Колдунья (СИ) - Джонсон Лия - Страница 63

Отброшенный в сторону некромантом отец остановился на полпути к своей цели, чувствуя, что преграждать дорогу разъяренному принцу Мидрагаса сейчас не лучшая идея.

Король Сальватии не ожидал такой подмоги… В целом никто не был готов к внезапному воскрешению вымершей расы. Сейчас некромант был донельзя растерян и шокирован, чтобы представлять для нас ту же угрозу, каковой он был изначально. Ракард справлялся с ним без малейшего труда.

Оглянувшись, отец снова нашел меня взглядом и бросился в нашу сторону. Он встал на одно колено, обеспокоенно бегая синими глазами по моему телу. Его суровое волевое лицо побледнело, когда мужчина заметил черную слизь в моей ране.

— О боги! Ядовитый меч! — хрипло простонал Тамир.

Он ведь король Айтарии сейчас, да? Забавно… Я могла быть дважды принцессой.

— Мне так жаль, девочка моя! Так жаль… Мне не удалось тебя уберечь. Что же ты не позвала меня раньше… — бормотал отец, бережно сжимая меня в крепких объятиях.

Так вот каков он, этот зов крови, о котором мне говорил Сальвос…

Грубые шероховатые пальцы мягко перебирали мои волосы на макушке. Вдыхая знакомый родной запах его тела и магии, я блаженно прикрыла глаза, чувствуя, как похолодевшие конечности начинает потряхивать.

Почему Вселенная всегда дает мне надежду лишь за мгновение до того, как ее отобрать? Когда же я успела так провиниться?

Огромная крепкая фигура мужчины в черно-синих доспехах дрожала не меньше моего. Через него сейчас проходили такие эмоции, что меня саму корежило от бури внутри.

Он был отстраненный и жесткий со мной в детстве, но он никогда не прекращал обо мне заботиться. Пускай его отношение было сдержанным и холодным — никто никогда не говорил мне более честные и важные слова, чем Тамир.

Сейчас я понимаю, что только его жесткие наставления все это время удерживали меня на плаву. Я смогла столько времени защищать нас с Лили лишь благодаря тому стержню, что он вырастил во мне.

На мою безвольно висящую вдоль тела руку внезапно упала теплая капля. Медленно приоткрыв потяжелевшие веки, я взглянула через обнимающую меня руку мужчины на тыльную сторону ладони и с удивлением осознала, что это слеза. Его слеза…

А затем внезапно стало происходить то, чего я почему-то не ожидала… Хотя должна была. Он ведь колдун! Боже, какая же я бестолковая!

Тело окутало хорошо знакомым, но слегка позабытым теплым родным всплеском. Синева внутри засияла еще ярче, словно умножаясь, а затем отвратительная глубокая рана вдруг стала медленно затягиваться.

— Пап?..

Отстранившись от меня, отец отчаянно взглянул на меня блестящими от нахлынувших слез синими глазами. Он плакал, как плачут порой даже самые сдержанные и сильные мужчины. Черные брови все еще хмуро нависали над глазами мрачными тучами, тонкие губы сурово поджались, на скулах ходили желваки. Лишь эта влажная пелена блестела невыносимой болью, от силы которой я едва не задохнулась.

А ведь сколько лет он жил в неведении… не имея ни малейшего понятия, удалось ли мне выжить… удалось ли успеть пожить. Сколько лет у него было подумать, все переосмыслить и пожалеть обо всех своих проступках.

В детстве он был холоден. Но сейчас… сейчас он знает, что семью так легко потерять. Всего один взрыв… или же ловкий взмах меча — и ты потерял половину своего сердца.

Нам придется много наверстывать, но мы справимся.

— Пап, я не умираю, — спокойно пробормотала я, заглядывая ему в лицо.

Ксафан позади него облегченно хохотнул, судорожно проводя дрожащей ладонью по чернявой макушке.

— Сосиски вам в уши! Я чуть не поседел… — нервно выругался зверь, падая на зад.

Он тихо ворчал, вслух комментируя происходящее вокруг. Крупное черное тело подрагивало, а расширенные насыщенно-желтые глазища неверяще медленно бродили по полю боя, где наши красиво одерживали победу.

— Вот черт! Всплеск! — приподняв брови, воскликнул мужчина. — Я так давно ничего не чувствовал, что уже и забыл об этом… — растерянно пробормотал он, не моргая пялясь на затянувшуюся рану.

