Жизнь под крылом смерти... (СИ) - Марченко Ростислав Александрович - Страница 42

— Я простил бы необдуманные слова, но оскорбления смываются кровью. — Обдумал предложение, но все же продолжил гнуть свою линию мой новый враг.

— Когда барахло, которое некто желает прибрать к рукам лежит в чужом сундуке, а не своем, это, безусловно, оскорбительно. — Хмыкнул я, наконец — то спровоцировав у фера Ларта всплеск эмоций. О подобных мотивах, как и о кунилингусе, в брутальном мужском обществе говорят только с очень близкими друзьями.

Фер Конан поморщился, бросив на него тяжелый взгляд. Иллюзий по причине конфликта он видимо не испытывал. Да и большинство благородных рыцарей наверняка тоже.

— Как лицо и представитель Императорской власти еще раз предлагаю вам примириться! — В этот раз ан Штальм обратился ко мне.

Мне, впрочем, тоже было плевать на его грозный вид.

— Если я начну прощать людей, возжелавших вывернуть мои сундуки, воры к этому очень быстро привыкнут.

— Вам самому стоило быть вежливее. Этот мотив только ваша фантазия!

— А вот картель, который мы так единодушно договорились составить — нет. — Пожал плечами я. — Секундантом ко мне пойдете? Мне нужен человек чести.

Растерявшийся от такой наглости Конан снова поморщился. В подобных обстоятельствах комплимент, если честно был так себе. Предложение тем ни менее он обдумал, после чего устало махнул рукой.

— Завтра поговорим.

— Мы уже договорились разрешить разногласия не откладывая.

— Потерпите. Как лицо над вами начальствующее на сегодня поединок вам запрещаю. Если посмеете нарушить запрет — всех причастных сгною в крепости. А сейчас возвращаемся.

Появилось такое ощущение, что фер Ларт хочет выматериться. Ага, теперь на опережение сыграть будет непросто, соответственно конфликт становится экономически невыгодным. А вот выйти из него будет проблемой — ибо наговорили мы слишком много, и я о нем в том числе.

— Убедительно, — заключил я.

Враг согласно кивнул.

Впрочем, обсуждаемый нами дуэльный договор в любом случае нужно было еще составить, надлежащим образом заверить и подписать. Бумага у меня с собой была, сомнительные юридические формулировки при роте наемников в дополнение к гербовой печати особого значения не имеют, однако если мне дают возможность сделать все так, чтобы комар носа не подточил, то почему бы и нет. Особенно если фер Конан условия нашего поединка заверит.

Ставить свою роспись и печать на договоре ан Штальм отказался, но вместе с Гуином ан Ангером взять на себя обязанности секунданта возжелал. После чего парочка популярно объяснила отбитому во всех смыслах Ларту ан Роуксу какие обязательства предлагаемые мной формулировки могут наложить на его родственников. Сказать, что «если бы взглядом можно было испепелить, меня бы за секунду унесло ветром» значит, ничего не сказать. Толкущихся рядом боевых друзей фера Ларта впечатлило не меньше, но они отнеслись к попытке развода товарища достаточно философски. Кое кто по всему было видать, задумался о перспективах самому провернуть такой трюк.

В общем, благодаря неспровоцированной подлянке от влезших в мою жизнь аборигенов с картелем не срослось, и я остался без своего фьефа. Собственно, мы только благодаря присутствию ан Штальма и ан Ангера прямо на месте рубить друг друга не стали. А лист, на котором мы составляли наш договор, так и остался недописанным.

— Никогда вашего брата не любил. — Буркнул я контрразведчику разрывая бумагу на клочки. — Страны меняются, а вы все те же. Хлебом не корми, чтобы говна подбросить.

— А если за фером Лартом будет победа? — Развеселился госбезопасник. — Картель действует в обе стороны.

— А он сможет? — Усмехнулся я.

— Благородный Роукс весьма неслаб в благородных искусствах. — Нервно пригладил ус фер Гуин.

— Если только раной отделаешься, что у тебя останется? — Обосновал свою позицию заботой о моих же интересах ан Штальм.

— Да я тебе еще и спасибо сказать должен? — Удивился я.

