Огнем и мечом (СИ) - Марченко Ростислав Александрович - Страница 46

— Я не кровожаден и против остроухих лично ничего не имею. Вы двое мне не враги так что…

— А не лично? — намекнул на интересы богини шрамоносец. Что было, кстати говоря смело. Количество моих людей в зале он уже мог оценить.

— Я с вашим родом в родстве, — хмыкнул я. — К этому относятся с пониманием.

«Лицо со шрамом» подавилось словами, которые хотело произнести.

— Без всяких шуток. — Усмехнулся я. — Так что дурной крови на моих руках нет. Поэтому давайте хлебнем пивка, а оно здесь отменное, хлебушек переломим[25], о жизни поговорим и не будем друг друга опасаться. Не имею ни малейшего желания вас за только что виденное порешить. Кое — кому из ваших князей мое имя и так известно. Ну а если вы отринете желание не только вспороть мне брюхо…

Альв помладше имел совесть смутиться. Он, для большей убедительности в дискуссии вытащил свой кинжал из ножен. Как ему при этом казалось незаметно.

— … но и пустить стрелу в спину, все вообще будет прекрасно.

— Непохоже что вы нас боитесь, — ответил «Скарфейс»

— А я и не боюсь. Это вам надо бояться. — Обвел я остроухих насмешливым взглядом. — Если на это рискнете благородные таны, то вам обязательно нужно куда надо попасть. Я ведь если выживу, зло на вас затаю…

Пьянка удалась настолько, что таны Ниван ап Киннаннан (тот, что выглядел немного моложе) и Лиах ап Скаллах (тот, что «лицо со шрамом») решили в Крунде чуточку задержаться. Причем самым смешным в этой ситуации было то, что опасаться они меня не перестали. Что там бурлило в головах у этих адреналиновых наркоманов неясно, но остались они явно только для того чтобы бухнуть с раз за разом ставящим их в ступор хеленитом.

Альвы тоже были наемниками, решившими послать все нахер и испытать судьбу в большом мире. Причем удачу они решили испытать по хардкору, не в составе «альвийской» наемной тагмы, а самостоятельно. В душу я им не лез, но судя по всему, парни были из «младших семей» — альвийских министериалов[26], так что теряли от такого выбора немногое, а приобрести могли ровно наоборот. Когда остроухих мало, они как то более заметны, в конце концов.

Наемничали друзья уже около двух лет, но некоторое время назад в их жизни наступила черная полоса. Тагму где они начинали служить застигли врасплох и изрубили рейтары какого — то там, я спьяну не запомнил фамилии, имперского графа в очередной межевой войне. Потеряв друзей, коллег и толкового командира с его патентом, заматеревшие уже наемники нанялись конниками в пехотную роту. Пехоте с тем же графом тоже не повезло. Разве что в этот раз капитан угодил в клетку, а не могилу. В еще одной роте они протянули два месяца, пока пару дней назад не рассорились с ее капитаном. И вот теперь поспешали они в самый что ни на есть Бир — Эйдин, в надежде, что на тамошней Бирже найдут неплохой наемный отряд и оставят позади все свои неудачи.

— О! — Сказал я, мысленно ловя ха — ха от ситуации и гадая, хватит ли у моих остроухих друзей запаса смелости и на завтра. — А ведь я знаю отличную роту! Могу вас капитану порекомендовать. Хорошие конники там нужны. С ее командиром не пропадете.

Отирающийся рядом Даннер отвернулся не давая альвам увидеть улыбку.

— Что за рота, кто капитан? — Напрягся тан Лиах, он был немного трезвее и периодически закатывал глаза в охренении, с кем пьет и ведет неторопливую беседу о жизни.

— Так «Вепри Бир — Эйдина», капитаном там сын префекта Внутренней Стражи города. — Мысленно улыбаясь, сказал я.

В итоге, ближе к полудню следующего дня в Бойгендэйл выехал не только согласившийся взять на себя роль официала Империи в нашем конфликте уездный судья с шестью констеблями[27] охраны и я со своими людьми, но и два мающихся похмельем случайных альва. Последние, по всему видать на трезвую голову от моего предложения хотели отказаться, но обнаружив себя в компании слуги закона, почему — то передумали. Судя по кислым физиономиям уже через половину часа начав проклинать себя за это.