Небо внезапно зловеще громыхнуло, стремительно темнея от затянувшей его пелены тьмы. Терум посерел, а звуки вокруг нас затихли. Мир помертвел, будто в это мгновение на свет появилось нечто ужасающе страшное и опасное.

Я вздрогнула и, ахнув, обернулась.

Такое происходило лишь в особых случаях…

Ракард возвысился до архимага. Он открыл свой дар…

Безмерно могущественный и разъяренный до дрожи в моих коленях, окровавленный и с изодранным черным плащом, судорожно покачивавшимся от взметнувшегося ветра, жнец гордо возвышался над мертвым телом Девкалиона. Хищник, который, наконец, поймал свою добычу… будущий правитель своей планеты.

Он и так был невероятно силен, вызывая опасения у архимагов и на уровне высшего. Сейчас же во Вселенной можно было по пальцам пересчитать существ, равных ему по силе. И один из них — мой отец.

— Хорош зятек, мне нравится! — внезапно абсолютно серьезно заявил Тамир, сурово, но с одобрением разглядывая приближающегося к нам Ракарда.

Саф позади него прыснул, забавляясь над моим вытянувшимся лицом.

Мои глаза едва не выскочили из орбит, когда со спины на меня вдруг навалились четыре тела.

— Моя богиня, моя богиня… — судорожно лепетал Баден, как обезумевший ползая вокруг меня на четвереньках.

— Я думала, ты умерла! — завывала рыдающая Лили, до боли крепко схватив меня за кисть, будто я могла куда-то внезапно подеваться.

— Ненормальная! Какого черта тебя вообще понесло в одиночку на некроманта! Да еще и какого! Совсем мозги отбило! — ругалась Инесса, строго насупив тонкие коричневые брови, но ее изумрудные глаза предательски блестели.

Ильгира себе не изменяла. Еще более бледная, чем обычно, она молча нервно изучала меня своим жутким рубиновым взглядом, облегченно выдохнув, когда заметила, что за окровавленной одеждой абсолютно целая здоровая кожа.

— Как я и предполагала, сражение прошло успешно. Видите, зря волновались. Носились, как полоумные, а ничего такого и не было… Подумаешь… — умничала Найлана.

Важно надув грудку, сова снисходительно смотрела на нас свысока, аккуратно выглядывая поверх очков, чтобы никто не заметил ее бьющейся в черных зрачках истерики.

Зажатая тремя телами и придавленная внимательным взглядом вампирши, я со смешком покачала головой.

Это существо не изменится даже под угрозой смерти.

— Как же чертовски сложно тебя было найти! По всему Теруму тел не так много, как вокруг тебя! — внезапно проворчал смутно знакомый голос.

Я вскинула голову и ахнула, заметив нависшую над нами огненную макушку.

— О боже, Флейм! — взвизгнула и кинулась парню на шею.

Огневик хохотнул и приподнял меня над землей, медленно кружа. За его спиной собирался весь отряд Иных, которые, отряхиваясь от грязи и вытирая кровь, удовлетворенно оглядывали тела некромантов.

Рамона снова раздраженно ругалась на Сэма, злобно зыркая на бедного вампира своими дикими зелеными глазищами. Грег невозмутимо наблюдал за истерикой Сандры, которой в очередной раз сломали очки. Вода внутри водяной сходила с ума, выплескиваясь наружу так, что окружающие ее существа медленно расходились в стороны, опасаясь быть смытыми в открытый космос.

— Вы что здесь делаете? — воскликнула я, отстраняясь от друга.

— Твоя сестра, в отличие от некоторых, про нас не забыла! — возмутился рыжий, беззлобно махнув перед моим носом указательным пальцем.

Я пристыженно прикусила нижнюю губу, опуская глаза.

— Я не хотела, чтобы это коснулось и вас…

— Слава богу, что коснулось! Я бы умер, узнав, какое веселье пропустил! — хохотнул Флейм, привычно раздражающе взлохмачивая мою макушку, как нерадивый старший брат.

Пыхтя, я поправила волосы и перевела взгляд на приблизившегося Грега.

Сейчас, когда он стоял рядом с Долратом, уже тоже нагнавшим нашу немаленькую команду, я поняла, насколько на самом деле командир был огромен. На Земле он казался просто чересчур объемным и массивным. Но теперь, проведя столько времени среди демонов и других инопланетных рас, я увидела, что разницы между мужчиной и краснокожим генералом с Дамонии почти никакой не было. Только в цвете кожи и рогах, которых у первого не было отродясь из-за крови ведьмы в жилах.