Волшебный вкус любви (СИ) - Лакомка Ната - Страница 26

— А вы? — спросила я, переминаясь с ноги на ногу на пороге.

— Лягу в кабинете, а пока хочу еще посидеть. Один, — он бросил в рот еще кусочек сыра, поворачиваясь ко мне спиной.

Намек был ясен, и я убралась, оставив шефа одного.

Я легла в постель, погасила свет, но уснуть так и не смогла. Богосавец будет ночевать в своем кабинете. Значит, Лилиана сегодня спит одна. Это обрадовало меня так, что стало стыдно. И хотя никто не мг подслушать моих мыслей и увидеть меня, я засунула голову под подушку, переживая минуты стыда и злорадства.

Следующая рабочая неделя началась и прошла как обычно — в адском угаре, под аккомпанемент ругательств Богосавеца и его редких одобрений.

Больше всего я боялась, что в меню появится новый соус на смеси говяжьего и рыбного бульонов, но шеф словно позабыл о фирменном блюде Марата Гасанбердиева.

Утром в субботу я вскочила в четыре часа, умылась и подкрасила глаза, зевая на ходу. Ровно в пять я была готова и, спустившись на первый этаж, увидела там Богосавеца — свежего, бодрого и умопомрачительно элегантного в белой рубашке и синих джинсах.

— Готова? — спросил он, окинув меня взглядом. — А сапоги у тебя есть?

— Сапоги? — переспросила я.

В прошлый раз он нарядил меня, как Золушку на бал, а теперь ему нужны сапоги?..

— Ладно, сойдет и в кроссовках, — согласился шеф. — Поехали, котёнок.

Я снова оказалась в черном «Ламборджини», замирая от предвкушения очередных приключений. На разведку в лагерь врага мы ездили, куда отправимся сейчас?

Богосавец сел за руль, и автомобиль мягко тронулся с места, покатив по пустыным еще улицам города.

Мы выехали за город, но свернули не к частным коттеджам и шикарным гостиницам, а поехали дальше, мимо поселков и железнодорожных станций, а потом и вовсе свернули в какую-то глушь, на лесную дорогу.

— Не бойся, убивать я тебя не собираюсь, — пошутил Богосавец, когда я в очередной раз с беспокойством посмотрела в окно. — Мы едем к одному моему хорошему знакомому, у него настоящая ферма. Бычки и ягнята ничуть не хуже канадских или итальянских.

— Хотите договориться о поставках? — догадалась я.

— Точно, — подтвердил он. — И еще кое-что.

Ферма его знакомого на деле оказалась настоящим городом сельского хозяйства. Богосавеца приняли, как старого и доброго знакомого. Усатый дядька в поношенном камуфляже и соломенной шляпе, оказавшийся хозяином сельской империи, долго хвалился особой породой баранов, расписывая, как кормит их и где содержит, предлагал сыры, которые только-только начали изготовлять на его предприятии, и яростно торговался за каждый специальный товар.

Я не вмешивалась в беседу мужчин, наслаждаясь природой и свежим воздухом. Совсем неплохая прогулка в выходной день.

— Вот и договорились, — услышала я голос Богосавеца. — Ты не возражаешь, если мы побродим у тебя по огороду? На грядки поглядим?

— Бродите, где вам хочется, — разрешил усатый.

— Спасибо, Михалыч, — Богосавец обменялся с хозяином фермы крепким рукопожатием и мотнул головой, позвав меня.

Назвать огородом то, что мы увидели, было слишком скромно.

На ферме находилась настоящая плантация — ряды парников и навозных грядок, фруктовые деревья и ягодные кусты… Сразу за оградой начинался дикий лес — огромные деревья стояли сплошной стеной, таких в городе не увидишь. Мы с шефом брели по ровным дорожкам, проложенным досками, и он рассказывал мне, сколько сортов помидоров тут выращивается, и сколько сортов смородины прижилось с прошлого года.

— Вы знаете не меньше Михалыча, — засмеялась я, в конце концов.

— Я здесь часто бываю, — признался Богосавец. — Приезжаю сюда за вдохновением. Здесь все очень спокойно, думается легче.

— А о чем думаете сейчас? — спросила я небрежно, чтобы не показаться слишком заинтересованной.

— Хочу что-то новое для весеннего меню, — Богосавец остановился перед огуречной грядкой. — Что-то свежее. Что-то необычное из обычного.