А вот глупые юноши меня к счастью не побеспокоили. И я был очень этому рад.

— Мастера осадных машин наняли, фер Вран? — заинтересовался судья разбросанными останками требушета перед полуразваленной башней.

— Не требовалось, — покачал я головой, — первый лейтенант «Вепрей» имеет полное право им себя называть.

— Хорошая рота, — подумал вслух собеседник. За спиной зашушукались.

— Не жалуюсь.

— Ну, вам ли жаловаться! У капитана лен видимо уже есть?

На остроту слуха фер Феррин ан Ниган и сам пожаловаться не мог. А растрепали остроухим мои бойцы немало. Те от потоков откровенности, кстати говоря, успокоились, так что представление им Дейна Коранна хеленитом этого спокойствия не поколебало. Благо, что вел он себя в их присутствии абсолютно спокойно и даже неприязни во взгляде не допускал. Случай с Айлин видимо здорово поколебал картину мира у сына жреца.

— Нет, у капитана его нет. — Хмыкнул я. — Походит по миру, людей посмотрит, себя покажет, невестой хорошей обзаведется — а там и для обзаведения недвижимостью время наступит. С толком делить свое время между фьефом и ротой не получится. На молодую жену его оставить это не глядя рога отращивать. Это если не удавят коли не вовремя вернешься.

Окружающие захохотали.

— Сами — то женаты, фер Вран?

— Грешен. — Вздохнул я. — Как раз перед походом сходили в храм.

— В Бир — Эйдине вас ждет жена?

— Родня к себе забрала. — Отрицательно покачал я головой. — Ей одной сейчас находиться опасно.

Тут нам пришлось прерваться.

Вонь с площадки, где я покрошил ополченцев была по — настоящему осязаемой. Их без хозяина никто конечно не хоронил. Над распухшими почерневшими мертвецами зудела целая прорва мух, понизу шныряло мелкое лесное зверье. Однако удивился Его Честь только с количества.

— Кем бы эти подданные Императора не были, как судья массовой казни не одобряю.

— А ее тут и не было. — Равнодушно пожал я плечами. — Я по горам заслон обошел и по ночи застиг эту сотню врасплох. Это ведь разрешается в межевых войнах?

— Вы?

— Я второй лейтенант в «Вепрях», это моя работа ходить в рейды.

— А не много ли трупов для ночного налета?

— А не глянете ли на ограду площадки? — холодно улыбнулся я. — После захвата ворот эти неудачники даже разбежаться не могли.

— Прорваться не пытались?

— Было дело, — кивнул я и махнул рукой в сторону «своих» трупов, — там вон и мне мечом пришлось помахать. Но через ворота никто не ушел.

Судья, зажимая рот и нос носовым платком, присмотрелся к покойникам и покачал головой. Труп с отсеченными одним ударом ногами сейчас впечатлял как бы не больше чем в свою бытность свежим.

— Ну и воняет. Фер Вран, вы же не будете возражать, если мои люди здесь все осмотрят?

— Ну, если это ваш долг, Ваша Честь…

— Увы, увы. — Фальшиво вздохнул фер Феррин.

— Угощайтесь. — Безразлично махнул я рукой и дал коню шенкелей. Вести словесный поединок посреди трупной вони и облака отъевшихся на мертвечине мух не было никакого желания. Ну а что касается следов массовой казни пленных, то их здесь не было. Да и быть не могло.

А вот возле замка трупы уже убрали. Пообещавший мне присмотреть за хозяйством «фер Фергус» приставил к работе томящихся в тюряге мужчин. Мертвецов по — быстрому соскладировали по подвалам и погребам близлежащих «бедных» домов и благополучным образом те спалили, придавив образовавшиеся братские могилы камнями и золой.

В прочих вопросах изголодавшийся по живому делу нелегал тоже не подкачал. Над воротами замка, например, блестел свежей краской треугольник декоративного «норманнского» щита, с моим гербом намалеванным на нем. Впрочем, тут «феру Фергусу» чувство меры чуточку отказало и раскрасить красной краской глазницы адамовой головы он не постеснялся.