Первый снег (СИ) - "polustrovo" - Страница 23

Потом Макар отвлёкся на Королькова, без всякого зазрения совести, флиртующего с Майкой, которая из режима кокетки, похоже вообще не выходила, и немного успокоился. Всё у них с Серёгой хорошо будет. Будут вместе учиться, тренироваться и вообще… вместе будут. На этой оптимистической ноте Гусев догнал идущего впереди Серёжу, вклинился между ним и Витьком, обнял Сыроежкина за плечи и весело зашагал к дому.

***

Оставшись один, Электроник подошёл к своей собаченции, обнял её и уткнулся лицом в лохматый загривок.

— Рэсси, это ведь я сделал тебя, я дал тебе имя… Ты всегда будешь со мной, правда? — собака тявкнула, извернулась и лизнула хозяина в нос.

Эла это, однако, утешило слабо. На душе было тревожно, непонятная тоска вот уже несколько дней мешала ему спокойно жить. В голову всё время лезли нелепые мысли о своей ненужности, мир вокруг да и он сам представлялись Электронику какой-то фальшивкой, миражом, который вот-вот должен был растаять как дым. Да ещё хоккейный матч этот — зачем он только согласился опять подменить Серёжу? Ну да, профессор… Сколько они не виделись? А что если Виктор Иванович уже забыл про своё непутёвое детище?..

И Электроник, чтобы совсем уж не впадать в уныние, решил заняться чем-нибудь полезным. Например, настроить Серёжину гитару — последний раз она звучала явно не так.

***

Зоя Кукушкина страсть как любила всякие тайны и загадки. Чем таинственней и загадочней, тем лучше. Одна беда, никто её в свои секреты посвящать не спешил — то ли этих самых секретов у подружек и вовсе не водилось, то ли они боялись, что Зойка сболтнёт чего лишнего. Только Зоя болтушкой не была и тайны своих друзей никому бы выдавать не стала. Чего, правда, не скажешь о врагах…

Вот Серёжа Сыроежкин, к примеру, за своё полное пренебрежение к Зоиной персоне вполне мог гордиться званием «враг Кукушкиной номер три». Первые два почётных места в этом списке справедливо разделяли между собой Макар Гусев и Майя Светлова (Зойке наконец удалось узнать, как зовут Серёжину подружку). И хранить как партизан военную тайну сомнительные секретики этих личностей Зоя не собиралась. Наоборот, нежданно-негаданно полученную информацию об афере Сыроежкина, Зоя решила попридержать до времени, а потом, если подвернётся случай, использовать с выгодой для себя.

Записка попала ей в руки совершенно случайно — она подошла сообщить Вовке Королькову, что его зовут в учительскую — звонит Макар Гусев из Дворца спорта и срочно требует передать трубку Вовке. Вовка как это услышал, рванул так, что чуть дым из-под ног не пошёл. И бумажку какую-то свою обронил. Зоя хотела вернуть, да Королькова и след простыл. Зоя чисто автоматически развернула листок и обомлела — записка на деле оказалась «справкой», в которой сообщалось, что некий Электроник во всём замещает Сергея Сыроежкина. Написана справка была Серёжиной рукой, а дата совпадала с началом странных изменений в поведении Сыроежкина.

— А-а! Так вот оно что!.. У Серёжи близнец есть, и он вместо него в школу ходил и всех учителей обманывал. А дружки сыроежкинские их всё это время покрывали! — как именно использовать такой шикарный компромат Зоя ещё не придумала, а потому просто спрятала ценный документ в карман школьного фартука и пошла на урок — думу думать.

***

Вот уж от кого-кого не ожидал Макар проблем перед началом матча, так это от Электроника. «Киборг» как узнал, что перед игрой все спортсмены должны посетить спортивного врача, идти на медосмотр отказался напрочь.

— Ты не понимаешь, Макар, я — не человек, это сразу заметно станет, — в ответ на возмущённые вопли Гусева, что какого хера он выдрючивается, заявил Электроник.

— Шо ж ты творишь, «киборг» недоделанный?! Времени уже нет! ЧеХо раньше молчал? — если б не явное физическое превосходство противника, Макар лично скрутил Электроника и внёс бы его в медкабинет как куклу. Но Эл — не Серёга, с ним этот номер не пройдёт.

