Тени Шенивашады (СИ) - Кангин Алексей Игоревич - Страница 96

— Как и сообщали, чернец и терин-ар. Проходите!

Человек провёл их в комнату, где за столом сидели четверо. Увидев Эрклиона, они встали и тут же пали ниц. И тот человек, который проводил их сюда, поступил так же. Наперебой все сразу начали славить Эрклиона и говорить, как они рады его возвращению. Эрклион прервал это представление жестом руки и попросил всех подняться. Ему неприятно было такое раболепие. Оно напоминало о тех временах, когда миром правили Владельцы. Вот они любили подобное выражение верноподданнических чувств. Но Эрклион ничего об этом сейчас не сказал. А то ведь можно и спугнуть новоявленных помощников.

Эрклион знал, что в подобной ситуации надо немедленно взять инициативу в свои руки. В первую очередь он узнал, кто же здесь за старшего. Им оказался некто Ли ри-Шань. Эрклион сразу же заявил, что будет разговаривать только с ним, и велел отослать всех остальных. Ли ри-Шань что-то шепнул на ухо одному из присутствующих, тот кивнул, и все лишние люди вышли из комнаты. Остались только Ли ри-Шань, Эрклион и Салерди.

— Ли ри-Шань, на тебя возложена величайшая миссия ввести меня в курс дела, — сообщил Эрклион, усаживаясь за стол. — Это мой верный слуга и телохранитель Салерди Уатан, в его присутствии можно говорить обо всём. Я хочу знать, что происходит сейчас в Энноранн и как много у нас людей. Но для начала расскажи мне о том, кто вы такие и как пришли к осознанию того, что я вот-вот вернусь. Наш общий друг из Туманья был крайне немногословен в этом вопросе.

— Я понимаю, — сказал Ли ри-Шань. — Упоминать вслух, кто мы такие, в его положении небезопасно. Кругом могут быть глаза и уши. Мы называем себя Сынами Пламени. Как только тебя убили, сразу же были основаны первые ячейки нашего братства из тех, кто не поверил в то, что ты добровольно вознёсся на небеса.

— То есть вы сразу знали, что рэ-Митсу лжёт? — уточнил Эрклион.

— Бесспорно, далеко не все мы поверили в сказки узурпатора. Мы знаем тебя, нашего Эннори, и ты бы никогда так внезапно не покинул нас.

— Это верно, — согласился Эрклион.

— Так вот, люди, которые хотели найти правды, стали говорить о том, что рэ-Митсу лжёт. Сначала это были всего лишь разрозненные группы. Они не делали ничего плохого, кроме того, что говорили, что уличали рэ-Митсу во лжи. И что же начал с ними делать рэ-Митсу? Таких людей стали уничтожать! За то единственное прегрешение, что они не поверили узурпатору. При этом ни словом, ни делом эти несчастные люди не отступали от твоих заветов, о, великий. В общем, сначала люди были наивны и совсем не скрывались. За то и поплатились жизнями. Тогда и появилось осознание, что истинные последователи Эрклиона должны вести себя скрытно и никак не проявлять. Мы стали объединяться.

— Много вас сейчас?

— Я не знаю точное число, но довольно много. Мы стали внедряться в среду чиновников, чтобы активнее противодействовать узурпатору в попытках отыскать нас. И при этом мы ведём себя тихо. Мы не хотим привлечь к себе лишнего внимания, ведь наша главная цель — помочь тебе вернуться на трон. И теперь ты здесь, и мы наконец-то можем перейти от слов к действиям!

— Кто же стоит во главе Сынов?

— Ты, о, великий!

— Это сейчас я стою во главе, но кто был до меня? — удивился Эрклион.

— Ты всегда был во главе, — ответил Ли ри-Шань. — Ты воздействовал на нас через сны, говорил, что делать. Мы внимательно слушали и готовились. Только благодаря твоим мудрым советам мы до сих пор живы, не попались в лапы узурпатора.

Эрклион ошарашено посмотрел по сторонам. Дело только что приобрело совсем скверный оборот. Как он мог влиять на Сынов, если он точно этого не делал? Кто же тогда это делал? Рэ-Митсу? Неужели это тонко расставленная ловушка, предназначенная для того, чтобы точно найти Эрклиона и быстро уничтожить его, когда он вернётся? Но если это и вправду ловушка, ничего сейчас нельзя говорить Ли ри-Шаню, лучше согласиться, что он действительно давал какие-то указания. И, ещё раз, если это ловушка, то почему он до сих пор жив? Наверное, ещё есть какие-то сомнения в его личности. Это хорошо. Значит, нужно постараться поддерживать эти сомнения подольше.

