Дороги наемника (СИ) - Марченко Ростислав Александрович - Страница 51

«Ночь ужасов» почти весь командный состав роты пережил благополучно, навсегда выбыл один только мой бессильный ненавистник Лич, честно пытавшийся остановить конников фера ан Дреса у рогаток и получивший булавой по голове с такой силой, что смятый шлем с трупа перед похоронами даже снимать не стали. Проблема с единственным моим стоившим внимания в роте недоброжелателем, разрешилась сама собой. Особенно долго на речном берегу сидеть не пришлось. Единственное что немного забавлял вновь возникший интерес сослуживцев к цвайхандеру. Просвещать боевых друзей, что кнехту, найденному рядом с моей палаткой, вместе с его конем я не одним ударом головы отхватил, у меня от неожиданности не хватило скромности — благо спросить напрямую никто не догадался и врать или признаваться не пришлось.

Короче говоря, когда я, отойдя к лагерному ограждению, мылся после тренировки, поливавший меня водой из ковшика малыш Даннер довел новости согласно стоящих перед ним задач.

— Йон расспрашивал, что в вашем сундуке хранится. На болтовню разводил, сказал, что разок там диадему видел, только какую рассмотреть не успел.

— Ах ты, сука какая! — Ухмыльнулся я. — Хитрый какой говнюк. Что в ответ сказал?

— Диадемы не видел, — хихикнул паж, — одежда, книги к остальному не присматривался. То, что вы разрешили говорить.

— И как?

— Завздыхал, точно говорит, знаю, что господин настоящий высокородный, а не простой беспоместный рыцарь. Прямо гложет, говорит узнать, кому на самом деле служим, может вы граф какой — то или даже герцог. От врагов в наемниках скрываетесь.

— Неглупо с его стороны. Ты?

— Сделал вид, что сильно так задумался. Йон буркнул, что если диадема у вас герцогская, то преданный слуга, когда свое вернете, наверняка герб легко получить сможет. Потом отстал.

— Эмрис что?

— Не при нём разговор был, Ваша Милость.

— За ним самим не было заметно ничего подозрительного?

— Ничего, фер Вран, — замялся парнишка. — Дядька Дай верный слуга, он никуда не лезет.

— Ну, ну. — Покачал я головой. — Если верный слуга спалится на нехорошем, ты дядьку Дая только покрывать не вздумай. Я даже против Йона почти что, ничего не имею. Ну и что, коли наушничает кому — то, в башне он мне честно спину прикрывал. Хватит ума вовремя второму хозяину отказать, даже пинка под зад не получит. Знал, на что шел, когда «надежных людей» в слуги просил найти.

— Йонни вас побаивается, фер Вран. — Хорошенько обдумав мои слова, решил окончательно закрыть тему надежности своих боевых товарищей малолетний Абакумов.

— Ну, еще бы, с такой — то работой. Только совать свой нос в мои дела не прекращает, козел.

Мальчишка в этот раз решил не отвечать.

Нейл практически каждый день подтверждал, что оказался отличным приобретением. Его основными плюсами были даже не контактность и образование, а хорошие мозги, очень неплохой для его возраста и положения кругозор и великолепное понимание жизни, в том числе и воинского лагеря. Поставленной перед ним задаче помочь выяснить, кто из слуг меня «освещает», мальчик ни на йоту не удивился. Даже более того, удовлетворенно признался, что контрразведывательное обеспечение нанимателя входило в отцовский инструктаж. Старый солдат с его жизненным опытом «выкупил» мой психологический портрет достаточно хорошо, чтобы признать проблему работающих на двух хозяев и просто чересчур много болтающих слуг весьма актуальной и порекомендовал сыну неплохой способ приподняться в глазах господина.

С фрейей Айлин удалось впервые полноценно пообщаться только за ужином, когда моя пленница и единственная благородная женщина в лагере по очевидным причинам была приглашена за офицерский стол. Силой даму никто тянуть не собирался, в отказе она была вольна, однако воспользоваться приглашением согласилась. Насколько охотно, сказать было непросто.