— Я не знал, что медосмотр будет. И я доделанный, — осмотрев свои руки и ноги, сказал Элек.

— Электроныч, ну будь ты человеком, сходи, а? — стал упрашивать заартачившегося «робота» Гусев. — Ну что они там такое заметят? Микросхемы из тебя что ли посыпятся? Масло потечёт?

— У нас с Серёжей разный рост и вес… и другие показатели тоже, — на этот раз аргумент к собственной «человечности» Электроник проигнорировал. — Я совершенно точно не пойду.

— Хосспади! Да кому ваши граммы с сантиметрами интересны?! — взвыл Гусев. — Стой тут, никуда не уходи, — скомандовал он Элу, а сам побежал к телефону-автомату на первом этаже — вызванивать Витька или Вовку — пусть будят этого раздолбая и волокут сюда.

— Давай сюда Сыроежкина! — чуть не закричал в трубку Макар, когда наконец сумел связаться с Вовкой. — Я знаю, что его в школе нет. Медосмотр, перед матчем! — вдаваться в подробности и рассказывать, как дурит Электроник времени не было, и Гусь озвучил аргумент, который бы Вовка принял безоговорочно: — Ты представляешь, что будет, если его осмотрят?! — на последней фразе Макар так явственно представил себе картину, где раздетого до трусов Серёжу осматривает врач, что у него разом в горле пересохло и воздуха не хватило. Он бы и сам не отказался поиграть с Сыроегой в доктора — раздеть его полностью (и трусы эти нафиг!), осмотреть всего, такого голенького, ощупать и… На этом месте Макар усилием воли направил поток мыслей в деловое русло и пошёл вниз — встречать друга у ворот спортивного комплекса.

Гусев нервничал, глядя то на часы, то на ведущую к Дворцу спорта дорогу. Оставалось только надеяться, что этот лентяй и прогульщик действительно дрыхнет в своём гараже, сказав в школе и родителям, что у него матч, а не попёрся шляться без дела по городу или кататься на каруселях — с Сыроеги станется. И тогда Вовка с Витьком его разбудят и пинками отправят на стадион. Наконец, спустя двадцать минут напряжённого ожидания, Макар заметил выруливающий из переулка Серёгин мопед.

Серёга только припарковаться успел, Гусев тут же взял его за жопу — в прямом и в переносном смысле: сначала облапал ягодицы, пока Сыроежкин с мопеда слезал, а потом схватил за руку и потащил за собой с такой скоростью, что несчастный Сыроега думал лишь о том, чтоб не споткнуться по дороге и налететь на какое-нибудь препятствие.

— Быстрее, по тебе доктор плачет, — подгонял Макар уже еле передвигавшего ноги по ступеням очередной лестницы Серёжу.

— Да чего ты… успеем… — с трудом переводя на бегу дыхание пытался успокоить друга Сыроежкин. Но Гусь его оптимизма не разделял и продолжил с упорством локомотива тащить вперёд. Свою левую руку, зажатую в крепкой гусевской хватке Серёжа уже и вовсе не чувствовал.

— Черепаха, — не удержался от маленькой подколки Макар — всё-таки как бы Серёга хорошо ни бегал, он всё равно быстрее.

Перед кабинетом врача Гусев резко притормозил, и, если бы Макар всё ещё также крепко не держал его за руку, Сыроежкин по инерции врезался бы лбом в дверь.

— Ну, наконец-то пришли, — выдохнул с облегчением Гусь.

— Ну, я пошёл, — шатаясь, двинулся в сторону кабинета Серёжа.

— Подожжи, стой, надо проверить, — Макар остановил Серёжу, взял его руку, задрал рукав водолазки и стал щупать запястье — надо же проверить пульс, а то ещё врач заподозрит тахикардию и завернёт Сыроегу нафиг. Так, во всяком случае, объяснял себе свои действия сам Гусев. Но, говоря откровенно, Макару просто тяжело было вот так вот взять и выпустить из рук предмет своих воздыханий, который он и не чаял сегодня увидеть.

— Ты чего? — не понял Сыроежкин, не делая при этом ни малейшей попытки освободить конечность.