Остров V (СИ) - Марченко Ростислав Александрович - Страница 26

— Это вы про наряды дам, Ваше Высочество? — иронично улыбнулся канцлер двора принцессы фер Эгольд ан Диргенхойт, высокий, широкоплечий мужчина с видимым возрастом около сорока лет и реальным под семьдесят.

Принцесса модницей не была. Воспитывающей девушку с колыбельки и ныне занимавшей должность гофмейстрины[13] двора супруге канцлера, конечно, удалось приучить ее следить за модой, пользоваться косметикой и не шокировать общество на балах и приемах брючными костюмами и кожей, но на этом ее успехи заканчивались. Непонятным для всех образом Ее Высочество к десяти годам стала «пацанкой» и, что еще более важно, повзрослев, вовсе не торопилась отказываться от «мальчишьих» привычек. Оправдывалась она желанием быть похожей на «бабулю Теуту», на которую, кстати, была довольно похожа внешне и прочих знаменитых воительниц. Император на это одобрительно улыбался, так на грязь сплетен Несса не обращала особого внимания.

Если точнее, то не обращала до самого недавнего времени.

В девятнадцать незамужний статус ее в общем не волновал. Равный брак даже праправнучке Императора заключить непросто, насильно отдавать Ее Высочество за несимпатичного кандидата никто не собирался, ибо род Йоларов был достаточно большим, нежные души среди потенциальных женихов отпугивала ее репутация, так что девушка воистину наслаждалась свободой. До той поры как Император не счел ее идеальной избранницей для рейгердского наследного герцога Йорга ан Деннина, отец которого в очередной раз разругался с своим королем. Включавший в себя добрую треть герцогства Наксбер был аллодом и тем самым давал право Деннинам на пурпур в гербе.

Разница в возрасте между молодыми составляла менее пяти лет. Кир Йорг не особо блистал на турнирах, но неплохо проявил себя как полководец, в общем, после правильно преподнесенной информации и удачного портрета потенциального супруга девушка была полна надежд, что брак будет удачным. И так, наверное, и вышло бы, если бы жених умел следить за своим языком во хмелю.

Волочение молодого герцога за юбками придворных дам при соблюдении приличий никого не интересовало. На загулы в борделях до поры тоже можно было закрывать глаза. Но когда влюбленный прилюдно заявляет — «Мне плевать, даже если через невесту прошла пара центурий! Сражаясь за меня, кровью расплатятся! А вот проследить, чтоб наследник был от меня, я сумею!», это называется политическим скандалом и смертельно обидеться может не только девушка, но и ее сидящий на троне предок.

Что бы там молодой человек не думал, абсолютно ничего хорошего в Империи после проявленного к императорскому роду неуважения кира Йорга не ждало. Но, к счастью герцога, прежде чем Император придумал, что с ним и его отцом делать, «заклятые подружки» довели суть слов жениха до самой заинтересованной стороны…

Слезы принцессы они, конечно, увидели, но немного не рассчитали последствий.

В конечном итоге непритворно рассерженный Брейден I наказал Ее Высочество высылкой в провинцию вовсе не из-за жениха, опозоренного и измолотого учебным мечом в кашу, а за то, что она мало того что поторопилась с наказанием, так еще и не проявила должной фантазии.

— Мужчины еще страшнее! — девушка раздраженно отмахнулась от канцлера сложенным веером. — Вижу, что платье некоторых еще их деды носили.

— А вот это вряд ли! — возразил канцлер. — Уж кого из благородных господ тут нет, так это нищих. Всего лишь провинция.

— Значит все еще хуже. Теперь они будут сорить деньгами и жрать друг друга, пытаясь пролезть не в постель моих фрейлин, а в мою.

— Не все.

— Фер Эгольд, вы это серьезно? — Ее Высочество иронично подняла красивую бровь. — Хотя если кто-то предпочитает мальчиков…

— То вам пригодятся и они. — перейдя на серьезный тон закончил за нее фразу канцлер.

— И чем же? — из упрямства «не поняла» его девушка.

— Да хоть их задницей. — покачал головой фер Эгольд. Чужих ушей рядом не было, так что с воспитываемой им в качестве родной дочери девушкой можно было разговаривать без обиняков. — Или, если вам будет угодно другими частями тела. Пока вам уже привыкать, что для трона нет разницы между рукой и жопой.