— Будучи там, за гранью бытия, я не мог быть уверен, что мои послания дойдут до избранных, — солгал Эрклион. — Сейчас, после пробуждения, я даже почти не помню, что именно там было. Но я рад, что вы последовали мои советам.

Эрклион заметил, как Салерди смотрит на него. Очевидно, терин-ар догадался, что Эрклион не причастен к вещим снам Сынов Пламени. Эрклион сделал Салерди едва заметный знак, что всё в порядке, и Салерди сразу успокоился.

— Ты — отец Сынов Пламени, великий, — повторил Ли ри-Шань. — И теперь мы ждём твоих указаний. Когда ты велишь выступить против узурпатора?

— Нам ни к чему поспешность. Вы действовали мудро, не давая никому знать о вашем существовании. Теперь мы сможем незаметно занять нужные позиции и нанести один точный решающий удар, который сметёт узурпатора с трона. Но пока, повторю ещё раз, мы не будем спешить. Для начала мне нужно изучить, есть ли наши люди на ключевых постах, особенно на близких к рэ-Митсу.

— Такие люди есть, о, великий! Они, повинуясь твоим приказам, заняли посты чиновников и сейчас находятся на хорошем счету у нынешней власти, поскольку ты велел делать всё, что нужно, чтобы заслужить доверие. А прощение им будет даровано после твоего возвращения, — поведал Ли ри-Шань.

— Это хорошие новости, Ли ри-Шань, — одобрил Эрклион. — Но давай не будем терять времени даром. Сейчас мы должны выдвинуться к моей усыпальнице, чтобы я смог забрать своё царское одеяние и Зоронтал.

— Да, великий, — Ли ри-Шань встал из-за стола и поклонился. — Я немедленно займусь организацией нашего путешествия. Мы отправимся под видом паломников.

— Ли ри-Шань, я не хочу, чтобы люди знали о том, что я вернулся, — пожелал Эрклион. — Пока лучше нам продолжить соблюдать полную секретность. Я надеюсь, что те люди, которые были в этой комнате, ничего и никому не расскажут.

— Сыны Пламени гордятся своей дисциплинированностью, — сообщил Ли ри-Шань. — Можно быть уверенными в том, что никто из них ничего не расскажет.

— Хорошо. Тогда я попрошу подобрать для Салерди одежду чернеца, и мы должны отправиться к усыпальнице уже сегодня.

— Я понял вас, господин, — Ли ри-Шань ещё раз поклонился. — Вы позволите идти?

— Да, кивнул Эрклион.

— Вам сейчас принесут пищу, — сказав эти слова, Ли ри-Шань удалился. Салерди выразительно посмотрел на Эрклиона. Эрклион в ответ сказал:

— Дело может быть гораздо хуже, чем я предполагал. Но скоро всё решится.

Уже через час Эрклион и Салерди, в образе чернецов, отправили вместе с фальшивыми паломниками к усыпальнице. Всего в группе было пять человек, включая Салерди и Эрклиона. Ли ри-Шань сообщил, что у паломников принято путешествовать из Этурены исключительно пешком, и что попутно он хочет показать Эрклиону то, в каком состоянии живут люди Энноранн. Эрклион не стал возражать. Ему и вправду очень хотелось узнать, как же живут его люди, а Салерди, похоже, уже совершенно излечился от своих ран.

Из Этурены они вышли уже вечером, когда стало темнеть. У Ли ри-Шаня были готовы документы на всех, поэтому их без проблем выпустили из города. Далее их путь пошёл от деревни к деревне. Эрклион ожидал, что сейчас увидит картины запустения и разорения, но в принципе, ничего такого уж страшного он не увидел. Народ Энноранн отличался трудолюбием и упорством, поэтому нищие хозяйства попадались на пути крайне редко. Но Ли ри-Шань постоянно говорил, что народ бедствует, поскольку путь в высшие слои общества сейчас закрыт для тех, кто родился в простой семье. И невежественные с каждым годом становятся ещё невежественнее, а скверна Владельцев как раз лучше всего разрастается именно в среде невежества. Эрклион спросил, что Сыны делаю для того, чтобы побороть скверну и как-то улучшить ситуацию. Ли ри-Шань ответил, что они активно помогают толковым людям внедряться в ряды чиновников, чтобы в нужный час передать всю власть Эннори, а пока занимаются просвещением народа. Эрклиону такой ответ понравился. Действительно, пожалуй, это был самый лучший способ действия в слоившейся ситуации. Силой переломить порядок, установленный рэ-Митсу, Сыны бы всё равно не смогли.