Лунный Ветер (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 43

— Ты меня разыгрываешь, — сказала его дочь, замотав головой.

— Элль, ты идешь? — Клайв протянул мне руку, и я максимально аккуратно вышла из машины.

Должна признать, что приятно не слепнуть каждый раз от вспышек камеры, выходя из лимузина.

От этого я чувствовала себя обычной, ну или просто любовницей, как, собственно, и должна была себя чувствовать.

Мы прошли пару кварталов, из-за чего у меня жутко стали болеть пальцы ног, и увидели огромную толпу, выстроившуюся в очередь перед сооружением, которое оказалось громадным. Оно напомнило мне футбольный стадион.

Нам не нужно было стоять в очереди, и мы прошли через другой вход. В лифт вошли с Клайвом, и меня обрадовало, что Сеймуру пришлось остаться и подождать следующий.

— Он не даёт тебе покоя?

— Уже не так сильно, — пришлось солгать, я не хотела подливать ещё масла в огонь желания Сеймура.

— Хорошо, — Клайв подмигнул мне, и лифт замер.

Двери открылись, и мы оказались в частной ложе.

Там стояло много огромных кресел, напомнивших мне древние времена, времена гладиаторов. Я опустилась на указанное Клайвом сидение, он улыбнулся мне и жестом побудил сделать то же самое. Я глубоко вздохнула и сказала себе, что неважно, как все будет ужасно, улыбка не должна сходить с лица, пока не заболят щеки.

— Вот, — он протянул мне маленький футляр.

— Что это? — спросила я.

— Кое-что для защиты красивых глаз. Неизвестно, появится ли сегодня король Виверн.

— Спасибо.

Я улыбнулась и открыла футляр, понимая, что там лежат солнцезащитные очки.

Я надела их и порадовалась ещё больше, потому что они оказались очень темными. Настолько, что я практически ничего перед собой не видела.

Клайв — хороший человек, очень, очень хороший человек.

Казалось, прошло несколько часов до того как, наконец, что-то начало происходить. Началось все с коротких и просто чудесных танцев, и чтобы посмотреть на них, я даже сняла очки. Мне не нужно было притворяться, что это дарит мне удовольствие. Я испытала множество различных эмоций, рассмотрев в танцах своего рода спектакль. Пугающий и в то же время прекрасный.

Клайв держал меня за руку и улыбался каждый раз, когда я замирала от эмоций, однако я помнила, что даже это нужно делать с улыбкой.

Потом танцы закончились. Толпа бурно аплодировала и благодарила исполнителей.

Я тоже аплодировала.

— Надень очки, Элль, — шепнул мне на ухо Клайв, — и смейся, когда буду смеяться я.

Я кивнула и надела очки.

Я могла разглядеть, что что-то происходит. Ряд за рядом на арену выходили люди, Клайв приветствовал их, я повторяла за ним. Не забывая улыбаться.

Затем из динамиков донёсся громкий голос:

— Прекрасные представители Эвенпорта, Дэшпорта и Эйкенбороу.

Мы снова радостно закричали.

— Представляю вашему вниманию кандидатов 975-го пира в честь Жатвы.

Сердце загрохотало внутри, но я вложила в крик столько радости, словно от этого зависит моя жизнь, но даже и не думала снимать очки. Знаю, это ужасно, но если бы я так сделала, я не смогла бы сдержать протеста, чем сама загнала бы себя на арену.

— И первым идёт Питер из Боливии. Гадкий мальчишка уже совершил несколько преступлений, таких как: кражу у нашего Совета, насилие над красивыми дочерьми нашей земли и убийство лорда Северана — вы все его помните, да?

Толпа вновь приветственно забурлила, но Клайв не присоединился к веселью, что значило: Питер не делал ничего из сказанного, потому что он ещё маленький мальчик.

Я снова жадно вдохнула.

«Только не снимай очки, Елена. Только не снимай».

Следующей шла Дезире. Я пропустила, какие ужасы совершила она, но когда вновь послышались радостные возгласы, Клайв промолчал. Нужно узнать, какого возраста были дети, и кто сейчас ликовал.

Список зачитывался дальше. Когда Клайв присоединялся к веселью, я следовала его примеру.

Это было нечасто, но я понимала, что таким образом дети помладше смогут прожить до следующего раза.