Несса залилась смехом. Фер Эгольд на это только вздохнул, в какой уже раз подумав, что именно он виноват, что она выросла дикой розой. Как жена не старалась, легионы супруга не отпускали.

— И кто же мне будет служить крепкой рукой, а кто упругой задницей? — продолжала веселиться воспитанница.

— Так вы еще не знаете, Ваше Высочество? У вас было целых три дня, чтобы это сделать.

— Дядюшка! — девушка уняла веселье и сделала умоляющие глазки. — Ты прав. Ты всегда прав! Но все же!?

Как таковой, канцлер принцессе дядей не был. Тетей девушке приходилась его супруга, да и она непризнанно. Но Йолары кровью рода не разбрасывались, и своих бастардов не забывали. В сущности, отношение к ним мало чем не отличалось от отношения к сменившим герб имперским князьям и графам. Разве что положение в роду и Империи занимали ниже. Ходили слухи, что Император даже предпочитал своих незаконных потомков признанным. Типа ублюдки всем, что дали всегда довольны, в то время как законные потомки даже изо рта кусок готовы выдрать.

— Детство кончилось, Ваше Высочество! — Фер Эгольд перешел с воспитанницей на официоз после первой же сплетни об их связи. Но в удовольствии втихую утопить запустившую ее парочку он себе тоже не отказал. — Его Императорское Величество признал за вами силу и право. Теперь вы сама себе хозяйка и разобраться, кто на что годен из ваших будущих слуг должны были без моих напоминаний.

— Я же сказала что ты прав, дядюшка! — надула губки принцесса. — Фер Эгольд, может быть тебя успокоит, что про девушек ты мне ничего нового не расскажешь?

Канцлер приятно удивился.

— Вы же меня не обманываете, Ваше Высочество?

— Скажете тоже, дядя. Мужчин я просто отложила на потом.

«Дядя» довольно улыбнулся. Возможностей разнюхать, кто из мужчин-кандидатов чем дышит у принцессы действительно было немного. Значительно меньше чем у него.

— Тогда с них и начнем.

Девушка улыбнулась.

— Что вы там видите, Ваше Высочество?

— А кого ко мне могут прислать? Вторые, третьи, четвертые сыновья. Нет прав на наследство, зато есть деньги родни и большие амбиции. Частью успели перезнакомиться и заключить союзы. Их сейчас вижу… — девушка с сомнением пожевала губами и уточнила. — Пять. Одиночек треть, это еще пара компаний. Первого из этих блестящих провинциалов соперники меньше чем через неделю прикончат. За пару месяцев убудет где-то треть. От глупых и слабых избавимся через месяц.

— Хм… — с сомнением покрутил головой канцлер. Он бы расширил вилку «от трети до половины», пусть и не все выбывшие будут убиты.

— Я вас с нянечкой всегда внимательно слушала, фер Эгольд! — польстила принцесса.

— Тогда… — Канцлер задумался — Охарактеризуйте ваших будущих слуг подробнее, Ваше Высочество. Кто тут на что годится? Начните с самой вам симпатичной компании.

Принцесса задумалась, подозревая подвох. И правильно подозревала. «Дядюшку» она знала.

— Высокий красавец альвийских кровей в темном бархате. Рядом с ним крепыш-шатен пониже и двое брюнетов. Выглядят крепкими и смелыми мальчиками. Полукровка волокита, парочку фрейлин мне непременно испортит. Я эту шайку к егермейстеру отправлю, пусть свои силы на зверей, а не дам тратят.

— А что не к маршалоку? — улыбнулся фер Эгольд.

— Для стражи эти четверо не лучший выбор. Уж в этом я разбираюсь.

— Согласен. На поле брани фер Алвин ан Нейд ничем особенным не блеснул. И вряд ли когда блеснет. Но славу завзятого дуэлянта успел заслужить. Двоих говорят убил, троих ранил.

— Он рыцарь? — удивилась Ее Высочество.

— Таких среди прибывших к вашему двору благородных господ трое. Сумеете угадать еще двоих?

Принцесса задумалась.

— Рослый здоровяк у противоположной стены, вокруг него девушки и молодые люди толкутся. Второй, это тот плечистый крепыш с длинными волосами в полосатом дублете, которые были модны в предыдущем столетии. — Девушка задумчиво почесала ушко веером и уточнила. — Либо этот вон круглолицый юноша в черном с серебром. Кто из них точно, не могу сказать.