Пусть даже наши доблестные воители и добрались до сундуков красавицы, вытряхнув из них все сколько ни будь ликвидное, капитан глумиться над пленницей себе не позволил, дав ей выбрать для гардероба несколько платьев попроще и собрать не сильно ценные личные вещи. На первый свой званый ужин одно из этих запасных платьев, простенький «домашний» льняной сарафан с вышивкой и траурным черным платком на лебединой шее она и надела.

— Новое платье вам очень к лицу, — заметил я, когда отдав дань вежливости, помог присесть фрейе на табуретку за заново смонтированным плотниками офицерским столом возле палатки командира. На столе было накрыто и уже успевшие распить кувшинчик ан Феллем с Хораном, пусть и некуртуазно, однако без всяких нехороших подтекстов тоже поприветствовали даму.

— Спасибо, мне это известно, — куснула фрейя Айлин меня в ответ, показывая, что уже немного пришла в себя.

Как мне докладывали, на похоронах мужа в истериках она замечена не была, разве что слезинки пару раз проронила, однако, несомненно, была очень придавлена его смертью.

— Но я — то его на вас не видел, — я безразлично пожал плечами, сделав вид, что не заметил сарказма.

— Не нужно было менять? — Как бы это не оказалось неожиданным, но судя по усталому тону фрейя Айлин предпочла бы уйти с темы и прекратить пикировку.

— Почему же, — пожал плечами я, решив пойти ей навстречу, — если возникнут проблемы помыться или постираться, скажите мне.

— Спасибо, ваши слуги уже мне помогли. Даже разогнали мерзавцев, что пытались за мной подглядывать. — Мне вежливо улыбнулись, показывая, что я угадал ход ее мыслей.

— Скромные какие. Мне про это никто не сказал.

— Действительно странно, распугивали чернь они вашим именем.

Хоран почему — то слегка поморщился. С чего бы это? В вуайеризме я его вроде не замечал, но чем черт не шутит? Женщина-то видная…

— Может быть, поэтому и не сказали, — поспешил я махнуть рукой, для собственного успокоения отмахиваясь от подозрений.

— Видимо так, — в очередной раз согласились со мной.

— Одним только чудом, фрейя Айлин вы этой ночью от нашего общества не избавились, — поспешил разбавить соревнование этой приторной вежливости умница Лойх.

— Но не избавилась же? — Блеснул сталью брошенный в его направлении взгляд красавицы.

— Капитан правду говорит. Ваш супруг, фрейя, еще немного и наши головы в мешках бы вывез. Я вот уже умирать готовился. — Поспешил поддержать капитана хитрый Боу.

— А вы, фер Лойх? Тоже умирать готовились? — Вместо ответа предпочла поинтересоваться у меня фрейя.

— Вам честно сказать? — Пожал плечами я. — Или что — то героическое задвинуть? В ваших глазах так сказать блеснуть?

— Разумеется, — уголки губ красавицы бессознательно дернулись в подобии улыбки.

— Я вообще не думал ни о смерти, — абсолютно честно ответил я. — Просто рубил всех встреченных, когда выскочил из палатки, пока они все не кончились.

— В кашу, — закончил фразу за меня Хоран.

— Ни разу не видел, чтобы всаднику вместе с его конем одним ударом головы отсекли, — уточнил капитан.

— Как и я, — поспешил добавить первый лейтенант.

По сердцу прямо таки масло растекалось, походу эти два чудика насколько у них хватало фантазии, рекламировали меня перед бабой. Дожил, мать его так, на старости лет.

Осталось только скромно показать свою скромность:

— Обе ноги одним ударом — было такое дело, но чтобы две головы разом это неправда.

— А…, — заинтересовался капитан.

— Это небольшое недоразумение, Лойх. — Закончил я за него. — Я понял, про какой труп ты говоришь. Сначала коню голову отхватил, а хозяину уже следующим ударом. Его тело только завалилось удачно.

— А я думал, что у нас в роте служит богоподобный, — покачал головой первый лейтенант, блеснув хитрыми глазками. В отличие от капитана Боу разочарованным моей откровенностью не выглядел, видимо предполагал что — то подобное.

— До богоподобного, если откровенно мне очень далеко.

— Но рубил людей прямо как полубог. — Еще раз решил польстить капитан, оценив реакцию женщины на свои слова и незаметно для фрейи мне подмигнув.