Затем кандидатов поймали. Клайв вновь зааплодировал. Я тоже.

Мне очень хотелось их увидеть, но я понимала, что так разобью себе сердце, а мне нужно думать и о безопасности Энни.

Я услышала всхлипывания, и на глаза набежали слезы, но я быстро их проглотила. Трое кандидатов испугались того, что должно было произойти сейчас.

Открылись огромные ворота. Грохот буквально оглушил меня, а затем послышались рык и крики Виверн, как я поняла, которые заполонили арену.

Толпа возликовала, это было похоже на матч по американскому футболу.

— Сейчас нужно притвориться, Элль, — прошептал Клайв, и я закрыла глаза под очками, представив, что болею за «Балтимор Рэйвенс» против «Детройт Лайонс».

Крики полные отчаянья прекратились раньше, чем я думала. Матч не был честным. Люди даже не могли воспользоваться магией. Слезы подступили совсем близко, они готовы были пролиться по щекам, но я смогла их спрятать. Голос Сеймура звучал громче всех, он подначивал одну из Виверн, давал ей указания.

Мерзко.

Клайв нежно прикоснулся к моей руке. Вероятно, он чувствовал мое расстройство. Но я это преодолела, стала радостно кричать вместе с Сеймуром, а потом громко рассмеялась — искусственно — когда засмеялся он. Слезы от этого исчезли.

— Вот это круто, — сказал Сеймур. — Правда я очень хотел посмотреть, как побегает трехлетка.

Сердце замерло. Трехлетка.

Клайв осторожно снова усадил меня.

— Ты держишься невероятно хорошо, не позволяй Сеймуру все разрушить.

Я кивнула с застывшей искусственной улыбкой.

Из громкоговорителей снова послышался голос. Ведущий говорил о предательствах, причем о самых страшных, и я разглядела контуры повозок, загоняемых внутрь.

Я чуть опустила очки и разглядела стальные клетки-повозки, движущиеся на арену.

Толпа засвистела, я присоединилась ко всем.

Я с трудом могла разглядеть людей внутри, и все, о чем думала, это кто же они.

Когда они исчезли, мы все встали, и я снова улыбнулась, вернув очки на место.

«Трехлетка». Это все, о чем я могла думать, когда мы выходили из частной ложи.

— Клайв, и кто эта красотка? — остановил нас полный парень. Он казался таким же мерзким, как и Сеймур, отчего по коже побежали мурашки.

— Элль, это лорд Суонсон из Дэшпорта.

— Приятно познакомиться, лорд Суонсон.

— Старик, тебе точно нужно научиться делиться. Эта — просто сногсшибательная.

Я улыбнулась и захотела сглотнуть ком, но в горле пересохло. Почему все здесь считают меня красивой? Из-за волос? Мужчина поднял руку, чтобы прикоснуться к моему лицу, но Клайв остановил его своей тростью.

— Как ты сам сказал, я не люблю делиться, Тим.

Мужчина рассмеялся, а Клайв вывел меня из ложи.

Я едва сдерживала слезы, когда мы добрались до лифта, и мне захотелось снять очки.

— Если в твоих глазах слезы, Элль, не снимай.

— Как Сеймур может…

— Не знаю. Он таким раньше не был. Я больше не могу повлиять на него.

Лифт пикнул, и мы вышли.

Мне нужно было вытерпеть путь до лимузина, а потом болтовню Сеймура о празднике. Клайв ничего не мог сказать, потому что должен был притворяться, что все описываемое Сеймуром просто превосходно.

В животе что-то перевернулось, и я попыталась отвлечься на что угодно, только бы не слышать Сеймура.

А путь до дома казался таким длинным, и когда мы, наконец, приехали, Клайв чуть ли не выбежал из машины, чтобы я побыстрее оказалась в своей комнате.

Зайдя к себе, я сразу же сняла очки и уставилась на Клайва. По щекам медленно катились слезы, и, к моему удивлению, Клайв обнял меня.

— Знаю, на это нелегко смотреть. Ненавижу эти мероприятия. По крайней мере,

ещё четыре месяца мы не увидим ничего подобного.

Четыре месяца, их убивают каждые четыре месяца!

— Там, правда, был трехлетний ребенок?