Мой вечный Адам (СИ) - Долина Ярославна - Страница 12

Темир пожал плечами. Тесс кивнула. Он снял с себя куртку, постелил на сакральный камень и жестом пригласил ее присесть. Коленки как-то сразу ослабли, но Темир помог забраться на камень и залез следом. Воздух опять задрожал, звезды замерцали ярче. Странно, но находиться здесь вдвоем было не так уж просто. Камень был древним и гладким. Его края закруглялись, а поверхность была наклонной, поэтому друзья медленно соскальзывали вниз. Темир по-восточному подобрал ноги и усадил подругу прямо перед собой лицом вперед, крепко обнял, чтобы не упала. Тесс посмотрела на звезды.

- Как красиво. Чем же на самом деле являются эти маленькие белые огоньки?

- Я как-то слышал, - тихо ответил Темир, - что это глаза Бога. Так Ему удается все видеть и замечать.

- Но днем их нет, - спокойно возразила девушка.

- Нет, есть. Просто, мы их не видим.

Тесс не стала спорить. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Через несколько минут Темир услышал тихое сопение. Не рискнув спрыгнуть вниз и нечаянно уронить девушку на землю, он удобнее устроился на камне и прижал подругу к себе, чтобы не замерзла. Задумчиво глянул на звезды.

Созданы друг для друга, жить им вместе и не расставаться вовеки…

***

Просыпаясь, Тесс закрытыми веками почувствовала теплый яркий свет.

- Срам-то какой! – незнакомый резкий голос раздался совсем рядом. Девушка открыла глаза и обнаружила, что по-прежнему сидит на камне, а Темир обнимает ее. Обернулась к нему и услышала тихое:

- Давай выбираться отсюда, а то нас сожгут на костре. В мои планы это не входило.

Тесс проследила за его взглядом. Неподалеку стояли двое мужчин и женщина с маленьким ребенком. Судя по одежде, из крестьян. Рядом щипала траву козочка. Компания неотрывно следила за Тесс и Темиром.

Юноша проворно спрыгнул с камня и по-военному кивнул: - Доброе утро, господа!

Подал Тесс руку, она оперлась, тоже спустилась. И друзья быстро исчезли в противоположной стороне.

В лагере давно потух огонь. Тесс села на Адель, Темир - на Зорка. И поскакали в сторону дома. Отъехав на достаточное расстояние, Тесс замедлилась и недовольно спросила:

- Куда ты спешишь? Не все ли равно, что о нас подумают незнакомые люди?

- Нет, не все равно, - серьезно ответил Темир. – Вернее, тебе это совсем не должно быть безразлично.

- Почему?

Темир недоуменно покачал головой.

- Когда-нибудь узнаешь.

Тесс вздохнула. Ее друг опять стал напряженным и чужим. А она, глупая, подумала, что он за эту ночь пришел в себя.

Подъезжая к большому гранитному дому Лонгфордов, Темир и Тесс еще издали заметили бегающих по двору слуг. Когда друзья въехали в кованые ворота, паникующие вдруг замерли и посмотрели на молодую пару с удивлением и подозрением.

- Что случилось? – громко спросил Темир, спешиваясь. Никто не проронил ни слова. Слуги продолжали с любопытством изучать их.

- Вы слышите меня?! В чем дело!

Первым заговорил мистер Дейл.

- Ваш отец … - неуверенно сказал он.

- Что же он? – похолодела Тесс и проворно соскочила на землю.

- Он при смерти. Сердечный приступ. Мистер Корт, доктор, говорит, что ваш отец не доживет до утра.

- О, Боже… Это я виновата.

Темир сжал ее руку:

- Мы вместе. Пойдем проведаем его.

В поместье воздух был тяжелым и горьким на вкус. Комнаты выглядели мрачными. В желтой гостиной возле камина в кресле громко навзрыд плакала Элизабет. На ней было простое темное платье. Дети осторожно зашли.

* Мама… - начала Тесс.

- Посмотрите, что вы наделали! - перебила Элизабет. Столько ненависти было в ее голосе. - Норман умирает по вашей вине!

- Не говори так…

- А как мне говорить с тобой?! И как ты смогла вернуться в этот дом после того, что сделала?

Тесс всхлипнула.

- Миссис Лонгфорд, - Темир шагнул вперед. – Не вижу ничего предосудительного в том, что сестра и брат совершили путешествие. Я достаточно силен и знаю эти места. Тесс была в безопасности. К тому же, мы оставили записку.

Элизабет смерила его взглядом, полным ненависти.

- Уйдите. С моих. Глаз.

Тесс выбежала из гостиной, Темир догнал на лестнице. Молча поднялись в спальню Нормана Лонгфорда.