— Конечно! — Фер Конан по — прежнему улыбался, но теперь от него тянуло угрозой.

— Увы, я сегодня не в настроении. У меняв планах убийство.

— Так замиритесь. — Снова включил свою шарманку госбезопасник. — Поединок до первой крови удовлетворит всех.

— Положение у меня больно уж людоедское. — Не стал я плести словесные кружева и сказал все, так как есть. В свете настойчивости людей, приличные межличностные отношения с которыми мне хотелось сохранить, это было нелишним. — Я не заросший жиром рыцарь из никому не нужной медвежьей дыры, я профессиональный наемный солдат, который вынужден заботится о репутации.

— В поединке до первой крови твоя репутация не пострадает. — Ан Ангер тоже являлся активным сторонником примирения.

Еще раз, обдумав ситуацию, я безразлично пожал плечами.

— В принципе в пешем поединке буду не против. — Я был не то чтобы крут, на местном фоне я был мега крут, но сходиться с профессиональным воином в конном поединке мне было рановато. Это совсем не пехоту рубить, причем очень желательно бегущую.

Чтобы в последний момент пожелать конный поединок у моего врага мозгов вполне могло и хватить.

— Но, чтобы я озвучил эти условия, не ждите.

— Этого не понадобится. — Обрадовался фер Гуин.

— Ну — ну.

— Не ну — ну, а не понадобится. Я все — таки интересы фера Ларта здесь представляю.

— Задет.

Гуин усмехнулся и ушел к своему доверителю. Ан Штальм остался со мной, так что нашлось время потрепаться.

— Я вижу, вампиры нечасто здесь вурдалаков подсылают?

— Так как с нами произошло? — Госбезопасник охотно поддержал разговор. — Совсем такого разворота не ожидал. Письма фер Хёгг своей рукою писал.

— Старый вамп, — согласно кивнув, озвучил я свои подозрения. — Хитрый.

— И сильный. — Ан Штальм поморщился и повторил. — Очень сильный.

— И вы, конечно же, ничего про него не знали, — загорелось во мне ретивое потроллить собеседника в отместку за срыв бизнес — плана.

Госбезопасник предпочел сойти с темы.

— Уже неважно. Теперь все вокруг его будут искать. В сотнях лиг окрест.

— Все так серьезно? — Вслух удивился, но не поверил я.

— В Бир — Эйдин идет легион, чистить нелюдь. Ан Феллемы в городе не последняя семья, родня капитану не писала, что там в какой — то элитной ресторации вампов опознали и большой кровью дело закончилось?

— А зачем ему про это было писать? — Уже непритворно изумился я. — Это мы с кэпом там ту четверку порешили. Других жертв не было.

— И тут вы?! — Подскочил на месте ан Штальм. — До чего же оказывается тесен, этот мир!

— Согласен! — Скромно развел руками я.

— Только не говори мне, что там именно ты вампира вилкой заколол!

— Да, я.

— Блять! И что нашим баранам стоило имена ваши в циркуляре упомянуть!

Я, молча, пожал плечами. Ан Штальм довольно потер руки.

— Про эту битву на вилках ты обязательно должен мне рассказать. В подробностях.

— На сухую будет непросто, — ухмыляясь, воспользовался я своей популярностью.

— Хорошее вино я тебе найду. Но молчали вы с капитаном зря.

— Известность меня не особенно волнует. А что солдатики перед тобой языками не трепали весть очень приятная.

— Не соглашусь. — Стал серьезным мой собеседник. — Знай фер Ларт ан Роукс про тебя чуть больше, ссоры бы не искал.

— А вот нож под лопатку тогда можно было ожидать. — Обрезал я его нотацию. — Этот человек нацелился на мое имущество, если ты помнишь.

— А ты на его. Так кто из вас больше поединка искал? Ты или он?

Я постарался не показать, что немного смутился. Вероятность что мы сначала сцепились и только потом нагретый сбежавшим Эррисом фер Ларт решил воспользоваться ситуацией все же присутствовала.

— Если у тебя мания преследования, это совсем не значит, что за тобой не следят. — Разумеется, оправдание себе я нашел, человек XXI века как — никак.

В оригинале разве что была паранойя, но данного термина в имеющемся у меня словаре не было.