вами произошло?

— Конечно. Только ответьте сначала на один вопрос. Моя дочь жива?

Мужчина кивнул, и в это мгновение я почувствовала себя как человек, которому только что отменили смертный приговор и подарили шанс на новую жизнь. Я запрещала себе думать о том, что с Анечкой могла случиться беда, гнала дурные мысли прочь, постоянно повторяла себе, что скоро моя девочка будет со мной, но…, страх все это время жил внутри меня, страх того, что в тот холодный вечер моя малышка погибла, и сейчас…

Уткнувшись в ладони, не сдерживая своих слез, я с облегчением расплакалась. И будто как в тумане, я слышала голос Дмитрия Михайловича, который давал распоряжения своим помощницам:

— Татьяна, отмени на сегодня все записи! Я сказал отмени!

— Леночка, принеси нам коньяк, закуски, и никого в кабинет не пускать.

— Девочки, что вы на меня так смотрите? Я непонятно сказал?

Затем раздался хлопок двери, и к моему плечу прикоснулись:

— Настя, расскажи, что с тобой случилось? Где ты пропадала столько времени…

Глава 8

— Выпей, — Дмитрий Михайлович протянул мне бокал, наполненный на одну треть прозрачной жидкостью темно — янтарного цвета. — Это коньяк. Он поможет тебе успокоиться, — а потом, опустошив свой стакан, добавил. — Ну и мне заодно. Не каждый день ко мне приходит человек, которого я многие годы считал погибшим. Удивила так удивила. Выпей девочка, выпей. Тебе это сейчас необходимо не меньше, чем мне.

Я послушно сделала один маленький глоток, хотя крепкие спиртные напитки никогда не любила, предпочитая им светлые вина или шампанское. Янтарного цвета коньяк с легким привкусом горького шоколада мгновенно обжёг горло, заставив поморщившиться. С непривычки я тут же скривилась. Мужчина пододвинул мне блюдце с аккуратно нарезанными дольками лимона:

— Возьми.

Лимон действительно немного смягчил горечь, и во рту появилось легкое приятное послевкусие. Почти сразу я почувствовала, как кровь прилила к лицу, и на какое-то мгновение мне действительно стало легче. А потом, как-то неожиданно закружилась голова, предметы интерьера приобрели размытое очертание, перед глазами замелькали радужные блики, а затем к горлу подкатила невыносимая тошнота.

— Где у вас туалет? — подскочила я, опасаясь, что сейчас попаду в крайне неприятное положение.

— Прямо по коридору. Последняя дверь слева.

Я, бросилась бежать в указанную сторону… Меня опять тошнило, буквально выворачивало наизнанку. Все внутри собралось в тугой единый узел, который не давал сделать ни одного нормального полноценного вдоха. Казалось, этой пытке не будет конца…, и лишь когда весь мой скромный завтрак остался в туалете, я почувствовала, что мне стало легче.

Умывшись холодной водой, привела себя в порядок и направилась в кабинет Дмитрия Михайловича, отмечая, что очередь в коридоре исчезла, а на двери появилась большая табличка, гласящая о том, что сегодня приема не будет.

Девушки-помощницы в приемной встретили меня сочувствующими взглядами, и одна уточнила:

— Может, сделать вам чаю?

— Я буду очень признательна, — кивнула в ответ и открыла дверь в личный кабинет нотариуса.

При моем появлении мужчина поднялся с кресла и, вглядываясь в мое бледное лицо, тревожно спросил:

— Что с тобой? Плохо?

— Думаю, давление подскочило. Дорога была сложной и очень нервной, — я опустилась в кресло. — Но мне уже лучше, все прошло.

— Точно? Может, вызвать скорую?

— Не надо, мне действительно лучше — покачала головой я. — Просто не стоило пить коньяк. В последнее время у моего организма довольно странная реакция на алкоголь, а тут еще, видимо, и чрезмерная усталость сыграла свою роль.

Мужчина удивленно чуть приподнял брови, а затем сев напротив меня, плеснул себе в бокал янтарной жидкости, промолвил:

— Ну, рассказывай, что с тобой произошло, и где ты пропадала столько времени?

— Скажите, а где сейчас моя девочка? — в свою очередь, спросила я о том, что меня больше всего волновало. — А Влад?

— С твоей дочерью все в порядке, честное слово, поверь. Но… Настя, мне необходимо знать, что с тобой случилось, — нотариус был очень серьезен. — Ты внезапно исчезла, более двух лет назад, будто, растворилась в воздухе. Анечку и твоего мужа в парке обнаружил какой-то незнакомый мужчина, не пожелавший назвать своего имени. Он позаботился о них — привел к нам в контору, объяснил ситуацию, вызвал скорую помощь и, знаешь, если бы не он… страшно представить, что могло произойти с малышкой. Твой муж был на тот момент в невменяемом состоянии. На его теле обнаружили многочисленные кровоточащие рваные раны, похожие на укусы животного. Одна, в районе шеи была очень серьезной, и Влада едва спасли от смерти. Я попытался связаться с тобой, но твой телефон оказался вне доступа. Когда он очнулся после хирургического вмешательства, стало понятно, что его разум помутился. Он нес какую-то околесицу про огромную собаку серо-бежевого цвета, с яркими сияющими желтыми глазами и громадными белоснежными клыками, которая внезапно напала на него и искусала, явно желая убить, а затем, превратившись в обнаженного человека — темноволосого мужчину средних лет, похитила тебя. Сначала Влад пытался всех убедить в правдивости своих слов, рассказывал удивительные мелкие подробности, строил предположения о том, куда тебя могли увезти «нелюди», и было понятно — он действительно уверен в том, что это все произошло с вами на самом деле. Но всем известно, оборотни — вымышленные персонажи из фэнтези книг и, естественно, его словам никто не поверил. Когда Влад осознал, что его принимают за сумасшедшего, то попытался сбежать, но медики поместили твоего мужа в психиатрическую клинику. Было очевидно — он оказался жертвой бродячих собак и великое чудо, что звери не тронули Анечку. Через некоторое время стало понятно — ты пропала, бесследно. Тебя объявили в розыск. Если честно, я думал, ты стала жертвой похитителей, которые обязательно потребуют выкуп. Именно поэтому дело решили не придавать большой огласке. Я и полиция ждали новостей, а потом в реке нашли тело молодой женщины, очень похожей на тебя, и экспертиза подтвердила — это Лаевская Анастасия Александровна. Следствие пришло к выводу, что ты стала жертвой безумного маньяка.

— Как это? — не выдержала я и прервала рассказ мужчины. — Как я? Ведь этого не может быть? Я тут, сижу перед вами живая и здоровая!

— Вот так, — нотариус развел руками. — Анализ ДНК подтвердил родство с Анечкой, и следствие по твоему делу было закрыто. Я думаю, что откуда-то сверху поступил приказ не акцентировать особого внимания на этой истории, и через некоторое время, казалось, что о случившимся все забыли. Даже в прессе не упомянули об этом происшествии.

«Наверняка это Игнат позаботился обо всем, не иначе, — подумала я, даже не сомневаясь, что так и есть на самом деле. — Он со своими оборотнями сделал все для того, чтобы в прежней жизни обо мне забыли.»

— Анечку определили в детский дом, потому что фактически она осталась сиротой — мать погибла, а отца признали временно недееспособным. Понимая, что по факту девочка единственная наследница огромной компании, я подсуетился и сделал все необходимое, чтобы твою дочь не отдали на усыновление или опекунство. Сейчас малышка воспитывается в хорошем семейном детском доме. Я иногда навещаю ее и, знаешь, она очень похожа на тебя.