Отец лежал неподвижно в постели, смотрел в раскрытое окно на поднимающиеся волны. Его лицо было бледным. Ветер слегка волновал поседевшие волосы.

- Папа! – Тесс бросилась к нему.

- Дочка, - он облегченно выдохнул, дрожащей рукой погладил ее по голове. – Слава Богу. С тобой все в порядке?

Тесс кивнула. По щеке покатилась крупная слеза. Темир молча наблюдал в дверях.

- Сынок, подойди, - тихо сказал мистер Лонгфорд и протянул юноше руку. Темир двумя шагами пересек комнату, присел на колено.

- Отец, простите. Вы должны были приехать через неделю, а мы к тому времени уже бы вернулись. Мы ни за что не стали бы умышленно волновать вас.

Мистер Лонгфорд кивнул, положил его руку на маленькую белую кисть дочери.

- Благословляю вас, дети, - с трудом проговорил он. – Живите в мире и согласии.

Тесс удивленно подняла голову, посмотрела на смуглую руку Темира поверх своей и перевела взгляд на отца.

- Я умираю, - совсем тихо прошептал он, - и хочу, чтобы вы были счастливы. Вы еще не понимаете, не все знаете… Но когда придет время… обретете друг друга… Помните, что я благословил вас…

С этими словами он закрыл глаза и тяжело выдохнул. Тесс все ждала, что он снова сделает вдох и заговорит, но отец лежал неподвижно. Девушка испуганно отпрянула и задрожала. Темир сжал ее руку. Тесс бросилась ему на грудь и громко зарыдала.

***

Смерть мужа сделала Элизабет полноправной хозяйкой Лонгфорд – Холла. Дел было много, поэтому присматривать за Темиром и Тесс пока не получалось. В то же время, между друзьями установились странные отношения. Испытав боль от потери отца, Тесс стала панически бояться за второго самого дорогого человека. Она старалась проводить с Темиром больше времени, помогала в конюшне, когда он позволял, готовила ему чай с вишней и корицей. Друг по-прежнему опекал ее, но был скрытным и напряженным. Стоило Тесс появиться поблизости, как юноша становился сдержанным и раздраженным. Он больше не звал ее бегать по полям или дурачиться в конюшне, не кружил ее в воздухе и не играл в рыцаря и принцессу. Тесс едва сдерживала слезы, когда видела Темира, выезжающего за пределы поместья верхом на Зорке. В одиночку. Без нее. Когда же девушка ловила на себе его взгляд, в его глазах не было прежней теплоты и задора. Они были грустными и измученными. А Тесс тем временем пришла к пониманию, что Темир никогда в жизни не был нужен ей так сильно, как сейчас. Мельчайшие детали его внешности, на которые она раньше никогда не обращала внимания, стали вдруг слишком заметными. Это, вроде, был тот же Темир. И в то же время совсем другой. Тесс изучала друга. Его ресницы были длинными и в сочетании с темными волнистыми волосами, которые юноша собирал в хвост, волновали ее. Спина Темира была широкой, и во время работы на ней перекатывались мышцы. Тесс нравились его сильные руки с красивыми длинными пальцами. Она не могла насмотреться на них, когда Темир записывал за ней тезисы урока миссис Коуп. Когда его черные глаза встречались с задумчивым взглядом Тесс, юноша хмурился и исчезал.

Элизабет тоже заметила охлаждение в отношениях Темира и Тесс и была этому настолько рада, что решила не выгонять приемного сына из дома - он так славно справлялся на конюшне, что найти замену было бы сложно. А забот у Элизабет и так хватало. Темира стоило женить. Благо что девушек было хоть отбавляй - похоже, красавицы со всех окрестностей положили на него глаз. И не только красавицы… Элизабет устало отложила в стопку очередное предложение о брачных переговорах. Брак приемного сына с богатой наследницей мог бы хорошо отразиться на семье Лонгфорд. Для дочери же супруг был давно найден. Стоило только дождаться окончания траура по Норману Лонгфорду…

До Тесс доходило немало слухов о скорой свадьбе Темира. Предполагаемые невесты каждую неделю были разными. Девушка чуть не разорвала на кусочки горничную Шарлотту, которая три дня назад сообщила, что Темир женится на мисс Анабель Ричи. Ее огромный фамильный особняк находился недалеко от Лонгфорд-Холла. Разумеется, отец мистер Николас Ричи, не горел желанием выдать свою дочь за небогатого своенравного юношу. Да еще и слухи о его матери. Однако, Анабель настаивала, и отец сдавался. Будучи не в силах больше слушать уговоры дочери, он обсудил возможность брака с миссис Лонгфорд. Элизабет оценила размер приданого, древность самого, собственно, рода и дала добро.