— А… как же соус Марата? — спросила я осторожно.

Он усмехнулся, продолжая рассматривать огурцы — пупырчатые, толстые, влажно поблескивающие зелеными бочками.

— Ты была права. Это не выход. Надо придумать что-то свое. Мы же за честный футбол. Верно, Иванова Даша? — он сорвал один из огурцов, ополоснул под колонкой и разломил на две части.

От одной с хрустом откусил сам, вторую протянул мне.

— Сочные, — сказал он.

Я тоже откусила кусочек.

Замечательный вкус. Одна сладость, без капли горечи.

— Свежесть, — сказала я, и Богосавец взглянул на меня быстро и внимательно.

Совсем рядом закуковала кукушка. Я откусила еще кусочек и повторила:

— Огурцы — это свежесть, а у этих еще и аромат свежести, не только вкус. Так и просятся в окрошку.

— Окрошка — это банально, — покачал головой Богосавец. — Недостаточно изысканно. Сейчас в моде корейская лапша куксу, но в ней нет огурцов.

— Можно сделать что-то вроде греческого цацыки, — предложила я.

— Нет такого йогурта, — снова забраковал идею шеф. — Местный проигрывает, я пробовал брать жидкий творог в кишке — но все равно хуже оригинала. К нам ходят люди, которые бывают в Греции каждый месяц, их не проведешь подделкой.

— Не проведешь, — согласилась я.

Но огурцы и правда были удивительно вкусные. Настоящий, весенний вкус… Конечно, насытиться ими сложно, если только добавить что-то вроде йогурта, как в цацыки, или…

— Сделаем суп из огурцов и сливок, — предложила я. — Огурцы, сливки, говяжий бульон, мята, чтобы добавить холодка. Это должно сыграть. И подача будет оригинальная.

Богосавец прищурился и закусил губу, что-то мысленно прикидывая, а потом спросил:

— Сливки вместо йогурта?

— Почему нет? — ответила я, уже загоревшись идеей. — Они смягчат вкус. Хотя, боюсь, такому блюду не хватит пикантности…

— А вот давай попробуем, — заявил Богосавец. — Возьмем у Михалыча огурцов и сливок, и попробуем.

10. Весеннее меню

В тот же вечер мы с шефом начали колдовать над супом для весеннего меню. После того, как работа в ресторане закончилась, и ушли даже посудомойки, я выгрузила из пакета огурцы, привезенные с фермы, достала из холодильника сливки, а Богосавец принес из теплицы, разбитой на крыше, пучок мяты, укропа и другой зелени.

Кинзу мы забраковали сразу — для этого супа хотелось более европейского, привычного вкуса. За основу взяли говяжий бульон, охладив его и процедив, чтобы не попало ни кружочка застывшего жира.

Я смешала бульон с натертым на крупной терке огурцом, добавила много мелконарубленой зелени и попробовала. Богосавец тоже попробовал, но смотрел на меня, ожидая, что я скажу.

— Слишком примитивно и грубо, — вынесла я вердикт. — Добавим сливки — и получится жир на жиру. Может, заменить основу водой? Или овощным бульоном?

— Тогда не будет сытости и не получится яркого вкуса, — возразил Богосавец. — Лучше добавим вина. Белого. Принеси из бара бутылку Дом Энн-Клод Лефлев, там на этикетке два петуха.

Я сбегала в бар, и Богосавец подмешал в основу для супа стакан вина.

— А теперь? — спросил он, и я снова попробовала.

— Лучше, — сказала я удивленно. — Вот уж не думала, что вино может настолько улучшать вкус мясного бульона. Это добавляет пикантности, и уверена, что сливки не будут чувствоваться так сильно.

Мы мигом взбили стакан сливок, подмешали в суп и еще раз попробовали.

— От этого супа будет немного кружиться голова, — сказал Богосавец. — Легкая эйфория в весеннем меню — то, что нужно.

— Не хватает остроты, — я попробовала еще ложечку.

И в самом деле — получилось необычно, но потрясающе вкусно. Всего-то огурцы, зелень, мясной бульон, вино и сливки. Пять составляющих, а какой результат!

— Можно варить бульон с острым перчиком, — предложил шеф.

Мы провозились с супом почти до утра, то споря, то соглашаясь друг с другом. Новые идеи проверялись опытным путем, что-то отметалось, что-то дорабатывалось.

Наконец, шеф решительно закрыл чашку и объявил: